Что значит "нкоси"?

Вы наверно слышали множество историй тысячу и один раз. Но мне хотелось бы рассказать вам еще несколько. Все они тесно связаны между собой и переплетены, как нити в узлах.
Эти истории имеют даже одинаковое начало, ведь произошли в одном мире. Многие уже и не помнят его названия, знают лишь, что раньше были одним целым. Но это было так давно, что даже самые старые люди не застали тех времен. Над бескрайним океаном пронесся звук, сперва тихий еле слышный, но постепенно увеличивающийся и распространяющийся все дальше.
Он был настолько мощным, что вода расступилась, и на поверхности показался огромный материк и небольшие острова недалеко от побережья. А затем появились и люди, такие забавные существа с верой в душе и любовью в сердце. Они жили вместе дружно и в согласии, пока среди них не родились тьма и злоба. Каждый стал завидовать другому, обвинять во всех бедах. Многие устраивали распри из-за цвета кожи, возвышая одних над другими. Не в силах больше так жить, люди решили разойтись по разным сторонам материка и никогда больше не общаться. Так появились страны, погрязшие в бесконечных войнах и насилии.
Каждый народ ненавидел других и не желал делиться приобретенными знаниями с соседями. Вот и получилось, что в разных странах был разный уровень развития. На северо-западе там, где материк кончался огромными горами, сотворенными изо льда и снега, расположилась страна Арктона с такими же холодными, как и ее воздух людьми.
Они совершали набеги на дикие южные земли, где народ был абсолютно не образован и не грамотен и уводили к себе в плен, как добычу. На юго-востоке образовалась страна Армония: в ней правили жестокие и суровые, как ветра, бушевавшие на их скалистом побережье, люди. Один из островов они забрали себе, основав там тюрьму для преступников. Но все чаще туда начали попадать люди не угодные императору. Звук, образовавший материк, был настолько силен, что смог проникнуть и до глубин океана, где на самом его дне появились удивительные существа: полулюди-полурыбы. Они также создали свое государство – Вентарис, куда простому человеку путь был заказан. На оставшихся островках поселились люди с самым темным цветом кожи и таким же темным сердцем.
Их жертвоприношения были такими кровавыми, что я наслала на род того, кто это придумал страшное проклятие.
Все его дети рождались ужасными чудовищами, и остановить это могла лишь та, кого я одарю волшебным голосом при рождении. Некоторые племена объединились и придумали общее название – Волнария. Самой развитой страной стала Кантиона.
Здесь процветали науки и искусства, вот только мужчины, стоящие у власти решили, что женщины – самые страшные и опасные существа на планете. И за малейшую провинность их стоит сжигать на костре. На юге с ними соседствовала не менее «культурная» страна Мельмора. Здесь жили раскованные люди, не стесняющиеся своих тел и желаний. Многие устраивали странные пиршества, завлекая туда невинных юношей и насилуя их. На западе вытянулась страна Рокстария, в которой проживали благородные разбойники и воры. Здесь среди ущелий они воровали друг у друга все, что плохо лежало. Когда воровать стала нечего, а население сократилось почти вдвое, они обратились к соседям, совершая набеги. Чтобы делать это было проще, они придумали поезда – такие странные быстроходные сооружения, перемещающие людей с одного конца страны на другой.
Самой большой страной на материке стала Лессона, покрытая лесами и тайгой.
Люди здесь жили в основном в деревнях, имея совсем немного крупных городов. Друг с другом практически не общались и не старались прийти на помощь. На юге с ними граничили две оставшиеся страны – Талания и Томбакия. Они были очень похожи, как две сестрички.
У обеих правители заводили огромные гаремы для удовлетворения своей похоти. И снова здесь страдали женщины. Когда этот мир достиг пика насилия и жестокости, я не смогла стоять в стороне.
Вы спросите: кто же я такая? А я и есть тот самый звук, породивший этот мир и этих людей. После того, как появился материк, я упала на него с небес яркой звездой и обрела человеческую форму.
Устав от постоянных убийств, грабежей, нескончаемых войн, я приняла решение – дать этому миру последний шанс. А вот как им воспользовалась каждая из стран, об этом я расскажу, как можно подробней и честней. И эта история будет посвящена самой холодной, самой неприступной из всех стран – Арктоне.
Как я уже сказала, местные жители были весьма суровыми людьми. Не имея земель для возделывания культур, они завели торговлю с плодородной Лессоной, обмениваясь едой и шкурами животных. А для добычи этих шкур использовали пригнанную с южных диких земель рабочую силу.
Этих бедняг держали в клетках, как невиданных зверей, сажали на цепи, как питомцев, обращались с ними крайне жестоко. Я уже и не думала, что найдется человек, с теплым сердцем, способный прекратить эти мучения, пока не получила знак. В одну из ночей я заметила яркую звезду, сияющую на непроглядном черном небе. Она разделилась на несколько частей и упала в каждую из стран.
Мне было интересно узнать, что же это? Я обратилась прозрачным силуэтом и полетела в указанных направлениях. Попав в Арктонию, я заметила небольшую избушку, на которой горела моя звезда. Жилище находилось вдалеке от деревень и городов, словно хозяева старались обособиться от мира. Я несмело заглянула в окно.
На широкой кровати лежала бледная женщина. Ее волосы слиплись, ноги дрожали, а глаза пытались поймать свет свечи, чтобы не дать сознанию уйти из тела. Рядом сидел большой мужчина и бережно сжимал тонкую руку женщины. Второй рукой он прижимал к себе младенца. Мертвого младенца. Мужчина тихо плакал, стараясь не показывать свою боль бедной женщине.
Я просочилась в дом, как тень.
- Кто здесь? – хрипло произнесла женщина.
Мужчина дернулся и беспокойно посмотрел на жену.
- Дорогая, все хорошо. Я рядом, не переживай.
- Здесь кто-то есть. Там в углу.
Она еле приподняла руку, показывая на меня. Мужчина обернулся, но меня не заметил. Со страхом он обернулся к жене.
- Там никого нет, милая. Тебе показалось.
Он подоткнул одеяло, продолжая прижимать к груди ребенка. Не уже ли от горя сошла с ума, прочла я в его мыслях.
- Нет, она вполне здорова, - ответила я, являясь людям.
- Кто Вы?! – воскликнул мужчина, вскочив и прикрыв собой жену.
- Меня зовут Ра. Я та, кто может помочь вашему горю.
- Что Вы имеете в виду? – настороженно спросил мужчина.
- Я могу вдохнуть в нее жизнь, - показала я на младенца.
- Вы правда в силах это сделать? – с надеждой обратилась женщина.
- Да, девочка будет жить. Я стану ее Хранительницей.
Хоть страны и были разными, но у всех была одна и та же традиция, возникшая еще в старые времена, когда люди жили в мире и согласии. При рождении младенца выбирался человек из ближнего круга семьи и становился его Хранителем. Это мог быть кто угодно. Главное, чтобы его выбрали родители, ведь в случае их смерти этот человек брал на себя полную ответственность за дитя. Вот и сейчас я предложила свою опеку и помощь девочке.
Мужчина не доверял мне, продолжая прижимать к себе ребенка и заслоняя жену. Но женщина… Она очень хотела услышать свое дитя, почувствовать его тепло. Она потянулась ко мне.
- Умоляю Вас, прошу, дайте ей жить. Я отдам Вам все, что у меня есть.
- Дорогая, вдруг это злой дух?
- Даже если и так, то пусть. Я хочу, чтобы наша девочка была жива.
Мужчина зажмурил глаза, крепко задумавшись.
- Хорошо, - решился он и протянул мне ребенка, - делайте, что нужно.
Я бережно приняла на руки дитя, обретая плоть. Коснувшись ее лба, щек и маленького ротика, я произнесла:
- Нарекаю тебя именем Юндра, что на твоем языке значит лед сердца. Пусть ты будешь непоколебимой и твердой, как он. Но как только встретишь своего человека, твое сердце наполнится любовью и теплом. Живи, дитя мое.
Я коснулась груди младенца, и пустила воздух в ее легкие. Щеки девочки зарумянились, кровь полила по венам, сердце заработало. Счастливые родители, не дыша, смотрели на нас.
- У меня нет золотых гор и украшений, нет денег и богатства. Все, что я могу дать тебе в качестве своего дара – голос. Волшебный голос. Услышав его, любой тут же исполнит твое желание и падет к твоим ногам. Но используй это с умом, помни, что в этом жестоком мире тобой могут и воспользоваться.
Я отдала улыбающуюся малышку матери, которая с трепетом взяла ее и тут же прижала к себе.
- Юндра, - прошептал отец, - моя доченька.
На его глазах вновь проступили слезы. Но на этот раз от счастья.
- Благодарю Вас, - бросился на колени мужчина. – Мы никогда Вас не забудем. Что мы должны в ответ?
- Ничего. За это плату не берут. Берегите ее, в вашей стране любят издеваться над людьми непохожими на остальных.
- Пока я жив, ни один враг не переступит порог этого дома. Я специально привез сюда жену, подальше от этих варваров, потерявших всякий стыд и совесть.
- Будьте счастливы.
Перед тем как уйти, я бросила на прощанье взгляд. Нет, с Юндрой я не расстаюсь. Нам еще суждено встретиться. А вот когда и при каких обстоятельствах, это уже расскажет она сама. Ведь эта история не про меня, а про нее.
*
- Юндра! – громкий мужской крик разнесся по всей округе. – Где тебя опять носит?! Если на очередной ледник взобралась, неделю дома сидеть будешь!
Я устало закатила глаза, подперев руками голову. Да, отец постоянно запрещает мне отходить далеко от дома, но сидя в его стенах, мир не увидишь. А ведь он такой прекрасный. Одни закаты чего стоят. Как же я люблю за ними наблюдать! Эти переливания цветов, окрашивающие небо, а затем постепенная темнота с яркими звездами.
В наших снежных полях так скучно жить, наблюдая за белыми, голубыми и синими оттенками, поэтому я всегда стараюсь запечатлеть в своей памяти эти моменты. Вот и сейчас я взобралась на самую вершину ледника, рискуя сорваться вниз, удобно устроилась, подложив под себя побольше мягкого снега, и залюбовалась небом. Отец продолжал звать меня внизу, но я не спешила уходить.
Еще немного солнца, немного оранжевого и розового цвета.
- Юндра! Через пять минуть не будешь стоять рядом со мной, больше из дома не выпущу!
- Да иду, иду! – крикнула я.
Мой отец очень добрый человек, но боится всего на свете. В самые теплые времена он запирает нас с матерью дома, а сам уходит на охоту. Говорит, что это для нашей безопасности. Мол, в это время все жители страны начинают набеги, и лучше держаться подальше. Но ведь они бегут на юг, а не к нашей одинокой хижине, спрятанной меж ледников, подальше от чужих глаз.
Мама всегда провожает отца со слезами на глазах, боится, что не вернется. Отец давно перестал участвовать в этих набегах, еще до моего рождения. Он забрал беременную жену и вычеркнул себя из племени. Причин не знаю, но живем мы по своим укладам. Я никого и никогда не видела: ни ровесников, ни детей, ни стариков.
Друзей у меня не было, и я чувствовала себя бесконечно одинокой. Грустно вздохнув, я поднялась с насиженного места, бросив последний взгляд на закат. Пора спускаться. Завтра отец отправляется на охоту, мы с мамой снова останемся вдвоем, а сегодня нас ждет совместный ужин. Солнце практически село, бросая уходящие лучи на бесконечный снег и хрупкую маленькую фигуру.
Фигуру? Чужаки? Я резко присела, зарываясь в снег. Здесь никто никогда не появлялся.
Замерев, я внимательно следила за человеком, который приближался ко мне с каждой секундой. Я была настолько сосредоточена, что даже не заметила, как меня обхватили и зажали рукой рот.
- Тихо, это я, - прошептал отец. – Медленно ползем назад.
Я вяло кивнула, освобождаясь и поползла, не поворачиваясь. Отец прикрывал меня собой, напряженно всматриваясь в человека. Когда я была на конце ледника, он развернулся, помогая спуститься. Только тут я заметила, что человек еле волочит ноги, походка неровная, корпус заваливается. Пьяный? Непохоже.
Будто ему плохо. Словно в подтверждении моих слов фигура остановилась и тут же рухнула лицом в снег.
Я невольно вскрикнула, зажимая руками рот. Отец обернулся, присматриваясь.
- Уходим, скорей! – приказал он. – Придется задержаться, выйду на охоту через неделю, надеюсь, найду кого-нибудь.
- Но ведь человек упал!
- Это шанс скрыться, ползи давай!
- А если ему плохо?!
- А если это кто-то из племени?!
Отец торопливо размотал веревку и прочно закрепил веревку для спуска. Не теряя времени, я бросилась к человеку.
- Стой, я сказал, дуреха!
Но я его не слушала, мчась со всех ног. Не могу сидеть в стороне, ему же нужна помощь. Я и не заметила, как солнце скрылось за горизонтом. Наступила темнота, прерываемая яркими звездами. Черная фигура отчетливо виднелась на снегу. Это же девушка!
Я присела рядом с ней на коленях. Кожа у нее была темно-коричневой, волосы кудрявыми, и одета странно: яркая цветастая юбка и ожерелье из увядших цветов. Бедняжка, как она выжила на таком морозе? Я бережно приподняла ее, пытаясь нащупать пульс: жива! Рядом послышались тяжелые шаги. Отец сбросил с себя шубу и закутал в нее девушку.
- Давай, отнесем ее домой.
- А ты еще помогать не хотел, - с ехидной улыбкой произнесла я, но тут же потупила взгляд под мрачными и суровыми синими глазами.
Отец легко подхватил девушку и понес. Я еще раз внимательно осмотрела снег и нашла странное украшение из маленьких розовых камушков. Наверно, слетело с ее руки. Она вон какая худая и изможденная. Подобрав его, я сунула браслет в карман и побежала догонять отца. Вместе нам удалось спустить девушку с ледника, и мы поспешили в хижину. Там уже нетерпеливо ходила из угла в угол мама.
Завидев нас, она хотела было отругать, но замерла с открытым ртом.
- Где вы ее нашли?
- На снегу, видимо, сбежала, - ответил отец.
- Она из тех людей, кого пригоняют в наши земли? – с любопытством спросила я.
- Да, - грустно ответила мать. – Она жива?
- Пока да. Надо положить ее поближе к огню. И закутать поплотней, может удастся спасти, - приказал отец.
- Сейчас, давай сюда.
Мать засуетилась, расчищая пространство, я всячески старалась помочь. Наконец, девушку уютно устроили рядом с камином, положив на шкуры медведей и накрыв шкурами барсов. Теперь только лицо торчало: маленькое, худое, с мешками под глазами. Мать с отцом пошли в кухню, переговариваясь, а я осталась с чужестранкой. Ее ресницы слегка дрогнули, смахивая тающие снежинки.
Большие карие глаза слабо приоткрылись, замутненным взглядом она обвела комнату, произнеся:
- Нкоси.
И словно пала в забытье.
Нкоси? Что это значит? Потрогав ее теплеющие щеки, я успокоилась, что с девушкой все будет в порядке, и пошла на кухню, где стыл ароматный ужин.
- Как она? – с беспокойством спросила мать.
- Вроде лучше, - ответила я. – На секунду она очнулась, что-то произнесла и снова погрузилась в сон.
- Да не оставят ее боги! – воскликнула мать. – Садись, ешь.
Мать налила мне горячего супа, щедро насыпав зелени.
- Мы же не выгоним ее? Мы ведь поможем ей? – испуганно спросила я.
- Нет, конечно, - ответила мать. – Бедняжка. Похитили, привезли сюда через весь материк, а теперь еще и чуть не умерла в снегу. Будет жить с нами, станет твоей сестрой, а нам второй дочерью.
- Правда? – радостно воскликнула я.
- Да, после твоего рождения, я больше не смогла выносить ребенка, так что будем считать, что ее нам послали боги.
- Вот здорово!
Я посмотрела на отца, сидевшего в мрачном молчании.
- Ты против? – осторожно спросила я.
- Нет, что ты, - словно очнулся он. – Я только рад, что наша семья пополнилась. Меня другое тревожит.
- Что?
- Она не могла долго протянуть на холоде, значит, караван проходил совсем близко от нас.
- Хочешь сказать, они сменили маршрут? – с беспокойством спросила мать.
- Да.
- Это очень плохо? – спросила я.
- Пока нет. Девушку будут искать, конечно, но завтрашний снег заметет следы. Но это не значит, что они пройдут мимо. Когда-нибудь нас обнаружат.
Повисло тяжелое молчание. Даже я старалась не брякать ложкой о стенки тарелки.
- Решено, - скомандовал отец. – Завтра уйду на охоту, а когда вернусь, переберемся в другое место?
- Куда? – с любопытством спросила я.
- Вниз. Возможно, уйдем в леса.
- В другую страну? – с ужасом спросила мать.
- В этой оставаться опасно.
Мать тяжело вздохнула, соглашаясь. А я человек подневольный, молча доела суп и пошла спать, по дороге еще раз проверив девушку. Дыхание стало ровным, кожа постепенно отогревалась, глядишь, скоро очнется. Вздохнув, я прошла в свою комнату. Почему отец так боится?
Ведь нас же не тронут, мы свои, хотя за девушку очень страшно. Я слышала, что с ними вытворяют разные ужасные вещи. Что ж, если так, то, конечно, лучше переехать.
Грустно будет расставаться с милой хижиной, но другого выхода нет. И все-таки, что же значит «нкоси»?