Глава 1. Подземный переход.
Этот переход под автодорогой и трамвайными путями был сделан еще в начале 90-х, когда Ельцин подписал Указ о свободе торговли. На год раньше, когда никто еще и не думал об этом переходе, здесь открылся продуктовый рынок. А до этого здесь была лодочная станция, где можно было взять на прокат лодку и поплавать на большом заводском пруду. Потом, когда народ к лодкам немного охладел, горисполком поставил недалеко от длинного ряда высохших от безделья лодок городские аттракционы. Привезли и установили Колесо обозрения, большую детскую карусель с деревянными лошадками и осликами, несколько качелей и сделали эстраду для детских выступлений.
К концу 80-х возле этих аттракционов стали появляться лотошники, торговавшие сначала мороженным и сладостями. Потом, прямо под колесом обозрения открылись первые, еще совсем маленькие торговые палатки, где уже были вполне полноценные продукты питания. Но, со временем люди стали искать более разнообразные и «взрослые» развлечения. В какой-то момент аттракционы, на обслуживание которых постоянно не хватало средств, были закрыты по техническим причинам. А продуктовый рынок лотошников и палаточников лишь процветал. И вот городские власти, идя на встречу жителям города, решили оказать торговому рынку содействие и в районе трамвайной остановки, чудом сохранившей свое название Лодочная станция, появился этот подземный переход с автотранспортным проездом и пешеходными дорожками под трамвайными путями.
А в начале 2000-х тренд начал меняться: на смену уличной торговле стали приходить стационарные магазины и сети. Постепенно власти в разных городах стали подходить к вопросу благоустройства строже: ларьки называли «визуальным мусором», связывали с проблемами антисанитарии. В итоге и здесь, как и по всей стране развернулась системная программа по демонтажу нестационарной торговли и рынок быстро прекратил свое существование. А подземный проезд с пешеходными дорожками так и остался. Сохранились даже мусорные баки под навесом от дождя.
С утра все небо затянула плотная серая пелена. Тяжёлые, будто свинцовые, сизые тучи, низко нависли над землёй. Солнца было не видно совсем, лишь тусклый, будто мутный свет с трудом пробивался сквозь эту серую массу. Сырой и зябкий воздух, словно дополнял эту безрадостную картину, навевая особое, угнетающее настроение.
Редким одиноким прохожим в такой день особенно остро хотелось быстрее проскочить этот переход, сесть на трамвай и умчаться домой, где можно сесть в любимое кресло, закутаться в плед с чашкой горячего чая и просто переждать эту сырую, немного унылую погоду.
А ей не куда было спешить. Ведь здесь под навесом, чуть в стороне от мусорных баков был её дом. Уже месяц, как она перебралась сюда, покинув свою зимнюю стоянку – тепловую камеру на краю нового микрорайона, где с каждым апрельским днем становилось, как в парилке, невыносимо жарко. И здесь, как и там, никто её не беспокоил. Да и кому? В поселке у лодочной станции было всего с десяток жилых домов, остальные, которых было и того меньше, использовались под дачи. Немногие дачники уже протаптывали тропинки к своим огородам, да и то, редко проходя пешком по переходу. Больше проезжали мимо на своих стареньких Жигулях.
И хотя у неё не было ни пледа, ни тем более кресла и даже чашечки горячего чая, ей очень нравился этот переход. И не только потому, что это был её дом, в котором она нашла свободный закуточик, в котором прохожим её было почти не видно. Главное – здесь, в мусорных баках, часто оставалась еда! Конечно, остатки завтраков и обедов редко, но все же бросали в баки, спешившие из поселка на трамвай прохожие. Но в основном еда оставалась после игравших здесь с вечера в «войнушку» мальчишек, реже девочек.
Вчера вечером мальчишек не было. Потому что вечером начался дождь и прогнал с рынка палатку с торговавшими в ней цыганами. Чем они торговали, она не знала. Кажется, были и какие-то продукты. В общем, как только начался дождь, цыгане собрали свой товар, сложили палатку и перебрались в переход. И хотя расположились они неподалеку, ожидая машину, внимание на неё никто не обратил. Она уже засыпала, когда за ними приехал Москвич фургон. Две девушки сели в кабину, а парня с палаткой посадили в кузов. Когда они уехали, она сразу заснула. Поэтому к бакам подобралась лишь утром.
Ей повезло. В одном из баков она нашла недоеденную вареную куриную ножку и два крылышка. В другом нашла кусочек сладкого пирога и недопитую бутылку Дюшеса. Она поела, снова легла и вроде заснула. Её разбудили веселые крики появившихся мальчишек, повадившихся играть здесь в свои игры.
Дождя на улице не было. Она поднялась, вышла из перехода и присела у входной стенки.
Теплый ласковый ветерок приятно обдувал её тело. Где-то недалеко зачирикали воробьи и даже послышалось пение каких-то недавно прилетевших птиц. Ей было хорошо. Она опустила голову на руки и стала вспоминать.