2. Документы — Отель "Логово" — Ксаррон — Love Legend
←
Отель "Логово"
2. Документы · 2 из 2

2. Документы

Утро выдалось пасмурным, будто природа ещё не решила: улыбнуться миру солнцем или расплакаться дождём.

Просыпаться не хотелось, впрочем, как и всегда. Но камин давно прогорел, а тонкий плед почти не защищал от утренней прохлады. Тупая боль в виске за ночь так и не прошла, и с ней, видимо, мало что можно сделать. Умывшись и переодевшись, я села за туалетный столик. Лицо в отражении было неестественно бледным, под глазами залегли тени. Потерев щёки руками, будто это что-то могло изменить в моём облике, я расчесалась и собрала волосы в тугой узел. Воротник-стойку потянула повыше и застегнула все пуговицы на жакете. Разглядывая себя в зеркале по утрам, я каждый раз силилась вспомнить хоть что-нибудь из прошлой жизни, но всегда терпела неудачу.

В центре реабилитации, куда меня отправили после больницы, я провела достаточно много времени. Специальные терапии, обучение базовым навыкам, курсы с последующим трудоустройством. Но память так и не вернулась. Меня никто не искал, в базах я не значилась и долгое время была просто Джейн Доу. Пока однажды, неизвестным образом, в почтовом ящике реабилитационного центра не оказалось удостоверения личности с моим фото и отпечатком большого пальца. С тех пор меня звали Серпина Корн.

В комнату без стука влетела рыжеволосая гостья. А мне казалось, что дверь я на ночь запирала.

— Привет, я Каролина.

— Я помню. — Я посмотрела на жизнерадостно улыбающуюся девушку, но не смогла ответить ей тем же.

— Собираешься на завтрак? — Каролина стремительно двигалась по комнате, остановилась у камина и тут же стала перебирать безделушки на каминной полке, будто ни на минуту не могла остаться без движения.

— Да. — Её присутствие в моей комнате было мне непонятно. Зачем я ей понадобилась?

— А ты не многословна, — заметила она, закончив с каминной полкой.

— Какая есть. — Я пожала плечами и продолжила наблюдать за движениями Каролины.

— Тут временами бывает очень скучно, я вот решила забежать к тебе, поболтать. — Девушка повернулась ко мне и подошла ближе. — И ты заходи ко мне, если захочешь.

— Правда? — Ну понятно, богатенькой девочке скучно, она желает развлечься. — С чего бы это вдруг гостье болтать с обслуживающим персоналом?

— Ты ведь не персонал. — Каролина фыркнула и дернула плечом.

— Суть одна. — Я неумолимо чеканила слова, давая понять, что чьим-то развлечением быть не собираюсь. — Я работаю на хозяев, ты у них в гостях, разница очевидна.

— Ой, да брось. — Рыжеволосая закатила глаза. — Что за средневековые предрассудки!

— Давай-ка так: я не беспокою тебя, ты не трогаешь меня, — предложила я в надежде, что Каролина наконец отстанет.

— Ты всегда такая скучная? — Девушка вглядывалась в меня, чуть прикусив губу от напряжения, как будто от моего ответа и вправду что-то зависело.

— Большую часть времени. — Её присутствие начинало тяготить меня.

— Отлично! Ты-то мне и поможешь. — Рыжеволосая схватила меня за руку и потянула за собой. — Некоторые личности считают своим долгом раздражать меня, а ты...

— О нет! — Я затормозила и высвободила свою руку из её захвата. — Я здесь не с этой целью, и лучше тебе обратиться со своим предложением к кому-нибудь другому. Я здесь не для твоего развлечения, Каролина.

Девушка задумчиво хмыкнула, а затем улыбнулась.

— Ладно, но ты всё равно заходи, если что, — произнесла она, а затем стремительно выбежала из комнаты, хлопнув дверью.

Спускаться к завтраку не хотелось. Излишнее внимание, светские беседы и еда в окружении едва знакомых людей тяготили. Но сегодня это было скорее необходимостью: не хотелось бы заблудиться в отеле в первый же рабочий день. Я проскользнула в столовую, стараясь не привлекать внимания, и это почти удалось. Я бесшумно скользнула на своё вчерашнее место и обвела взглядом собравшихся. Каспар и Даниэль вяло перекидывались колкостями, видимо, это их обычное состояние. Лори и Каролина весело смеялись, рассматривая альбом с фотографиями. Эйнар и Эмиас о чём-то спорили вполголоса, но при моём появлении замолчали. Эрзбет сидела во главе стола и что-то говорила склонившемуся к ней Луару, он кивал, соглашаясь. Авриэль задумчиво изучал какие-то документы и едва ли заметил, что я заняла место рядом.

Завтрак прошёл быстро, и вот уже Авриэль вёл меня длинными, запутанными коридорами отеля, и повторить этот путь в одиночку едва ли удастся.

Мы вошли в просторный кабинет на третьем этаже. То есть когда-то он был просторным, а теперь все свободные поверхности были завалены бумагами. Коробки с документами громоздились на полу, оставляя незанятыми узкие проходы к столу, стеллажам и дивану. Да ещё подход к камину был освобождён от вездесущих бумаг. Интересно, разводят ли тут огонь, или это небезопасно?

— Вы в принципе презираете электронный документооборот? — Замерев у самого порога, я боялась ступить внутрь, чтобы случайно ничего не задеть.

— Все документы хранятся здесь. И в те времена, когда они оформлялись, электронного документооборота не существовало. — Авриэль указал на горы бумаг и полупустые стеллажи вдоль стен. — Сегодня можете работать за моим столом, но я распоряжусь, чтобы поставили ещё один. Думаю, так будет удобнее. Всю бухгалтерию и делопроизводство веду я, отвечу на любые вопросы по документам.

Ещё один стол? Интересно, куда бы он поместился? На потолок, не иначе.

— Хорошо. — Я села на предложенное место. — С чего начнём?

Мы приступили к работе. Стопки документов, папки, подшивки кочевали с пола на стол и дальше занимали своё место на стеллажах или отправлялись в архивные коробки. Работа была нудной и кропотливой, но зато простой и понятной. Нужно было вносить информацию в компьютерную программу, перепроверять, сортировать по категориям. Я погрузилась в этот процесс с головой, чувствуя, как привычная работа успокаивает и отгоняет тревожные мысли. Тишину в кабинете нарушали только треск поленьев в камине (и когда Авриэль успел его разжечь, да и безопасно ли это?), тиканье часов на каминной полке да шелест бумаг.

В реабилитационном центре практиковали курсы с последующим трудоустройством, это была и часть терапии, и возможность вернуться в общество полноценным членом, а не иждивенцем, живущим на пособия. Именно такие курсы, а потом и работа оказались моим спасением. Стать наконец в чём-то успешной для меня, дурочки, не умеющей пользоваться микроволновкой и мобильником, было сродни открытию. Я уцепилась за эту соломинку так крепко, как только могла, и она потихоньку вытащила меня из того болота, которое неумолимо засасывало меня.

Когда я погружалась в цифры, всё вокруг переставало существовать, я слышала их, они рассказывали мне свою историю. Мир замирал, время останавливалось. Даже головная боль, не дававшая мне покоя со вчерашнего вечера, отступила на второй план.

Многие удивлялись моему чутью, не понимали, высмеивали, но в критический момент все они шли ко мне. Я помогала, не надеясь на благодарность, не припоминая обиды. Во мне осталось слишком мало эмоций, чтобы меня это трогало. Но они всё же были, будто подёрнутые саваном, неяркие, но я радовалась даже таким.

Я испытывала удовольствие, работая с документами Грейвс, а такое нечасто бывало. За весь день, находясь в кабинете с Авриэлем, мы не сказали друг другу ни слова. Мы понимали друг друга без них. Старший Грейвс точно знал, какой отчёт или документ понадобится мне в следующий момент, и он появлялся на столе. А уже отработанные бумаги опять исчезали в недрах стеллажей. Я делала редкие пометки в своём блокноте, проводила пальцами по строчкам, написанным его рукой в документах. В какой-то момент в комнате появился поднос с едой, но даже доносящийся от него аппетитный аромат не отвлёк нас от работы.

Близился вечер.

— Ты напеваешь! — Его голос извлёк меня из моего волшебного мира.

Я удивлённо посмотрела на Авриэля и встретила такой же удивлённый взгляд. Напеваю вслух? Я? Этого просто не могло быть. Обычно я контролировала себя и, если и напевала, то исключительно про себя.

— Что? — непонимающе переспросила я.

— Ты напеваешь. — И повторил мелодию.

Я нахмурилась. Странно. Обычно в присутствии посторонних я лучше себя контролировала.

— Не может быть. — Я посмотрела ему в глаза, и тут последний луч заходящего солнца скользнул по моему лицу, заставив зажмуриться.

«Я дам тебе имя, вот важнейший приём колдовства», — напела я.

— Ты веришь в колдовство или что-либо сверхъестественное? — внезапно спросил Авриэль.

— Я верю в цифры, финансовый учёт и статистику, а это просто глупая песня. — Было странно слышать от него такой вопрос.

— Скоро ужин, — Авриэль махнул в сторону часов, стоящих на каминной полке.

— Не хочу туда идти, — непроизвольно вырвалось у меня. Хотя какое окружающим дело до моих желаний?

— Почему? — Ему и вправду интересно или мне просто это кажется?

— Я предпочитаю одиночество. — И это было абсолютной правдой. Я чувствовала себя неуютно в людных местах, стараясь сводить к минимуму любое общение.

— Моя семья настолько ужасна? — Он улыбнулся, ожидая моего ответа.

Я пожала плечами. Мне захотелось улыбнуться в ответ, и я удивилась своей реакции.

— Дело во мне. — Я вздохнула, захлопывая блокнот. Головная боль возвращалась, а так хотелось, чтобы она наконец ушла. — Я преотлично ела бы в своей комнате, не беспокоя вас.

— Ты нас не беспокоишь, ты у нас в гостях. — Авриэль слегка нахмурился. — Идём. — Он протянул ко мне руку, но я проигнорировала его предложение помощи, судорожно сжав блокнот в руках. Он кивнул и отошёл от стола.

— Идём, — прошептала я и поднялась, чуть покачнувшись от головокружения.

Перед глазами стало темнеть, и я почувствовала его руки на своих плечах перед тем, как отключиться. Туман рассеялся, и первое, что я ощутила, было ровное биение сердца под моей правой рукой, такое успокаивающее. Странно, но голова больше не болела. Я открыла глаза, и первое, что я увидела, — это пуговицы рубашки Авриэля, в которые я только что носом не утыкалась, и свою руку, под которой билось его сердце. Я испуганно рванулась из его объятий. Он отпустил меня, но всё ещё пристально рассматривал, видимо опасаясь, что мне опять станет плохо.

— У меня есть все основания предположить, что это голодный обморок. — Он кивнул на поднос с давно остывшей нетронутой едой. — Мы ведь не обедали, а поддерживать силы как-то нужно.

— Возможно, но раньше такого не случалось. — Я не могла понять, что со мной происходит. Это было определённо в новинку, во мне возникали непонятные реакции, и я, пока что, не могла их интерпретировать. Мне не хотелось встречаться с ним взглядом, а ещё лучше оказаться бы сейчас в своей комнате в одиночестве.

Меня отвлёк бой часов внизу. Время ужина. Нужно взять себя в руки. Ничего страшного не произошло. Просто закружилась голова, с кем не бывает. Длительная поездка, стресс, головная боль, мало ли что послужило причиной?

Авриэль шагнул ко мне и решительно взял под руку.

— Не хочу, чтобы ты упала где-нибудь по дороге. — Я сначала вздрогнула, а потом кивнула. Вполне разумно: если я отключусь на лестнице, исход может быть летальным, а хозяевам вряд ли нужны такие проблемы.

— О небеса, теперь их двое!

Я оторвалась от своих пометок в блокноте и посмотрела в сторону звука. Даниэль переводил взгляд с меня, делающей пометки в блокноте, на брата, изучающего документы. Авриэль поднял голову от бумаг и посмотрел на меня. Правый уголок моего рта дрогнул в почти улыбке.

После ужина я вернулась в комнату и, хотя спать было ещё рано, переоделась в пижаму и забралась под плед на диване у камина. Постель так и осталась нетронутой — я не могла заставить себя лечь в эту огромную кровать с тяжелым балдахином. Здесь, у камина, прижавшись к спинке дивана, я чувствовала себя в относительной безопасности, но даже эта безопасность была иллюзией. Замок на двери, который я точно защелкнула на ночь, оказался бесполезной декорацией, ведь утром Каролина влетела в комнату так, будто замков и вовсе не было. Эта мысль тянула за собой другую, более тревожную: идеальный порядок в документах Грейвз не давал мне покоя. В реальной жизни так не бывает. Люди ошибаются, путают даты, теряют накладные.

Глядя на огонь, я потерла ладони. Казалось, что я до сих пор чувствую ровный и уверенный ритм сердца Авриэля. Я не привыкла к прикосновениям, каждое из них вызывало во мне желание сжаться в комок. Но его руки на моих плечах не вызывали отвращения.
В голове крутилась песня, которую я напевала вслух, и глупая мысль: «А что, если я схожу с ума?». Ведь сумасшедшим не нужна логика, им не нужны архивы и цифры.

Потянувшись за чашкой, я мимолётно взглянула на каминную полку. Что-то было не так. Что-то неправильное. Я выпила отвар залпом, а потом встала и подошла к камину. Несколько керамических фигурок были в тёмном налете и паутине мелких трещин, деревянная рамка с фотографией отеля потемнела местами, а само фото расслоилось, будто побывало в огне.
Странно. Ещё вчера всё выглядело совершенно по-другому. Мысли стали путаться, я выронила рамку и побрела к дивану. Нужно подумать об этом завтра.
Боль в висках стала почти привычной, и я надеялась, что хоть сон принесёт мне немного облегчения. Натянув плед до подбородка, я подумала и укрылась с головой, подтягивая колени к груди.

Продолжайте с того же места

Войдите или создайте аккаунт, чтобы сохранять прогресс и возвращаться к начатым книгам на любом устройстве.

Войти и сохранить место Можно просто читать дальше — бесплатные главы открыты без входа.
←
0%
☰