Глава 5 — Пташка из клетки — Яра — Love Legend
←
Пташка из клетки
Глава 5 · 5 из 9

Глава 5

Сколько времени я так простояла неизвестно. Даже когда остров скрылся за горизонтом, не ушла с палубы. Людей было немного, никто не нарушал моего личного пространства. А я всё смотрела вдаль невидящим взглядом и не представляла, что делать дальше. Слёзы давно высохли, а в душе поселилась пустота. Мечта, о которой я грезила все эти годы, сбылась. Без моральной подготовки, без чётких планов на дальнейшее существование. Словно в ладонь положили золотую монету, когда ты просто вытянул руку, чтобы поймать снежинку. И блестит, и нравится, но подали милостыню, когда этого не просил.

Плеча коснулись. Я вздрогнула и отшатнулась.
— Всё гораздо сложнее, чем я думал. — хмурясь сказал Льюис. — Идём в каюту, обедать пора.
Ела я механически, даже не понимая, что жую. Думать и переживать не хотелось. Просто решила лечь спать. Кровати было всего две и мне подумалось, что с Милли мы вполне поместимся, если её положить на бок. Не теряя, ни минуты, я устроилась рядом с больной. Бессонная ночь и обилие нестандартных ситуаций истощили организм. Сон сморил, как только моя голова коснулась подушки.

Я стояла на пристани в портовом городе. Меня немного качало, и болели руки. Из-за слёз, наполнивших глаза, окружающая обстановка выглядела размыто. Люди вокруг суматошно сновали, не поднимая головы. Высокий мужчина, проходя мимо, толкнул меня плечом, и я осела на брусчатку. Шедшая следом женщина наступила на подол моего платья. Люди не замечали, сидящего на земле человека. Наступали, проходили мимо. Их становилось всё больше. Моё дыхание участилось, я пыталась защититься руками от ботинок идущих, но боль усиливалась с каждой минутой.

Животный ужас накрывал с головой. Затопил собой каждую клеточку моего тела. Из груди вырывались стоны боли и тихая мольба. Воздух в лёгкие поступал скудными клочками, словно через плотную подушку. Толчок. Боль. Я перестала дышать.

Сильный удар заставил меня очнуться. Щека горела.
— Пташка! Ну и напугала. Я думал, ты задохнулась насмерть. — жадно глотая ртом воздух я почти не слышала слов Льюиса. — Послали же Духи счастье!
Меня трясло от страха, но дыхание начало восстанавливаться. Льюис подал мне кружку с водой. Сделав несколько больших глотков и полностью восстановив дыхание, я спросила:
— Что это было? — кошмары для меня были не редкостью. Во снах часто отражаются наши переживания. Страх быть затоптанной в людском потоке, и был моей болезнью. — Почему я задыхалась?
— А! — на лице мужчины проскользнула улыбка, но он попытался её спрятать за напускной серьёзностью. — Милли, — смешок всё-таки сорвался с его губ, — Она тебя придавила. — после этой фразы, мужчина, уже не стесняясь, расхохотался в голос.

— Что смешного? — мне было до ужаса обидно. Я вздохнула и отвернулась. И только тогда поняла, что в иллюминатор не проникает свет. День передал свои права белоликой луне.

Руки саднило. Я не меняла бинты уже больше суток. Видимо, раны от нагрузки открылись и начали снова кровоточить. Об этом свидетельствовали буро-рыжие, подсохшие на бинтах пятна. «Главное, чтобы не было заражения» — со вздохом подумала я, разглядывая каждый видимый кровоподтёк.
— Что у тебя с руками? В Густа я пропустил какое-то событие? — неопределённо пожав плечами и опустив голову, я старалась смотреть куда угодно, только не на мужчину.
— Пташка, — Льюис взял меня за подбородок и заглянул прямо в глаза. — Что произошло? — не дождавшись моего ответа, он встал и ушёл в уборную.
Послышалось копошение, звон медного таза, плеск воды. Через пару минут, Льюис водрузил на стол таз, полотенца и скомандовал:
— Садись. — жестом показал на один из двух стульев, стоящих у стола.
— Хорошо. Мне, и правда, нужно обработать… — обречённый стон Льюиса показал, что подробности ему не интересны. Присаживаясь, я сказала: — Льюис, спасибо что помог, я буду тихо. Ты можешь идти отдыхать.
— Пташка всё может делать тихо, — проговорил Льюис. — В этом я убедился. — собеседник как ни в чём не бывало, взял одно из полотенец и смочил его водой, а после продолжил, — Кроме одного, она громко спит. — уголок его губ поднялся, выдавая своеобразную улыбку.

Льюис точно знал, как меня смутить. Не успела я отвернулась, чтобы не испытывать стыда за нарушение его покоя, как Льюис быстро перехватил мою руку и ловкими движениями обмотал мокрое полотенце поверх бинтов. Я только и успела вздрогнуть от неожиданности.
— Зачем ты это делаешь? — вскрикнула, когда собеседник принялся за вторую руку.
— Просто посиди молча. Руки обработаем и спать. Будешь кричать и протестовать, отнесу на палубу. Ночевать под открытым небом, любоваться звёздами и луной, — мечтательные нотки в голосе, и глаза мужчины, возведённые к потолку, меня не впечатлили, но на всякий случай я решила не рисковать и затихла. Спать на улице совершенно не боялась. Выпасть за борт тоже — алкар бы защитил. Но вот после кошмара, оставаться совершенно одной не хотелось.

Мы сидели и молчали. На столе мерцала лампада, охраняемая алкаром. Рядом слышалось размеренное дыхание Милли. Лёгкое покачивание на океанских волнах, убаюкивало и расслабляло. Впервые мне было так комфортно и спокойно.

Это продлилось недолго. Бинты под мокрым полотенцем размякли. Льюис аккуратно подцепил край узкой полоски и начал постепенно разматывать. Влажная ткань поддавалась неохотно. А в некоторых местах пришлось даже отдёргивать бинты от кожи. Я застонала от боли.

— Пташка, потерпи. Это нужно сделать в любом случае. — наверное, я сошла с ума или просто осмелела, потеряв связь с пансионом, иначе не могу объяснить почему решилась на вопрос:
— Пташка, выдра, что за флора и фауна в твоём лексиконе?
— Не нравится, когда называю тебя пташкой? — этот «пернатый» даже не соизволил поднять взгляд. А прозвище «пташка» меня действительно раздражало. Всё равно, что с курицей сравнивал. Но вместо того, чтобы выговорить, я просто ответила:
— Не могу понять, почему именно птица.
— Кхм… Маленькая, ты же мне даже до плеча не достаёшь. Глаза твои большие, круглые и серые, а руки перебинтованы, словно подбитые крылья. Ты та, кто сидел в клетке у плохого хозяина. Именно такие ассоциации появляются при взгляде на тебя, поэтому и пташка. — Льюис пожал плечами, как бы говоря: простая аналогия.

Жар негодования близко подступил к щекам, но схлынул в считаные секунды от такого ответа. Молчание затягивалось. И именно в этот момент я обратила внимание, но то как Льюис разглядывает мои руки.
— Что-то не так? — страх подцепить заражение вытеснил во мне другие мысли.
— Мне интересно. Айрин, почему ты позволяла себя бить? Я правильно понимаю, что это далеко не первый раз твои руки в таком состоянии?
— С чего ты это взял? — я с вызовом посмотрела на собеседника. Признаваться в том, что побои были регулярными, мне не хотелось.
— Каждый застарелый шрам, сам рассказывает, как безжалостно с тобой обращались. — Льюис медленно проводил указательным пальцем по каждой белёсой полоске, оставленной когда-то Эдной Винсент. Он как будто своими прикосновениями пытался стереть все болезненные фрагменты моего детства.
— Не нужно. Давай… Я дальше сама… — мне захотелось выдернуть руки, спрятать их, и больше никому не показывать. Мужские прикосновения, как-то по-новому отзывались в моём теле.
— Подожди, сейчас мазью намажу и забинтую. Я быстро. — и он действительно справился в считаные минуты. — Ложись на мою кровать. Второй раз я могу не услышать.
— А где будешь спать ты?
— Сейчас схожу к капитану, мы с ним что-нибудь придумаем. — с этими словами Льюис вышел из каюты.

Сон не шёл. Я ворочалась с боку на бок, пытаясь воссоздать в памяти все события минувшей ночи. Выходило плохо. Сейчас, находясь в спокойном состоянии, я не могла объяснить себе причины некоторых своих поступков.

«Почему не проверила Мартина, как решилась покинуть «дом»? Льюис, какой человек? Ему можно доверять? И зачем он похитил больную девушку? Может, тоже пожалел?» — круговорот этих вопросов роился в моей голове. Ответов не находилось совсем. «Мартин обещал приехать, значит, нужно ждать там где он сказал» — после этой мысли, я подскочила на кровати и заметалась по каюте в поисках чемодана.

Он нашёлся под столом. Трясущимися руками, словно в лихорадке я водрузила багаж на стол. Резкая нагрузка снова вызвала болевые ощущения. Я только поморщилась, слишком переживала, чтобы замечать посторонние неудобства.

Глядя на открытый чемодан, глубоко вдохнула и мысленно попросила помощи у Духов ветра. Но надежда таяла с каждой новой вещью, выуженной из недр багажа. Дополнительная тряска содержимого не принесла результатов. Всё было на месте. Даже бумага для рисования и кусочки транта, аккуратно запакованные в холщовый мешочек. Но не было её… «Нет, нет! Куда же ты делась?» — так, бормоча себе под нос, я пыталась найти маленький клочок бумаги с указанием района, в котором должна поселиться. «Мартин меня не найдёт!» Это была минута отчаяния. Неспособная даже заплакать я села на пол и уставилась на горящую лампаду. Мир рухнул в одночасье.

Теперь я осталась совершенно одна в незнакомом месте. Страх пожирал меня изнутри. Проникал в разум и затапливал собой даже самый яркий лучик надежды. В конечном счёте я попыталась смириться с судьбой, сказав себе: «Ты уже спасена, осталось только найти новый дом». — после данного себе обещания всепоглощающее чувство ужаса и неизвестности начало отпускать. Я решила, что в любом случае не пропаду. Умение хорошо работать у меня есть, а значит, остальное приложится.

В кровать ложилась уже с боевым настроем. Победить себя, победить всех. План по захвату рабочего места, желательно с проживанием и в пансионате со стариками, появился сам собой. Эмоциональное перенапряжение сделало своё дело. В этот раз я заснула быстро, жаль только на рассвете. А вот Льюис к тому моменту так и не пришёл.

Благодаря мощным алкарам, до материка мы добрались за пять дней. Корабли без защитных полей иногда проводят в пути по несколько месяцев. Этот универсальный камень защищает от непогод и бурь. Ветра не касаются борта, тем самым позволяя судну идти на максимальной скорости без малейших препятствий.

Мили проснулась на второй день путешествия. Ещё через пару дней, девушка уже могла осознанно разговаривать. Они с Льюисом часто о чём-то тихо переговаривались, но как только я подходила ближе, замолкали. «Наверное, они знакомы. Мог ли Ферди специально выдать себя за душевнобольного?» — ни один из этих вопросов, я так и не решилась задать вслух. Кроме того, был ещё один вопрос. Его я боялась задать даже самой себе. «Какие эмоции во мне вызывает Льюис? Почему когда вижу, как мило Льюис беседует с Милли, мне хочется подойти и закрыть ему глаза ладонями?» Я искренне не понимала, что со мной происходит.

Но как бы мне ни хотелось отстаивать право находится рядом с этим мужчиной, я себя сдерживала. Молчала. И старалась никому не докучать.

Льюис продолжал целыми днями находиться около Милли. Ночью уходил спать в другое место. Куда нам он так и не рассказал.

Когда на горизонте показалась земля, эмоции захлестнули меня с новой силой. Через несколько часов мне предстояло пройти самое первое и важное испытание на материке.
— Ктаория, как ты примешь меня? — прошептала я, всматриваясь в очертание моего будущего «дома».

Продолжайте с того же места

Войдите или создайте аккаунт, чтобы сохранять прогресс и возвращаться к начатым книгам на любом устройстве.

Войти и сохранить место Можно просто читать дальше — бесплатные главы открыты без входа.
←
0%
→