Пенелопа. Потеря
Я стояла неподвижно, наблюдая за рассветным солнцем, пробивающимся через облака и окрашивающим верхушки деревьев Сада в золотистые цвета. В комнату неслышно вошёл Таир и остановился чуть позади, явно намереваясь сообщить мне что-то важное.
Ты ходил к директрисе?- поинтересовалась я, всё так же отрешённо разглядывая прекрасное небо начала лета в промозглом Мидлтоне.
Охрана сказала: «мы не будем ловить какого-то деревенского призрака, которого никто, кроме вас, не видел, мало ли, какие торговцы к нам захаживают». Директриса тоже не спешит принимать какие-либо меры без доказательств.
Ну, конечно, для Школы покушения – обычное дело, никто не будет даже слушать нас до появления первой жертвы. В договоре с этим «прекрасным» учебным заведением указано, что за безопасность жизни учителей и учащихся они никакой ответственности не несут, если эта опасность связана с положением человека в обществе и его личными врагами. Поэтому все и таскают с собой телохранителей.
Ты не думаешь попросить родителей выделить тебе охранника?
Нет, мы имеем дело с непрофессиональным фанатиком, нет смысла беспокоить моих многоуважаемых родственников: они не будут рады тому, что «их дочь совсем ничего не может сделать сама».
Таир медленно кивнул, мрачно осматривая комнату, будто надеясь увидеть скрытое взрывное устройство. Вздохнув, я взяла его за руку и мягко потянула ближе к окну.
Посмотри, какое прекрасное утро, не нужно портить его преждевременными опасениями.- сказала я, указывая на облако необычной формы, висящее в небе подобно огромному куску сладкой ваты.
Похоже на тебя, когда ты придумываешь сто обидных прозвищ Нилу. Вон рожки, хвост...- заметил Таир, с улыбкой оборачиваясь и получая от меня беззлобный подзатыльник.
Дурак. Ещё слово о Ниле и замуж за него пойдёшь ты.- огрызнулась я.
То есть ты всё же собираешься за него замуж?
Тоскливо вздохнув, я поднялась на цыпочки и поцеловала Таира в щёку, проведя одной рукой по его волосам.
Давай перестанем говорить о нём.- попросила я, и Таир, улыбнувшись, сочувственно погладил меня по волосам.
Конечно. Пойдём, проведу тебе небольшую экскурсию по моим картинам.- предложил Таир, кивая внутрь комнаты.
Пойдём, конечно!- радостно воскликнула я и потянула его за собой в пёстрый круговорот произведений искусства.
Внезапно я краем глаза заметила две фигуры на траве под окном.
Нил и злоумышленник.- мгновенно поняла я, забыв про картины, и, скрывшись за рамой, стала внимательно наблюдать за разворачивающейся сценой.
Двое перекинулись несколькими фразами, а затем злоумышленник, выхватив пистолет, направил его на Нила и скрылся в кустах; последний остался стоять неподвижно.
Умно.- мысленно похвалила его я, видя, как хотелось ему кинуться за своим врагом.
Я вернусь через несколько часов, скорее всего, появилась новая информация о злоумышленнике.- проговорила я, поспешно выходя из комнаты и сбегая вниз по лестнице.
Как бы я ни хотела взять с собой Таира, нельзя было впутывать его в эту историю: я и так жила в его комнате, что сопровождалось неким риском для моего друга.
Мне нужно всего лишь узнать, о чём они говорили, и всё, ни слова о личном, сейчас не время для ссор.- старательно убеждала себя я, подходя к комнате Нила.
Задумавшись, я распахнула дверь и увидела, как с подоконника в комнату, спиной ко мне, спрыгнул человек. Прежде чем последний успел обернуться, я схватила со стола вазу и разбила её о голову вора. Дождавшись, когда тот упадёт на пол, я спокойно взяла с кровати покрывало и, связав незнакомца, перевернула его.
С минуту я молча смотрела на Нила, а затем, рассмеявшись, схватила мужчину за руки и, протащив его по полу, уложила на кровать.
Кто же входит в собственную комнату через окно? Дурак.- проговорила я, с трудом сдерживая смех, и достала из шкафа аптечку, чтобы обработать раны, оставшиеся после нападения безжалостной вазы.
Стерев с его лба кровь, проверив, не осталось ли в ранах осколков и обработав царапины, я опустилась на кровать рядом, поджав ноги, и задумчиво осмотрела спокойное лицо Нила.
А ты красивый, когда не притворяешься.- пробормотала я, ласково проведя кончиками пальцев по контуру лица мужчины.
Даже неопытному глазу было заметно, как он измотан. Глядя на бледную кожу, обтягивающую будто бы одни лишь кости, я грустно вздохнула.
Я тебя не ненавижу, слышишь? Я тебя люблю... Таира – как друга, а тебя... Как тебя? Но ты дурак, как тебе можно доверять, если ты так меня оберегаешь, что правду никогда не говоришь?- тихо поинтересовалась я, склоняясь над мужчиной и целуя его, едва касаясь приоткрытых губ.
Внутри всё сжалось, а затем распустилось таким знакомым, благоухающим цветком, моментально залечившим, прикрывшим лепестками мои раны.
А давай-ка я тебя постригу. Ты же не против? Вот и я так думаю.- весело воскликнула я, подтаскивая к кровати стул и с трудом сажая на него Нила.
Первым делом я взяла из ванной бритву и склонилась над лицом мужчины.
К счастью, мой отец после операции был на полгода прикован к постели, и брить человека, даже находящегося без сознания, я умею.- подумала я, ловко справляясь со своей задачей и довольно разглядывая Нила.
Далее настала очередь причёски. Взяв расчёску, ножницы и лак для волос, я нашла в сети картинку и принялась за дело. Через некоторое время я уже закончила работу и, подметя пол, придирчиво осмотрела своё творение.
Тёмные пряди Нила были острижены, но всё ещё сохраняли свою длину, спускаясь каскадом в хитроумной причёске и более не падая на плечи. Решив сохранить некую упорядоченную растрёпанность, я не стала зачёсывать волосы мужчины назад, дав им полную свободу в пределах чёлки и затылка.
Когда я уже хотела переложить Нила обратно на кровать, он вздрогнул и, схватившись рукой за голову, открыл глаза. Я замерла, глядя в удивлённые голубые озёра, ещё не осознавшие происходящего и лишь с растерянной радостью глядящие на меня.
Переведя взгляд со своей руки на плече Нила на его лицо и обратно, я наконец пришла в себя и хотела отойти, но мужчина схватил меня за запястье, удерживая.
Пенелопа.- прошептал он, притягивая меня к себе и обнимая.
Пусти.- неуверенно запротестовала я, но Нил лишь крепче прижал меня к себе.
Ты мне должна за этот удар вазой.- заметил мужчина, утыкаясь носом мне в волосы.
А ещё за стрижку.- добавила я, усмехнувшись.
Вскочив, Нил подошёл к зеркалу и ошарашенно пригладил волосы.
Теперь понятно, почему ты держишь всю Школу в страхе. Но, признаться, это великолепно... Ты же пришла спросить о моём разговоре со злоумышленником?- поинтересовался музыкант, проходя в другую часть комнаты и выуживая из мини-бара две бутылки холодного кофе.
Если ты знаешь, что я видела тебя, значит, ты видел меня. Я ощущаю твой гнев. Объяснись.
С чего это я должен перед тобой отчитываться?
Не веди себя как ребёнок, Нил. Я не хочу нового недопонимания с тобой.- устало произнесла я, принимая у мужчины бутылку и замечая, что его рука слегка подрагивает.
Таир.- коротко объяснил он, садясь на край кровати с противоположной стороны от меня.
Ревнуешь?
Пенелопа!
Прости... Мы с ним друзья, он помог мне.
Ты часто целуешься с друзьями?
Нил! Я сказала, что он мой друг, как я могу доказать, что говорю правду?
Вздохнув, Нил откинулся на подушки и на секунду взглянул на меня с грустной решимостью в глазах.
Я подал заявление на увольнение. Завтра меня здесь уже не будет. Я уеду и, надеюсь, заберу с собой злоумышленника. Если он, вернее она, останется, я прикажу своим агентам взять Школу под охрану.- сказал музыкант, кивая на открытый чемодан, тоскливо возлежащий в дальнем углу комнаты и пестреющий торопливо уложенными вещами.
Минуту я не могла понять, о чём он говорит, но, стоило осознанию достигнуть моего разума, я вскочила.
Нет!- воскликнула я, одергивая одежду и уверенными шагами направляясь к выходу.
Тебе не нужны проблемы.
Верно! Но мне нужен ты!
У тебя есть Таир.
То ли рыкнув, то ли всхлипнув, я повалилась в кресло и, подтянув колени к лицу, застыла. Я услышала, как Нил хотел было подойти ко мне, но, остановившись посреди комнаты, направился к чемодану. Зашуршала грубо сминаемая одежда, громом в тишине раздался звук резко застёгиваемой молнии, а затем меня окутало вязкое, ужасающе всеобъемлющее, будто бы покрывающее плотным ковром все предметы в комнате и старающееся задушить меня, безмолвие.
Когда я подняла взгляд, Нил подхватил чемодан за ручку и, глубоко вздохнув в попытке овладеть своими эмоциями, вышел из комнаты, тихо затворив дверь.
Я сидела неподвижно, беспомощно сжимая кулаки и царапая ногтями ладони, глаза наполнялись неудержимыми слезами отчаяния. Я даже не подняла руку, чтобы стереть их, и вскоре солёные капли потекли по моим губам, оставляя узкие мокрые борозды на коже.
Я медленно провела языком по верхней губе и вдруг, вместо солоноватого вкуса слёз, ощутила сладковатый, воскрешённый моим воображением, создаваемый поцелуем одного-единственного человека. Сладость наполнила мой рот и потекла вниз, к сердцу, окутывая тело, дрожащее от сжатых в тугие узлы нервов; мой разум пытался спастись, создавая иллюзии, шаткие карточные домики, старающиеся удержать ураган боли.
Если раньше это была боль, рождённая предательством, в которое я долгое время верила, и подкрепляемая гневом, то теперь она сменилась болью обречённого на жизнь, болью того, кого спасли, навеки покинув. И нет, да и не будет никогда, жизни хуже чем жизнь, купленная за такую цену.
На негнущихся ногах я подошла к окну, обнимая себя за плечи в попытке спрятаться от враждебного мира, согреть тело, ещё помнящее родное тепло, место которого теперь заняла вечно ледяная космическая пустота без единой звезды. Четвёртый этаж, куски каменных статуй, сбитых с крыши несколько лет назад, чтобы предотвратить обрушение, пропасть, такая манящая, посылающая мне своё немое приглашение...
Я сделала шаг к подоконнику, руки вцепились в белый облупленный камень, тело хотело жить, но ни одна сила, движущая безвольную марионетку моей плоти, не разделяла это желание. За моей спиной резко отворилась дверь, знакомые руки обхватили меня за грудь и утянули в глубину комнаты, далёкий неразборчивый голос достиг моего слуха, я всё никак не могла понять слов. «Почему же меня удержали? Наверное, это происшествие повредило бы репутации Школы».
Холодная мысль, расчёт, проведённый разумом по старой привычке, и дрожь в коленях, выдающая страх тела, совсем недавно стоявшего на пороге смерти.
Пенелопа! Пенелопа!
Голос пробивался сквозь вату в ушах и разрушал мою прекрасную, спасительную тишину своей громкой настойчивостью.
Таир.- ответила я совершенно автоматически, без единой мысли, поворачиваясь к парню лицом и глядя в его, полные страха и тоски, глаза.
Нет, прошу тебя, я не переживу. Я не готов увидеть тебя такой же, как когда-то Лили, я больше не позволю себе опоздать, если понадобится, я запру тебя, прикую к кровати, лишь бы не потерять.
Он говорил сбивчиво, умоляюще, и мой разум начал проясняться; осознав всю глубину его грусти, желание помочь собственной душе уступило место желанию помочь человеку, когда-то спасшему меня.
Сделав несколько глубоких вдохов, я вернула себе хотя бы частичную способность трезво мыслить и ласково погладила Таира по волосам.
Я не прыгнула бы.- спокойно сказала я, стараясь придать своему голосу максимальную уверенность.
Мне соврать не получится.- с упрёком произнёс парень, но в его голосе послышалось облегчение.
Он... уехал, чтобы спасти меня. Как минимум, ему кажется, что он меня спасёт.
Спасёт! Как великолепно он тебя спасает! Достаточно было просто забрать тебя с собой. Но раз он такой идиот, ты можешь уехать сама и пожить некоторое время под тщательной охраной.
Кубок.
Он не стоит твоей жизни.
Бизнес моих родителей на грани разорения, мы почти банкроты, я не могу позволить своей нерождённой сестре всю жизнь выплачивать долги.
Брак?
Таир...
Прости меня, прошу, прости, я не хотел!..- поспешно воскликнул он, заключая меня в объятья.
Я знаю.- проговорила я, вздохнув, и перевела взгляд на поле за окном - До конца учебного года меньше месяца, я выдержу, даже без него.