Пенелопа. Грань смерти
Я шла на бал с тяжёлым осознанием неизбежного. То, что я хотела предложить Таиру, было безумием, но не мне было судить об этом, ведь целью моей было спасение, а не собственное благо.
Я увидела его сразу. Сизые волосы, бегущие по плечам свободной волной (так и не постригся, хоть я и уговаривала), дорогой костюм с золотыми пуговицами, цепочкой с фамильным символом — волком в прыжке, на ноге – белой рубашкой и бабочкой под цвет волос. Холодный взгляд тёмно-синего глаза, как всегда, встречался в поединке с дружелюбным светом зелёного, создавая ощущение двойственности и непостоянности личности парня: он будто бы был создан из двух разных частиц, из мрака и света. Безусловно, это была самая прекрасная гетерохромия, которую я когда-либо видела.
Он был аристократичен и почтительно-вежлив, как принц, ловок и строен, как воздушный гимнаст (а именно им он и был), умён, как учёный, красноречив, как поэт, нежен, как лепесток лотоса, и твёрд, как гранитная скала, отражающая удары морских волн. Не было человека более светлого и весёлого, но также не существовало более грустного и цепляющегося за прошлое. Он был ангелом с друзьями и демоном с врагами, убитый прошлым, но верящий в будущее. Таким он и остался в моей памяти: свободный внешне, но скованный в душе, самый тёплый летний вечер и самый мрачный дождливый день осени.
Каждый раз, когда я смотрела на него, тонула в бездонных океанах его глаз, я чувствовала лёгкий укол грусти. Если бы Таир появился в моей жизни на пару дней раньше Нила, я любила бы его безгранично и безоговорочно, но он пришёл слишком поздно, а потому смог стать лишь опоздавшей мечтой. Так цветы и извинения уже не важны человеку, покоящемуся под могильной плитой, так не тревожит пустыню одинокая капля дождя, ведь уже ничто не может напоить её, так упавший в пропасть не видит и не ждёт руку помощи, пропустившую мгновение, когда он ещё стоял на краю, так увядший цветок не поднимает головку при виде знакомой лейки, поднятой хозяином, вернувшимся из продолжительной поездки.
Для меня не было и не будет друга лучше него, хоть я и не видела его уже столько лет. Он стал тем, кто спас меня из пучины отчаяния, кто протянул мне руку в самый подходящий момент; я готова была отдать ему всё золото мира, лишь бы он простил себе это роковое опоздание...
Подойдя к Таиру, я мягко тронула его за плечо, привлекая к себе внимание. Обернувшись, парень растрепал свои волосы, и одна из прядей коснулась тыльной стороны моей ладони; я шутливо пропустила её сквозь пальцы и посмотрела ему в глаза.
Мне нужна твоя помощь, Таир.- серьёзно проговорила я, борясь с желанием сбежать на край света, лишь бы не начинать этот разговор.
Я всегда к твоим услугам, подруга.
Звонкий, ласковый голос, что так недавно успокаивал меня, помогал мне не упасть на дно провала в своей душе...
Я должна сказать, что выхожу за тебя замуж. Если я не сделаю этого, злоумышленник продолжит попытки отомстить Нилу через меня. Но если он поймёт, что всё это время ошибался насчёт нас с Нилом, то отстанет и от меня, и от Школы.- произнесла я на одном дыхании, глядя на своё смутное отражение в начищенном до блеска паркете.
Вот уж не думал, что ты когда-нибудь начнёшь защищать это образовательное учреждение.- с совершенно искренним удивлением сказал Таир, мягко касаясь моего подбородка, вынуждая смотреть ему в глаза.
Ты же не собираешься всерьёз выйти за меня замуж?- строго спросил он, и я помотала головой.
Конечно нет, только обеспечить безопасность себе и своему окружению. Пока у меня есть шанс вновь быть с Нилом, я не решусь на это. Прошу тебя, Таир, это наш единственный шанс.
Тяжело вздохнув, парень поднял взгляд к люстре на потолке, сияющей тысячами алмазов и алмазиков.
Ты же знаешь, что я не могу отказать тебе, Пеночка.- произнёс он наконец, улыбаясь мне своей нежной, слегка грустной улыбкой.
Ох, Таир... Меня так звали только родители, когда я была ребёнком...
Пеночка... Как и птичка, торопливая, щебечущая в кронах, вроде бы так близко, но так далеко от меня... Я видел её лишь раз, на веточке в пронизанной солнечным светом кленовой роще, маленькая, почти полностью скрытая за золотистым листом с тёмными прожилками и алым, будто объятым пламенем, контуром. Она смотрела на меня доверчиво-удивлёнными чисто-чёрными бусинками глаз. Пушистая, будто бы покрытая мехом, а не перьями, со светло-светло-жёлтой грудкой, с серой полосочкой от клювика до спинки, чёрным кончиком хвостика и маленькими, сильными лапками с крошечными коготками. Она взлетела, когда я подошёл слишком близко, за мгновение стала частью света и тени леса, будто её и не было никогда, а через мгновение воздух пронзил её крик, предупреждающий сородичей о моём появлении... Она для меня как вестник весны и Родины, голос клёнов и пустынных берегов ручьёв, где никогда не ходил никто, кроме меня, да пугливого зверя. Я люблю её звонкий, удивлённый голос, так часто раздающийся в кронах, и бледную, неуловимую тень, изредка мелькающую вдоль ствола, торопясь скрыться от моего взгляда.
Он говорил увлечённо, самозабвенно, со взглядом, погружённым внутрь себя, и, казалось, видел перед собой знакомый лес, слышал песнь крошечного духа его Родины — птицы, что дала мне имя. Когда он замолчал, будто опомнившись, и продолжил мечтания в тишине, внутри своего разума, я задумалась о том, что, возможно, он говорил вовсе не о птице.
Таким светлым, не обременённым заботами было его лицо, что я не могла заставить себя прервать его раздумья, зная, что в конце концов он сделает это за меня. Своевольная седая прядь медленно соскользнула по его лбу, задев густые тёмные ресницы, и парень, будто очнувшись от волшебного, но хрупкого и недолговечного, как любая грёза, сна, убрал её двумя пальцами, раскрыв удивлённые, ещё слегка стеклянные от остатков глубокой мысли глаза.
Мы гуляли там с сестрой... Всё наше детство.- произнёс он с глубокой болью открывшейся старой раны.
Мягко обняв Таира, я пригладила седую прядь, скрывая её в его причёске, и мягко улыбнулась ему в безмолвной поддержке.
Всегда, когда мы теряем что-то, мы обретаем нечто большее.- тихо произнесла я, вызвав лёгкую, доверчиво-благодарную улыбку на губах друга.
Ты встретила меня, когда потеряла возлюбленного и подругу, а я — тебя, когда потерял сестру... Хорошо, я согласен, ты можешь сделать объявление.
Благодарно улыбнувшись Таиру, я взбежала на сцену и привлекла к себе внимание толпы. Передо мной стояли люди, имена которых я знала наизусть. Мои коллеги, враги, обожатели... Все они стояли плечом к плечу в этом зале с различными выражениями на лицах. Кто-то был удивлён, кто-то обрадован, кто-то уже начинал шёпотом строить теории этого моего шага, всё в традициях Школы.
Мэгги наверняка распустила слух о том, что я живу с Таиром, но это мне даже на руку.- мельком подумала я, вежливо улыбаясь публике.
Мои почтенные родители, представлять которых не имеет смысла, ведь вы все знаете их, определённо будут счастливы услышать то, что я хочу сообщить сегодня вам, мои дорогие преподаватели и ученики.- начала я свою речь с обыкновенного, общепринятого вступления.
В толпе тут же зашептались, многие знали эту фразу наизусть и спешили передать всем своим случайным соседям и спутникам её тайный смысл.
Я вижу, что слухи удивительно быстры. Вы правы, я имею счастливую возможность представить вам своего возлюбленного. Преемник компании «Феникс», собственник нескольких островов нашей любимой Шотландии и курортных мест Тихого океана, Таир Джонсон, уроженец старой доброй Англии, под ваши аплодисменты.- провозгласила я, улыбнувшись, и взглянула на Таира.
Поднявшись на сцену, парень протянул мне руку, и мы сцепили указательные пальцы в знак нашего союза.
Кинув рассеянный взгляд на аплодирующую и взволнованно переговаривающуюся толпу, я увидела Нила. Он стоял чуть в стороне, бледный, с нахмуренными тёмными бровями и всё той же причёской, которую я сделала ему неделю назад.
Он здесь ради злоумышленника.- напомнила я себе, но желудок сделал сальто, а ноги мелко задрожали.
Таир, тебе не кажется, что Нил может быть заодно со злоумышленником?- негромко поинтересовалась я, стараясь занять голову мыслями, не связанными с красотой голубоглазого мужчины.
Поясни.
Он снова приехал в Школу, хотя не должен был.
Возможно, это связано с тем, что его охрана не справляется с твоей охраной.
Нил сам сказал, что знает злоумышленника, и тогда, в Саду, последний не стал убивать его.
Боялся свидетелей?
Его лицо было скрыто капюшоном, да и не может бояться пары лишних глаз человек, столько времени успешно скрывающийся в стенах Школы.
Он хочет отомстить Нилу, а не убить его. Скорее всего, он желает, чтобы Нил сначала стал свидетелем твоей смерти и только после этого погиб сам.
Это можно выяснить одним-единственным способом: последовать за ним.- проговорила я и, улыбнувшись Таиру, скользнула в толпу.
Стоило мне войти в Сад, как я увидела их. Злоумышленница без капюшона и Нил стояли напротив друг друга, переговариваясь. До моего напряжённого слуха долетело слово «мать», а затем собеседница музыканта кивнула в мою сторону и, воспользовавшись замешательством последнего, скрылась среди деревьев.
Я угрожающе медленно приблизилась к Нилу, но он не потянулся за оружием, лишь стоял и смотрел на меня с болью во взгляде.
Уходи.- прошептал он одними губами, но я и не подумала послушаться его.
О, теперь ты решил встать на мою сторону, когда твоя мать уже навела на меня дуло пистолета?!- рыкнула я, пытаясь разглядеть в кустах фигуру злоумышленницы.
Да, она моя мать, но я узнал об этом только что. Она хочет убить меня, чтобы освободить место своему сыну.
Тогда зачем ей я?! Скажи! Зачем?!
Она хочет отомстить за своего сына, хочет увидеть мои муки.
Тогда она ошиблась! О каких муках может идти речь, если ты буквально ненавидишь меня?!
А ты нет?! Ты не ненавидишь?! Таир! Ты клялась, стояла передо мной и клялась, что вы друзья!
Я хочу лишь спасти Школу и собственную шкуру, Нил! Я не люблю его! Я лишь хочу жить!
Мы сказали друг другу всё. Мне должно было стать легче, я должна была возненавидеть его, но передо мной стоял лишь усталый, потерянный человек без семьи, без дома, без близких людей. Его окружала лишь прислуга, скрывающая отвращение под маской лести, семья, тайно мечтавшая избавиться от него ради его родного брата, и я... Какое право я имела обвинять его в чём-то? Ему никогда не было лучше, чем мне, он такое же дитя тьмы, жестокости и борьбы за власть, как и я.
Он брёл во мраке, даже не пытаясь найти свет, он пытался разрушить мировой порядок, перерезать маникюрными ножницами железные цепи и проигрывал, падал, так глубоко, как никто до него. Цеплялся за край пропасти, приподнимался на локтях и полз...
Он встретил меня случайно, ища покой в одиночестве и музыке, вдруг увидел одинокую, разбитую, как и он сам, душу. Он ошибался, я ошибалась, мы вели войну по старой привычке, не замечая, что боремся сами с собой.
Он спасал меня, он жил мной, я видела свой бледный силуэт в его глазах, понимала, но не позволяла себе понимать. Я сама была навеки скована одной мыслью о его глазах, о его несбыточной мечте, так похожей на мою, о его словах, о его мыслях, о его голосе... Я, умерев, не смогла бы покинуть его.
Он стоял передо мной молча, под звёздами Сада, ставшего нашим маленьким миром, полным боли, любви и мечты. Всего несколько десятков деревьев и заросших тропок у давящего, леденящего кровь и подчиняющего волю здания Школы заменили нам тысячи самых богато обставленных покоев. Я видела отражение своих мыслей в его глазах, и внезапно слёзы, что я всю жизнь сдерживала, будто бы копя для встречи с ним, хлынули наружу.
Я забыла, что рядом скрывается убийца, жаждущий нашей крови, забыла, что должна была родителям Кубок, что хотела спасти себя и своих близких. Неловко стерев со щёк слёзы, я подалась вперёд, Нил сейчас же скопировал моё движение, и наши губы встретились.
Мы целовали друг друга быстро и жадно, понимая, что каждый вздох может стать для нас последним. Его руки скользили по моей спине, сминая ткань, а мои перебирали его густые тёмные волосы.
Если мы умрём...- начал Нил, отстраняясь, но в этот момент за моей спиной раздались шаги.
Так-так-так, маленькая девочка забыла правила?- издевательски поинтересовалась злоумышленница, покручивая в руке пистолет.
Маленькая девочка просто знает их лучше тебя.- проговорила я, кидаясь на женщину.
Прежде чем она успела среагировать, я ударила её в солнечное сплетение и вцепилась ей в волосы. Прохладное дуло пистолета упёрлось мне в живот, но в этот момент сбоку в поединок вступил Нил. Началось ожесточённое сражение. Женщина была настолько тощей и опытной, что легко уворачивалась от ударов, причём мы с Нилом не имели оружия, а следовательно — преимущества. Но и сама злоумышленница не могла стрелять, рискуя ранить себя.
Внезапно Нил выкрутил руку, которой женщина держала пистолет, и она, выдернув кисть из каменной хватки, случайно задела спусковой крючок. Грянул выстрел, на мгновение оглушивший меня, а в следующую секунду я увидела, как Нил медленно опускается на землю, прижимая ладонь к правому плечу, одежда на котором быстро пропитывалась кровью.
Послушай, милочка, я вызываю скорую помощь, его спасают, а ты добровольно идёшь со мной, в противном случае вы умрёте в один день, в одну секунду, как в сказке.- прохрипела злоумышленница, прижимая дуло пистолета к моему лбу.
Я взглянула на перекошенное от ярости лицо женщины, покосилась на её дрожащую окровавленную ладонь, сжимавшую пистолет, затем опустила взгляд на Нила, с трудом глотавшего ртом воздух.
Я согласна. Звоните, сейчас же.- проговорила я голосом, наполненным ледяной решимостью.
Свободной рукой набрав телефон скорой помощи, злоумышленница поставила звонок на громкую связь и вызвала спасателей. Затем я почувствовала, как мои кисти оплетает колючая бечёвка.
С твоего позволения.- рыкнула женщина, толкая меня в спину, заставляя упасть на колени.
С размаху ударив меня носком сапога в солнечное сплетение, а затем в челюсть, злоумышленница вздёрнула меня на ноги. Кровь наполнила мой рот и потекла вниз по подбородку, но мой взгляд остался совершенно спокойным, что явно не понравилось женщине.
В следующую секунду резкий удар пистолетом в висок погрузил моё сознание во мрак.