Перитус
То и дело, наступая друг другу на ноги, Мелисса и Карпус, медленно и тихо, стараясь не обнаружить себя, прячась под плащом невидимкой, вышли из дворца, содрогавшегося от грохота.
− Неужели Джакомо думает, что я превратилась в крысу и убежала в нору, раз приказал крушить стены, − думала Мелисса, ликуя от радости, что ей удалось покинуть это унылое место.
Они, миновав дворцовую площадь с нефритовым фонтаном и весело плескавшимися в нём красными русалками, прошли мимо королевского апельсинового сада с истошными криками павлинов по узким пыльным улочкам к городским воротам. К счастью они были широко открыты. Рыночный день закончился. Дворники мели торговую площадь, поднимая клубы серой пыли вперемешку с мукой и порошками пряностей просыпанных зеваками. Старик и девушка часто останавливались, чтобы не столкнуться с горожанами, снующими туда-сюда с полными провизии корзинами и тележками. Из города выезжали купцы. Их груженые тюками и мешками с товаром телеги, запряжённые мулами медленно поскрипывая, катились по мостовой. Возницы, погоняя мулов плетью, покрикивали друг на друга, когда два обоза одновременно въезжали под арку ворот, боясь зацепить колёсами соседнюю телегу и нарушить равномерное движение. Аромат воздуха пропитанного запахом пряных трав, молодого мёда и свежего конского навоза окутывал путников, убаюкивая их и расслабляя. Ласковое уже не такое жгучее, как днём, июльское солнце освещало каменистую дорогу, на которую вышли Карпус и Мелисса. Они медленно шли по обочине, пока с ними не остался лишь ветер, поднимая клубы пыли и закручивая её спиралью словно кокон, и город стал так далеко, что казался лишь маленькой точкой на горизонте. Карпус скинул плащ с себя и с девушки. Мелисса бросила прощальный взгляд на Лётур.
− Надень этот серый балахон, − предложил он Мелиссе, вытащив его из кожаной потёртой сумки. − В такой одежде ты не будешь привлекать внимание случайных прохожих.
Мелисса послушно натянула на себя поверх плаща балахон из джута и подпоясала его шнурком.
− Куда ты отправишься дальше? – спросил Карпус.
Девушка задумчиво посмотрела вдаль и тихо сказала:
− Я вернусь к бабушке в Ведругию. Там буду ждать Гуерино.
− Дорога домой полна опасности и очень далека. Я помог тебе выскользнуть из рук Джакомо. Помоги и ты мне в моём нелёгком деле.
− Что я должна сделать?
Старик улыбнулся ласковой и грустной улыбкой. Пригладил ладонью свои белые длинные волосы.
− Пойдём со мной в мои края. Мне нужны твои знания трав. Ты близка к природе и поэтому сильна духом.
Её губы тронула еле заметная улыбка. Мелисса грустно ответила:
− Если я пойду с тобой, то никогда не встречу Гуерино.
− Никогда не говори никогда, − ответил старец. − Ты не знаешь, что тебя ждёт впереди. Может быть, этот путь и приведёт тебя к нему.
Мелиссу мучила жажда. Поэтому когда они дошли до ручья, остановились. Среди огромных валунов и каменной россыпи струилась прозрачная чистая вода. Её потоки, миновав сточную канаву возле дороги, устремлялись в небольшое затянутое ряской и поросшее камышами озерцо. В нескольких десятках шагов от ручья на берегу этого зловонного озера стояли ослы с кожаными бурдюками на спине. Пять человек, стоя по колено в липкой грязи черпали воду в озере медными ковшами с длинными ручками и наливали её в глиняные бочки пифосы и деревянные вёдра.
− Зачем они пьют эту грязную воду? В ней кишат паразиты. Ведь рядом ручей с чистой водой? – спросила она Карпуса.
− Это приказ Джакомо.
− Я научу их очищать воду. Я научу их заботиться о своём здоровье и жить правильно.
Карпус подумал: − Наивное создание, невозможно осчастливить всех на Земле. Пока человек сам не поймёт, что значит для него счастье, никто ему не поможет.
Друид внимательно посмотрел по сторонам. Всё было спокойно, всадников королевской стражи не было на горизонте. Значит, у них ещё есть время для передышки.
− В этом мире не то хорошо, что правильно, а то хорошо, что приказал принц, − ответил Карпус и взяв Мелиссу за руку повёл в скалы, чтобы скрыться от глаз водовозов.
Он накинул на себя плащ невидимку и отправился за водой к ручью. Мелисса осталась стоять за камнями. Она посмотрела на голубое небо и подумала: − Где ты мой Гуерино? Почему мартин не показывает мне, где он? Может с принцем, что то случилось?
Она положила руку на грудь, чтобы проверить на месте ли додекаэдр.
− Хорошо, что я повесила его на тесьме на шею, а не оставила в сумочке. У меня есть надежда, что я найду Гуерино.
Старик принёс кожаный мешок полный воды.
− Тот, кто выпьет эту чистую воду из ручья, лишится головы. Вот такие теперь законы в этом государстве. Пей Мелисса. Надо поскорее уходить отсюда.
Старик и девушка свернули с большой дороги на тропу, ведущую в лесную глухомань. Лес заглушал все звуки, слышен был лишь шум листвы и хруст сухих веток под ногами странников. Тенистый сумрак гасил все краски. Тропинка то терялась в зарослях папоротника, то петляя среди вековых дубов, уводила то в одну, то в другую сторону. Мелиссе уже казалось, что они ходят по кругу и ночь им придётся провести в лесной чащобе. Когда последние лучи солнца, угасая, позолотили вершины дубов, они вышли на небольшую поляну. Старик выломал из куста лещины длинную ветку и обстругал её ловко ножом. Он, стуча по стволам деревьев, позвал девушку следовать за ним. Так они и шли по этой безлюдной местности. Старик всё стучал и стучал. «Бум-бум-бум» отзывались глухим звуком старые стволы деревьев поросших с северной стороны бархатистым зелёным мхом. Мелисса не отставая ни на шаг от Карпуса думала:
− Зачем он стучит? Змей отгоняет или кого то зовёт?
Вдруг словно с неба они услышали голос: − Стой! Кто идёт!
− Перитус! – ответил Карпус.
Мелисса подняла голову вверх и увидела, что на дереве в огромном дупле сидит маленький человек, словно лесовичёк. Его торчащие волнистые волосы и кучерявая рыжая борода делали его немного смешным. Он, спустив вниз ноги в деревянных башмаках и уперев руки в бока, всем своим видом старался показать, что сможет за себя постоять. Посмотрев на путников внимательным, намётанным взглядом, он поправил на макушке маленькую соломенную шляпку и скрылся в тёмном внутреннем пространстве дерева.
Мелисса подумала: − Перитус значит сведущий. Это второе имя или прозвище Карпуса?
Она заметила, что лес не такой уж и безлюдный почти за каждым деревом мелькали соломенные шляпки, а значит, за ними давно наблюдали, какие то маленькие люди.
− Путь свободен. Можем идти дальше, − сказал старик и зашагал вперёд по тропке, поросшей пахучим чабрецом, опираясь на палку из лесного ореха.
Лес стал редеть, и вековые дубы сменились молодыми c тонкими стволами и лёгкими кронами. Мелисса подошла к дереву обхватила его руками и прижалась щекой к его бурой шершавой коре. Она закрыла глаза. Её воображение рисовало бескрайнюю равнину и реку с крутыми берегами и спокойным течением. Яркое солнце освещало пейзаж. Это предчувствие будущего полного приключений и успеха вселяло уверенность в её сердце.
− Дай мне силу. Дай мне силу преодолеть все испытания, − мысленно попросила она дуб.
Карпус вышел на тропу, ведущую из леса на лужайку, и позвал рукой девушку за собой. Они вышли на берег реки журчащей среди огромных валунов, позеленевших от водорослей. Мелисса присела к воде и опустила ладони в пенные волны, чтобы умыться и попить. Её взгляд уставших глаз устремился вдаль. На другом берегу, возле возвышающихся чёрных скал, она увидела жалкие лачуги. Горная река с шумом катилась вниз. Её волны разбивались о плотину из связок хвороста, дёрна, жердей и кольев. Возле берега, где стояла деревня, вода с силой устремлялась в отверстие в плотине и падала на колесо водяной мельницы, вращая его. Покосившаяся старая деревянная мельница-колесуха с огромным вращающимся водяным колесом, от которого в разные стороны плескались серебряные струи воды, с глубоким омутом и водоворотом казалась чудесной шкатулкой с секретами. Тени от лучей уходящего солнца делали её загадочной и будто бы вылепленной из глины неумелыми руками великана. Было не понятно, живёт ли кто в этой убогой деревеньке или жители попрятались, увидев незнакомцев, а может, они уже видят сладкие сны?
− Здесь живут мельники? – спросила она Карпуса.
− Да, мельники, − задумчиво произнёс он, − Нам нужно добраться вон до тех скал до захода солнца.
Старик показал палкой на высокие чёрные скалы, возвышающиеся за маленькими лачугами.