Солёные пески
Гуерино очнулся. Над ним было огнедышащее солнце и синее тяжёлое небо. От этого вида кружилась голова. Он оглянулся по сторонам, вокруг простиралась белая равнина.
− Что это? Где я? – удивлённо произнёс он и набрал в горсть песок, белый песок похожий на поваренную соль.
− Это долина Солёных песков! Значит, это был не сон? Друиды меня наказали.
Он встал, вывернул свой кожаный мешочек, висевший на поясе. В нём не было ни чего, что могло бы ему пригодиться выжить здесь среди бескрайних песков.
− Нет ни воды, ни пищи. Есть только кремний, но он бесполезен, если только сжечь свою обувь и одежду. Возможно, когда сядет солнце, будет очень холодно. И ещё тяжёлый мешочек с золотыми самородками, но здесь безлюдно и золото стоит столько же, что и песок под моими ногами, − подумал юноша.
Вокруг всё побелело, Гуерино накрыла песчаная буря. У него захрустел на зубах песок, он закрыл лицо ладонями, защищая глаза от белых песчинок. Юноша услышал странный шум: топот и звуки бубна. Когда песок улёгся вокруг него барханами, он увидел, что окружён воинами. Их полуголые мускулистые тела, загоревшие до черна, были прикрыты лишь красными набедренными повязками. В руках они держали копья и стоя на месте, топали босыми ногами видимо для устрашения Гуерино. Один из них бил в бубен в такт топоту. На непонятном юноше языке они приказали следовать ему за ними. Гуерино упал на песок, покатившись кубарем, сбил с ног одного из воинов. Он схватил его копьё и встал в позу человека готового к бою. Стажа не сразу поняла, что произошло, а потом с копьями на перевес бросилась к юноше. Несколько мгновений они кружили вокруг него, причём и Гуерино и они зорко следили за движениями друг друга. Не сводя глаз с воинов, Гуерино метнул копьё. Его движения, дышащие спокойной уверенностью, были точны и искусны. Копьё поразило одного из воинов точно в сердце, он упал навзничь. Это вызвало лёгкое замешательство среди нападавших. Воспользовавшись этим, юноша, ловко отпрянув от острия копий, выдернул из убитого копьё и снова приготовился к нападению. Гуерино сделав выпад, вперёд сразил ещё одного воина, тот рухнул как подкошенный. Все воины ринулись на принца, блестя на солнце лоснившимися бицепсами. В Гуерино полетели копья, но ни одно из них не поразило его. Словно он был окружён невидимой бронёй. Он снова метнул копьё, угодившее в цель. Тогда полуобнажённые воины нерешительно попятились, затем вдруг повернулись спиной и бросились бежать, по щиколотку вязнув в мягком песке. Гуерино почувствовал, как сыпучий песок уходит у него из-под ног. Он словно вода течёт, устремляясь куда то.
− Это зыбучие пески! – догадался он и замер, чтобы не утонуть окончательно. Песок затягивал его в незримую воронку. И словно песчинку подхватил и понёс вниз. Юноша не успел опомниться, как оказался в каком-то тоннеле на огромной куче белого песка. Сверху над ним зияла огромная дыра, в которую проникал солнечный свет, освещая всё вокруг. Он огляделся. На него смотрели десятки глаз. В туннеле стояли люди с кирками и лопатами. Чумазый мужчина, простирая руку в сторону Гуерино сказал:
− С потолка упал. Он не первый.
− И не последний, − сказал другой перепачканный так, что похож был на головёшку.
− Какой чистенький, − усмехнулся молодой парень в кожаном фартуке и кинул в сторону юноши лопату.
Она, не долетев до него несколько шагов, воткнулась черенком в песчаную груду. Гуерино слез с навала песка, отряхнул с себя белую пыль. Перед толпой предстал статный красивый и молодой брюнет.
− Ты кто такой? – спросил седой коренастый старик.
− Я, Гуерино, сын Бертолдо, − честно признался он, хотя в первые минуты хотел назвать себя другим именем.
− Сын Бертолдо? – изумлённо произнёс старик. – Бертолдо? Короля Латурии?
− Да, −ответил юноша.
− Это наследный принц Гуерино! – сказал старик и поклонился. Все присутствующие бросили инструменты себе под ноги и молча положили руки себе на грудь.
− А вы кто? – спросил Гуерино.
− Мы каторжники. Вот уже семнадцать лет добываем в этих копях драгоценные камни и редко видим яркий солнечный свет.
− Я никогда не слышал про долину Солёных песков, кто правитель этой земли?
Старик погладил рукой свою серую от копоти бороду и сказал: − Двадцать лет назад эта земля принадлежала Латурии. Мы и сейчас считаем себя подданными короля Бертолдо. Случилось непоправимое, его вторая жена королева Эпихора отняла эти владения и теперь полновластно ими распоряжается. Всех жителей она превратила в рудокопов.
Гуерино возразил: − У моего отца была всего одна жена, моя мать Элиза.
− Значит, Вы принц Гуерино многое не знаете, – ответил старик. − Эпихора оставила ему своих детей Джакомо и Зауру, а сама забрала треть королевства − долину Солёных песков.
− Джакомо и Заура мне родные только по отцу? Не может быть!
− Вам принц придётся осмыслить эту новость и решить, как Вы проведёте остаток своих дней. Попав сюда Вы, как и мы, стали каторжником. Выбраться отсюда невозможно.
Гуерино задумался и последовал вслед за рудокопами по длинной штольне. С потолка то и дело на них сыпался мелкий щебень, слышался скрежет и лязг металла.
− Пройдёмте в этот грот, – предложил бородач и отодвинул с входа занавесь из задубевшей кожи.
Гуерино и ещё несколько перепачканных рудокопов вошли в небольшое помещение с низким потолком. Огниво, стоящее на одном из плоских камней освещало человека сидевшего на корточках. Он большой иглой сшивал огромные куски кожи, лежавшие на полу.
− Это единственное место, куда не заходит стража. Здесь мы можем говорить без опаски, − сказал старик и показал жестом, что можно присесть на отёсанные камни вдоль стен. Все уселись рядком.
− Как выбраться отсюда мы думаем каждый день, но все наши попытки не приносят успеха. Если бы не птицы крук!
− Но ведь стражу птицы не трогают. Нужно добыть их одежду, − высказал догадку принц.
− Пробовали, но ни кто не спасся, − ответил бородач и вытащил из кожаного мешка накидки и сандалии с деревянными подошвами и кожаными ремешками. – Вот осталось их обмундирование. Птицы очень зоркие. Может лица, они запоминают, но поражают они безошибочно.
− Надо понаблюдать за стражниками, когда они выходят из туннеля. Возможно, они делают какие-то опознавательные знаки жестами? – предположил Гуерино.
− Мы перепробовали много способов побега. Через те дыры, которые часто появляются в потолке шахты, попадают к нам разные люди. Бывают и слуги и старики и скитальцы. Но все они уже не могут подняться наверх, становятся такими как мы. Ещё немного и эти стены рухнут от времени и похоронят нас здесь под слоем камней и песка.
Вдруг они услышали топот. Стук деревянных подошв о каменный пол гулко раздавался в коридоре. Бородач посмотрел в дырку в занавеси и жестом показал, чтобы все молчали. Когда топот стих, он сказал: − Это стража. Но почему их так много? В эту часть туннеля они не заходили уже много лет?
− Может они ищут принца? – высказал предположение старик с длинными волосами.
Из коридора вошёл молодой рудокоп с бледным запорошенным серой пылью лицом. Он, шёпотом стараясь держаться спокойно, сказал, обращаясь к бородачу:
− Бард, стража не хочет подниматься наверх. Та смена, которая должна вернуться во дворец осталась здесь и вид у них не очень весёлый.
Гуерино понял: − Птицы крук легко отличают своего от чужого. Ведь все рудокопы сгорбленные и коренастые, приземистые, ни какая накидка не скроет их телосложение. Они со светлой кожей не тронутой солнечными лучами. А стражники все высокие с горой мускул и загорелые. Если птицы крук отличают голубя от куропатки, то здесь понять, кто есть кто, не составит труда.
А вслух он спросил: − Стража уверена в неуязвимости? Почему они не носят доспехи?
− Они очень искусны в бою. В долине такая жара, что в металле сваришься заживо. Нужно отсюда выходить, − скомандовал Бард, и все поспешили в ту часть туннеля, где рудокопы инструментами разбивали породу.
Коптящие факелы освещали своды, укреплённые деревянными опорами. Мягкий сланец мужчины осторожно выламывали киркой, разламывали крупные куски и вынимали зелёные кристаллы. Они складывали их в деревянные бадьи стоящие на низких тачках. Гуерино взял один камень в руку.
− О, да это же изумруд! – удивился он.
Но тут же получил плетью по запястью. За его спиной стоял надсмотрщик. Его лицо покрытое прыщами и словно пропитанное в некоторых местах желчью, с глазами полными ненависти вызывало резкую антипатию.
− Работать, − грозно рявкнул надзиратель и ещё раз замахнулся плетью на принца. Гуерино схватил одной рукой рукоять плети, а кулаком другой ударил в лицо негодяя. Тот пошатнулся, но не упал и сделал шаг в сторону гонга висевшего на цепях возле стены. Сейчас он ударит в медный диск, и сюда сбегутся церберы и разорвут всех непокорных рабов. Но рудокопы не дали ему это сделать, они, навалившись на него кучей, скрутили ему руки верёвками и ринулись всей толпой вслед за Гуерино, туда, куда каждый день вытягивали на верёвках тачки с бадьями полными изумрудов. Каково же было их удивление, что наверху в белоснежной долине окружённой голубыми горами не было ни души. Возле входа в катакомбы валялись пустые плетёные корзины, стояли повозки запряжённые мулами, тачки, но не было ни одного человека, ни стражников, ни слуг, никого кто мог бы им помешать. Гуерино вздохнул полной грудью: − Свобода!
Рудокопы, щурясь от яркого солнца непривычного для их приученных к полумраку глаз, широко улыбались. На их лицах отразилось ликование. Стоило вырваться из этой западни пусть на не долгое время, пусть зная, что впереди их ждёт смерть. Но это стоило того, чтобы увидеть это великолепие, этот мир, где светит солнце, дует ветер, шуршит под ногами горячий песок. Они стояли, подставив лица лучам солнца и, с жадностью вдыхали свежий, горячий воздух. Они знали, что это мгновение в любой миг может стать последним. Но прошло уже достаточно времени, а птицы крук всё не появлялись, и стража не выходила наверх в погоне за ними.
Гуерино сказал: − Нужно идти.
Но не прошли они и несколько шагов, как их накрыла чёрная тень. Они услышали странный звук похожий на треск и щёлканье. Воздушный вихрь поднял в воздух мелкий песок. Все невольно посмотрели вверх, и рудокопы замерли будто каменные. Глубокие корни пустил в их сердце ужас. Над ними летело, что то непонятное. Чёрный, слегка вытянутый диск поблёскивал на солнце. Мощное, исчерченное полосами металлическое брюхо то сжималось, то раздувалось, выбрасывая сизый дым из дыхалец. Но как только объект стал удаляться, Гуерино расхохотался. Издали этот монстр был легко узнаваем. Это же громадная божья коровка. Она летела так быстро, что не видно было, как мелькают её прозрачные крылья, а красные надкрылья с чёрными точками делали её похожей на летучий корабль. Она летела в сторону замка, словно айсберг возвышающегося у подножия голубых гор. Видя, что Гуерино улыбается и ни чуть не встревожен происходящим, каторжники воспрянули духом. Но в этот момент они увидели, как к ним приближаются воины, громко топая по песку. Они, что то кричали, размахивая копьями, бежали, спотыкаясь и падая к входу в туннель, будто не замечая стоящих поодаль рудокопов.
− Ах, вот кого они так боятся! – догадался Гуерино, − это очень хорошая новость.