30. ДЕД ВАДИМ.
Внука привезли к деду впервые перед началом учебного года. Мальчишке было семь, деду пятьдесят семь. Дед с некоторым сомнением посмотрел на это костлявое недоразумение, потом протянул руку поздороваться:
– Ну, как зовут?
– Каллистрат, – рукопожатие внука оказалось неожиданно крепким, насколько это было возможно для его возраста.
– Будешь зваться Кас, – назначил дед:
– Чтоб в классе не дразнили, – и добавил:
– Я Вадим.
На новом месте мальчишка освоился быстро и звал деда просто Дед.
О! Дед Вадим был легендарной по местным меркам личностью! Чего стоили одни усы! Кумушки на скамейке у подъезда говорили, что усы у Вадима Андреевича точь в точь как у подвального кота Василия, такие же длинные и густые, торчат в разные стороны. Кас при этом представлял себе деда с пойманной мышкой в зубах. Выходило смешно.
Всю свою жизнь Вадим Андреевич провёл за баранкой автомобиля. Водил он как ас. И не где-нибудь, а в милиции. Ему случалось и в погонях участвовать, и больших начальников возить. Сам же высокого чина не заработал. На пенсию вышел рано, но на заслуженном отдыхе засиживаться не стал, пошёл инструктором в автошколу. Для себя завёл светло-зелёную “Ниву”. Не “Волга”, конечно, так он и не для форсу, на такой можно проскочить по разбитому просёлку.
История знакомства деда с бабушкой вышла неординарной. С киностудии пришёл запрос в доблестную милицию предоставить для сьемок несколько хороших водителей на служебных машинах. Снимался фильм с захватывающими погонями. При этом и водителя полагалось показать крупным планом. Из многих претендентов выбрали нескольких, в том числе и Вадима Вранова. Возможно, сыграли свою роль вышеупомянутые усы. Там на съемочной площадке дед встретил её! Молодую красавицу с фотографии язык не поворачивался называть бабушкой. Не артистка. Бабушка была кинооператором. Завязался бурный роман, в результате которого появился отец Каса – Максим. Именно профессия матери помогла тому в своё время стать телеведущим, причём весьма известным в стране.
Дед киноактёром не стал, после сьемок вернулся в ряды доблестной милиции. Однако, свою долю популярности он приобрёл, что сослужило ему плохую службу. Бравый вид, выправка и всё те же умопомрачительные усы заставили вскружиться многие женские головы в стране. Владелец усов был молод, он не устоял перед таким соблазном. Бабушка ничего не сказала, забрала сына и ушла. Она вообще больше не стала общаться с дедом и сыну запрещала, пока тот был ребёнком. Максим проявил инициативу знакомства сам уже будучи взрослым. Вадим больше так и не женился. Встречался с кем-то, а жениться не стал.
Вадим Андреевич любил порядок и дисциплину. Но Каса этим оказалось не напугать. У маминых дедушки и бабушки он к дисциплине привык. Тут было даже вольготнее: требования деда Вадима были логичнее, а свобод больше. Хочешь гулять – ключ на шнурке на шею и шуруй, только чтоб все дела по дому были сделаны, потому-что никто не придёт и не сделает за нас. Значит прибираться, стирать, готовить еду, ходить за продуктами и всё прочее нужно делать самим. Внуку казалось, что нет такого дела, с которым бы дед не сумел совладать: чистить картошку, чинить свою Ниву, штопать носки, отпаривать брюки так, чтоб на них были самые острые и ровные стрелки, варить щи и перловку, да много всего. Внук с азартом всему этому учился у деда. Кас сиял от радости оттого, что дед разрешил ему самому ходить в молочный или в булочную.
Пришло время и дед сам посадил внука за руль. В восемнадцать Кас получил честно заработанные водительские права.
Деда удивила причёска внука: чёрные волосы почти до плеч. Но за мальчишку вступилась мама: «Ему нужно для выступления, он поёт песенку Пьеро из фильма». Дед согласился, при условии, что внук будет содержать голову в чистоте и порядке, даже не стал спорить, когда потом Кас отрастил их ещё длиннее.
Обстановка в доме была почти спартанской. В стенной нише хранились матрасы, которые расстилали вечером на полу и убирали с утра. Зато был секретер с откидным письменным столом в котором хранились книги. Но ещё больше интересных книг мальчишка находил в библиотеке.
Когда Кас учился в десятом классе, в этом самом секретере ему попалась большая книга в твёрдом переплёте. Издание времён отцовской молодости, напечатанное на хорошей бумаге, уже не совсем новая, но и не затрёпанная, под авторством некоего А. Комфорта. Кас ухмыльнулся: хитрец-дед, прятал её от внука до поры, иначе как бы тот её прежде на таком видном месте не нашёл. Похоже, дед решил, что внуку пришла пора знакомиться с тайнами взрослой жизни, того гляди с девушками встречаться начнёт. Вадим Андреевич пока на этот счёт ошибался: девушки у Каса ещё не было, а Настасья – друг, товарищ и брат. Ну да, на дискотеках медляки только с ней танцует, но не более того. В школе никто из девчонок Касу не нравился, и это было взаимно. Одноклассницы считали его слишком заумным и надменным. В театральной студии с девушкой тоже не сложилось, та предпочла боксера.
Теперь это уже не важно. Впереди ещё вся жизнь и новые горизонты. И будут за этими горизонтами девушки.
Чтобы Кас мог продолжать заниматься музыкой, отец привёз из своих странствий синтезатор – в дедовой квартирке фортепиано ставить некуда.
По выходным внук с дедом ходили в баню и в тир. Стрелять у мальчишки получалось неплохо. Только когда целился, он прикрывал правый глаз. Однажды Кас выиграл в тире плюшевого медведя, которого отдал Настиным младшим сестрёнкам. Они с Настей сами себя считали на тот момент уже слишком взрослыми для плюшевых игрушек – целых тринадцать лет!
Ещё дед с внуком могли в выходной сесть в Ниву и уехать на озеро купаться или удить рыбу. Дед порадовался, что внука, рождённого на берегах тёплого древнего моря, хоть плавать научили.
Когда Кас завёл дружбу со второгодником Лёхой, Вадим Андреевич тоже не ахал и не хватался за сердце. Дед – не завуч и не директриса. Он живо раскусил парня, понял, что тот больших пакостей никому не делал, во многих случаях поступал как порядочный человек. Просто у Лёхи очень властная мать, он таким образом противился её власти. Не научился ещё отстаивать своё мнение цивилизованно. И пусть все соседки на лавочках судачили, что Лёха “фулюган” ужасный, но из своей рогатки он не подстрелил ни одной птицы и не целился нарочно ни по чьим окнам.
Однажды Лёха приволок к ним с дедом тощего мокрого полосатого котёнка. Вытащил того из канавы, пока другая ребятня глумилась над беспомощностью существа. Домой не понёс – мать на дух кошек не переносит, хоть и замужем за Котовым. Котов у неё там по струночке ходит.
Так у деда с Касом поселился Карась. Он стал большим и холёным полосатым котом с кисточками на ушах и с такими же шикарными, как у хозяина усами. Когда не стало деда, Карась тоже покинул этот бренный мир. Лёха с Касом закопали его за ручьём под кустом шиповника.