11.СВОИХ НЕ БРОСАЕМ. СИНИЦА В ОКНЕ.
Настя пришла ненадолго. Принесла кое-что, спросила, что ещё необходимо. Поблагодарила друга за то, что выручил её той злополучной ночью и даже назвала героем. На что тот отшутился и ответил, что главную то роль там сыграл Трофимов. Кас вообще теперь сомневался, не глупо ли тогда поступил, но оправдывал свой поступок результатом: Настасья жива и невредима, Хрыч в кутузке.
Расспросила, как вышло, что Антон тогда друга нашёл. Недовольно покачала головой, узнав что отец Антона вновь взялся за старое. Ведь не так давно они с Касом сами приходили увещевать дебошира. Узнала, что "верный оруженосец" Антошка Синицын временно может обретаться у Каса дома с разрешения хозяина.
– Кстати, хорошо, что ты к Семёну Борисовичу попал! Он в своём деле мастер. Помнишь, я в девятом классе решила на "шпильках" пройтись и ногу подвернула? Вы ещё с Лёхой меня на руках до самой больницы тащили. Вот он мне тогда вывих вправил, как и не было! Правда, обратно пришлось босиком возвращаться. Я ж потом уже чуть ли не через пару недель на дискотеке с тобой отплясывала. Только вот шпильки больше и пробовать не стану, не подходят они медведям. Так, чего тебе принести?
– Учебники. Запоминай или запиши, какие. От сессии меня никто пока не освобождал. Тапки нормальные, футболку с трениками и смену белья – Антошка тебе поможет дома отыскать. А то в казённом я похож на арестанта. Ещё, если можно, одноразовых шприцов. Здесь только стеклянные, а это чистой воды инквизиция. У меня скоро все вместе метки от уколов будут больше, чем одно ранение. Сколько и каких надо, спроси у процедурной медсестры или на посту.
Они говорили тихо, чтоб не мешать соседу по палате – старик дремал.
Кас ещё в самом начале попросил Настю открыть окно, чтобы проветрить. Майский день был жарким и душным. Девушка распахнула створки и плотно закрыла дверь, чтоб не было сквозняка. За разговорами они не обращали внимания на окно. Кас вообще повернулся на левый бок и лежал к нему спиной, Настя сидела на стуле к окну боком. Внезапно раздался скрип веток, а через пару секунд в центр палаты на пол с грохотом приземлился Антоха.
Оказалось, его как несовершеннолетнего, не пускали через двери и он не нашёл ничего лучше, чем попытаться пообщаться через окно. Нужное он вычислил легко: увидел Настю и очень обрадовался, обнаружив,что рядом растёт старая кривая яблоня. Антон живо забрался наверх. Одна ветка почти заглядывала вовнутрь, но пройти по ней до самого конца было нельзя. Тогда мальчишка приблизился к подоконнику на максимально возможное расстояние и ухватился руками за другую, повыше, как за перекладину. Малец стал раскачиваться на ней, ветка предупреждающе заскрипела. Антон со всей дури рванулся и полетел в открытое окно, вслед за ним с яблони на подоконник посыпались лепестки.
Все присутствующие резко обернулись на поднимающегося с пола "пришельца" и как ни в чём не бывало говорящего: "Привет!".
Старик проснулся и спросонья ничего не понимал. Настя с Касом в ответ лишь ошеломлённо выдохнул: "Ну ты даёшь, Синицын!". Настя уже собралась разразиться нравоучительной тирадой, но тут дверь распахнулась – на грохот прибежали постовая медсестра и Алекс. Она как раз наводила порядок в перевязочной: собирала и упаковывала помытые использованные инструменты, чтоб отнести их стерилизоваться в автоклавную. Медсёстры подумали, что это кто-то свалился с койки. Убедившись, что все живы-целы, медсестра ушла на пост. Алекс осталась. Ей была любопытна эта компания.