От автора
Данная история писалась для конкурса «Зимняя сказка» на одном литературном портале.
Но, несмотря на то, что события, которые описываются в моей книге, происходили зимой, темы, затрагиваемые героями, вечны и актуальны в любое время года.
Как сказал один из читателей, в этой истории есть всё, и грусть и радость. История и улыбнет, и навеет мысли. Рассмотрены вечные ценности, такие как любовь, взаимоотношения, верность и её отсутствие.
Критиков прошу не судить строго моё творение, ведь я только учусь.
Уверена, Вам обязательно понравится история Маргариты и Германа.
Надеюсь, мы с Вами ещё встретимся на страницах моих других историй.
Желаю Вам приятного чтения. Ваш автор.
Над книгой работали :
Текст — Анастасия Бойцова
Корректура и редактура — Ольга Кобцева
Вк — На пути пера | Писательница Ольга Кобцева
Иллюстрации и обложка — Татьяна Ма
Вк — BookCover Art. Обложки, коллажи
Отзыв читателя
Прекрасная зимняя сказка, которую будет уютно читать под тёплым пледом в дни грусти.
Жизнь Маргариты сложно назвать счастливой- властная мать, жених с замашками замашками тирана, так ещё и изменщик, сложная учёба, ночная работа. Для девушки из глубинки- это непосильная ноша.
Но у Риты есть цель в жизни и она готова к любым трудностям. В жизни каждого человека бывает чёрная полоса- предал любимый, завал на работе, проблемы в семье. Отчаяние девушки легко почувствовать по тонким описаниям автора — это боль в глазах, пустота внутри и полное отсутствие грёз о будущих свершениях. Несколько лет посвятить ему одному, а потом оказаться на обочине жизни. А ради чего были жертвы? Откуда такая наглость и жестокость в поведении близкого человека? Вопрос, скорее, риторический.
От депрессии автор быстро переходит к легкому юмору) Сайты знакомств… это целая лотерея! Лохотронище. Никогда не знаешь, придёт на свидание лицо с аватарки или некий синелиций аватар. Для контраста был взят самый любимый, распространённый и умилительный типаж- мамин хороший зайка (бесхребетное нечто, но мама говорит, что он — царь природы). Честно? Вспоминала свои 20 лет и безумно смеялась.
Ну и место подвига) или подарка судьбы… Есть такая профессия — людей спасать. Рита и Герман прекрасно это знают, видно эта черта и стала для них общей.
Оба одинокие, разбитые, добрые, открытые. Все говорят о любви с первого взгляда, но никто не видел любовь с первого слова… хотя… ребята смогли её поймать. Они полюбили друг друга за красоту души, открытое сердце и взаимопомощь.
А мама… ей придётся смириться с тем, что Маргарита Николаевна давно выросла и выбрала Мастера по душе, а не по размеру кошелька.
Небольшой и красивый СЛР о Счастье вопреки
Глава 1.
Ночь… Улица... Фонарь... Снег красивыми пушистыми хлопьями падал с неба на землю.
Когда снежинка попадала на территорию, освещенную уличным фонарём, она превращалась в белый пух. Чистый, нежный. Красивый.
Рита сидела на подоконнике и рассматривала летящие вниз снежные хлопья. Она смотрела, как снежинки медленно опускаются с неба, укрывая заснеженный тротуар.
На подоконнике рядом с ней стояла открытая бутылка мартини, в руке девушка держала бокал с напитком и сигарету.
Да-да. Знаем. Курить вредно. Пить тоже вредно. Вообще, жить очень вредно. От этого умирают.
А сигарета, зажатая между пальцами, тлела, распространяя ароматный дым табака по всей комнате. Вообще, Рита не курила, но именно сегодня ей захотелось сделать несколько затяжек. И выпить.
Рассматривая полку с сигаретами в магазине, она долго не могла выбрать, какие купить. Она видела, что девушки курили тонкие сигареты. Разве нет? Присмотрелась. Все названия были ей незнакомы.
Поэтому было принято решение выбирать сигареты по цвету. Рита рассудила, что тёмного цвета в её сегодняшнем дне ей уже достаточно! Вот, розовенькие. Отлично! Разбавим серые будни розовой пачкой. Нарисованы какие-то фрукты. Присмотрелась – похоже, что это персик. Пожала плечами. Персик, так персик. Какая разница.
Сделала затяжку. Выдохнула. Рита сидела на подоконнике и смотрела в окно. Вертела в руках зажжённую сигарету, огонёк которой периодически вспыхивал в темноте комнаты.
Сигареты оказались ароматизированными, поэтому во рту, помимо привкуса табака, ощущался сладкий привкус персика.
Поднесла бокал ко рту. Сделала глоток. Мартини обжёг горло.
«Надо было разбавить соком», – мелькнула шальная мысль. Мелькнула и тут же растворилась в водовороте обрывочных воспоминаний.
Белый халат. Тёмное окно. Он. Его лицо, искажённое от удовольствия. Её силуэт, неестественно выгнутый, потому что заниматься ЭТИМ в его кабинете, да еще и на подоконнике – скорее всего, мало удовольствия.
Наверное.
Они с ним обычно этим занимались дома. На кровати. Раньше. В другой жизни.
Опять затяжка. Большой глоток. Приятная жидкость стекает в пустой желудок, заполняя его и обжигая стенки, словно раскаленная лава.
Рита закрыла глаза, откинулась назад и опёрлась спиной на стенку.
Алкоголь сделал своё дело – тело стало расслабленным, голова – лёгкой. Мысли и кадры из воспоминаний кружились в голове, но уже не причиняли боли. Она знала: ещё два бокала – и грусть покинет её голову, её организм, и эту комнату.
Девушка открыла глаза. Посмотрела в окно. 13-й этаж. Люди внизу такие маленькие. Все спешат, суетятся. Конечно, до Нового Года осталась неделя.
Молодая девушка вспомнила, как неделю назад и она спешила, строила планы, покупала подарки. Бегала по магазинам.
Воспоминания. Наши друзья и наши враги. Наши личные мучители.
Она сидела, закрыв глаза, отдавшись на суд воспоминаний. Вот она, вышедшая с института в тот злосчастный вечер, очень спешит, ведь столько дел нужно переделать, раз уж его задержали на дежурстве. Ещё надо заскочить в магазин, выбрать подарок для жениха. Сгрузила пакеты с покупками на заднее сидение своей восмёрочки. Родители подарили машину в прошлом году. Телефон оповестил, что на телефон пришло сообщение в Ватсапе.
«Наверное, Максим освободился пораньше», – подумала прекрасная дева и улыбнулась.
Максим. Её Максик. Она считала, что ей с ним так повезло. Нежный, добрый, воспитанный. Последний курс мединститута. Будущий хирург. Проходит практику в лучшей больнице нашего города. Как он сам говорит, с местом работы он уже определился. Главврач ждёт, когда Максим Сергеевич получит диплом и сможет приступить к работе в этой самой лучшей клинике. На должности нейрохирурга. Эта специальность сейчас очень востребована.
Девушка тряхнула головой. Сообщение. Открыла мессенджер. Незнакомый номер. Какое-то видео.
И дёрнул же черт её открыть это сообщение!!!
Белый халат. Тёмное окно. Он. Его лицо, искажённое от удовольствия.
Его силуэт она узнает в любом освещении. Пять лет вместе. Пять лет!!!
Их вздохи, всхлипы, охи и ахи еще долго стояли у неё в ушах. Очень долго. Круглосуточным фоном.
Всё. Это конец всему! Одно сообщение, одно видео. И всё!
Мир рухнул. Весь её идеальный мир, в котором Рита была счастливой невестой. Прекрасной обладательницей помолвочного кольца от такого завидного жениха.
Она не хотела верить. Нет. Этого не может быть. Это не может быть её Макс! Не может быть!
Дрожащими руками нажала на play. Ещё раз просмотрела видео. Ошибки быть не может, это он.
Такой родной ещё вчера, теперь, в одночасье, ставший чужим. Таким незнакомым. Как он мог?!
Рита посмотрела вокруг. Слезы застилали глаза. Растерянная девушка стояла около машины. Прохожие просто обходили её. Когда очередной прохожий задел её плечом, девушка очнулась от оцепенения. Вдохнула полной грудью зимний морозный воздух.
Страшное слово «ИЗМЕНА». Рита всегда думала, что её это слово уж точно никогда не коснётся.
Нет. Мир не рухнул. Мир продолжал существовать. Машины ехали по улицам города, люди всё так же спешили по делам, дети – в школу.
Только в мире одной девушки в этот вечер исчезли все цвета. Он в одно мгновение окрасился в серый цвет. Весь. И в душе поселилась осень.
Вынырнув из этих воспоминаний, Рита открыла глаза. Она всё ещё сидела на подоконнике.
Сделала еще глоток. Мммм. Как приятно. Вновь посмотрела в окно.
Снегопад усилился. Теперь снежинки были похожи не на пушистые перышки, а, скорее, на белых мотыльков, которые летят на свет фонаря. И, едва коснувшись земли, терялись, растворялись в массе таких же белых мотыльков.
Она подумала.
«Может, и правда? Может, хорошо, что вот так? До свадьбы. Потом было бы тяжелее. А его выбор хорош. Третий размер. Интересно, кто она? Хотя какое это имеет значение?»
Мысли и вопросы терзали её разум, разрывали на части бедное сердце.
«Интересно. Это первый раз? Или он так делал постоянно?» – мысли, как мухи, кружили и кружили.
В тот вечер она ни о чём не думала, ни над чем не размышляла. После просмотра видео она ничего не хотела выяснять.
В тот вечер она просто переслала ему видео. Позвонила своей подруге Маше. Коротко: «Ты дома? Одна? Я к тебе. На всю ночь». И отключила телефон.
На следующий день, пока он был на занятиях в институте, заехала на квартиру, забрала все свои вещи. Ключи от его квартиры завезла на работу. В ту самую лучшую клинику.
Девушка, стоявшая за стойкой регистратуры, мило улыбалась. А Рита смотрела на неё и думала: «Вчера. Она или не она? Лицо было в тени. Только силуэт. А впрочем, это уже не имеет никакого значения.»
Вместе с ключами отдала кольцо.
Выйдя из этой дорогой и самой лучшей клиники, Рита радовалась, что не поддалась на уговоры Макса и не съехала со своей комнаты в общежитии. Даже когда уходила к нему на квартиру, вернее, в его квартиру, комнату в общежитии не сдала. Ещё и часть своих вещей оставила. Как знала.
Снег кружился, словно чувствовал настроение прекрасной девушки, стоящей на ступеньках большого красивого здания. Ветер водил хороводы из белых мотыльков, щедро осыпая ими немногочисленных прохожих, словно дорогим серебром.
До нового года неделя.
«Родителям ещё надо сказать, что ни свадьбы, ни Макса больше в моей жизни не будет. Но ехать на Новый год к ним нельзя. Вы что! Такой идеальный и перспективный!»
Рита вспомнила, как об уже бывшем женихе отзывались её родители.
– Риточка! Ты за ним как за каменной стеной! – каждый раз говорила мама.
Ага, за каменной. Видимо, эту стену строили Равшан и Джамшут, раз она так быстро дала трещину.
Девушка опять перенеслась мыслями в свою комнату. Рита сидела и курила в открытое окно. Сделала затяжку, выпустила дым, попыталась сделать кольца из дыма.
«Почему у кого-то получается, а у меня нет? Никогда не получалось.»
Мысли лениво парили в голове. Алкоголь их укладывал спать на свои места в её голове. Всех по своим полочкам.
Рита так любила эти несколько минут, когда после третьего бокала чистого мартини наступало состояние лёгкого опьянения и она погружалась в то состояние, когда думать серьёзные мысли ей было лень. Или бессмысленно.
Она уже не могла ответить на этот вопрос. Или вопросы. Телу требовался сон.
Завтра мысли проснутся и вновь начнут ее тревожить. И портить её такой прекрасный день. Её прекрасный серый день. Она планировала его провести в своей тёплой кроватке за просмотром сериала. В институт не надо. Сессия закрыта. Новогоднее настроение отсутствует. Его просто нет. Планов тоже.
Что же делать? Вдруг в голове зажглась лампочка «Идея»!
Взяла телефон, открыла сайт знакомств. Загрузила свою фотографию.
Почти мгновенно засветился значок сообщения. Что там? Вот этот, вроде, ничего так.
Лёгкий разговор ни о чём. Как дела? Чем занимаешься? Проболтали с ним пару часов. Договорились на завтра. В кафе.
«Посмотрим», – последняя мысль, которая возникла в её голове.
Алкоголь помог Рите заснуть. Впервые за эту неделю она заснула без слёз.
Глава 2.
Утро встретило прекрасную шатенку по имени Маргарита тишиной. Соседка по комнате уехала к родителям.
Рита сладко потянулась, улыбнулась новому дню и решила еще немного поваляться в кровати, раз уж сегодня некуда спешить.
На телефоне обнаружилась куча сообщений от Макса, в которых он, чередуя угрозы с раскаянием, просил её вернуться и не портить праздник. Тем более его родители так хотели познакомиться с Маргаритой.
«Ничего нового!» – подумала Рита и удалила эти послания, даже не дочитав. Где-то на третьем сообщении она поняла, что Макс ничего нового не скажет. В их разрыве он винит только её.
Повернувшись на другой бок, наткнулась взглядом на недопитую бутылку мартини, стоящую на подоконнике.
События вчерашнего вечера стали выстраиваться в голове в хронологическом порядке. Вспомнила Рита и про сайт знакомств. Опять взяла в руки телефон.
– Ого! – не смогла сдержать возгласа удивления, когда увидела тридцать три сообщения.
Решила, что необходимо просмотреть профили всех мужчин, которые ей написали.
На десятом сообщении она поняла, что на всех её не хватит.
– Маша, ты где? В магазине? Отлично! Заскочишь ко мне? – Рита поняла, что сама с таким количеством сообщений от «поклонников» она одна не справится.
Чайник уже закипел, когда её подруга, бросив все свои дела, примчалась в общежитие медицинского института.
– Что у тебя случилось? – Маша, не церемонясь, села за стол и принялась наливать чай в две кружки.
– Ооо, у кого-то вчера был приятный вечер? – она указала кивком головы на алкоголь.
– У кого-то вчера был вечер самобичевания и поиска приключений на одну не совсем трезвую пятую точку, – Рита взяла протянутую ей кружку с дымящейся жидкостью.
– И как? Нашла?
Рита ничего не ответила, а только показала подруге телефон с кучей сообщений в личном кабинете популярного сайта знакомств.
– Да ты у нас, оказывается, популярная штучка? – подруга взяла в руки телефон и внимательно изучала профили тех, кто проявил интерес к странице подруги.
– Я просмотрела десять сообщений и поняла, что не хочу такую популярность! Смотри – они же все какие-то психи! Их всех надо в соседнее отделение моей больницы!
Маргарита, будучи студенткой мединститута, иногда подрабатывала в терапевтическом отделении. В этом же отделении она и практику проходила, поэтому её, как перспективную студентку с удовольствием взяли на работу. Тем более с кадрами в стационарах всегда были проблемы.
Маргарита Николаевна была прекрасной девушкой двадцати двух лет от роду, приехавшей в большой город учиться в институте. Рита всю жизнь прожила в маленьком провинциальном городке, где все про всех всё знали. Училась, гуляла с ребятами во дворе. Но близких друзей у неё не было. Дело было и в том, что она учиться любила больше, чем гулять, и в её необычном для их общества имени девушки. Имя ей дала мама. Она была фанаткой «Мастера и Маргариты». Поэтому вопрос о том, какое имя будет носить их с папой Колей дочь, даже не обсуждался.
– Наша дочь будет носить только имя Маргарита! – сказала её родительница, и никто не посмел оспорить решение этой волевой дамы.
Марго была спокойной, уравновешенной, со всех сторон положительной девушкой. В своей группе всегда в числе лучших студентов, с парнем – всегда заботливая и покорная. А как же иначе? Нельзя огорчать маму.
– Ты родителям сообщила, что порвала с Максом? – Маша листала сообщения. Иногда она хохотала в полный голос, иногда на её лице появлялась гримаса отвращения.
– Нет. Ещё не говорила. Ты представляешь, что мне устроит мама? – Рита поднесла руки к горлу, показывая, показывая, как драгоценнейшая мать будет её душить. – И мне повезёт, если я умру тихо и без мучений.
– Так-то да, твоя мама – просто зверь! О, смотри, вот этот вроде ничего, – Мария резко поменяла тему разговора, повернув телефон к Маргарите.
На фотографии был изображён очень красивый мужчина лет тридцати. Темные волосы, прямой нос, карие глаза, скулы, словно вырезанные из камня. Не мужчина – Аполлон!
– Слушай, ты хоть раз видела таких красавчиков в реальности? – Рита посмотрела на подругу, отодвинув в сторону экран телефона. – Это наверняка фейк. Какой-нибудь актёр. А на самом деле этот красавчик какой-нибудь ботаник!
– Возможно, ты и права, но помечтать никто мне не помешает.
– Помечтать о чём?
– Помечтать о том, что этот красавчик запал не тебя! Или о том, что вы с ним идёте на свидание.
– Свидание! – Марго хлопнула себя по лбу. – Чуть не забыла. Я же вчера договорилась с каким-то парнем встретиться сегодня вечером в кафе. Вот он.
Девушки склонили свои лица над экраном телефона и с интересом рассматривали профиль симпатичного юноши. Парень был спортивного телосложения, шатен, среднего возраста. Серые глаза, обычные губы.
– Вчера он мне казался более симпатичным, – Маргарита скривила своё хорошенькое личико, когда рассматривала другие фотографии в профиле её потенциального спутника на сегодняшний вечер.
– Нет некрасивых мужчин, есть мало выпитого алкоголя? – перефразировала известную фразу подруга хозяйки комнаты.
– Наверное. Не хочу я одна идти с ним в кафе. – Рита перевела взгляд на Марию. –Пожалуйста, пойдём со мной? Отказ не принимается! Ты не можешь меня бросить!
– Да, не могу, конечно, не могу! Не ломай комедию! Конечно, я пойду с тобой. А то вдруг он маньяк какой?
– Спасибо большое! Ты – моя самая лучшая подруга!
– Я бы сказала – твоя единственная, кто не испугался угроз твоего шибанутого женишка. Заметь, я не прекратила с тобой дружить, – Маша встала из-за стола и подошла к окну, чтобы покурить.
Маша была права. Максим спустя полгода отношений стал сортировать подруг Маргариты, планомерно вычёркивая из жизни девушки тех, кто, по его мнению, был неблагонадёжен. А это – все незамужние («Сами будут гулять и тебя с собой таскать!»), все, кто не подавал радужных надежд («Зачем нам те, кто тянет вниз, как балласт?»), те, кто хоть раз пытался занять у них денег («Зачем нам нищеброды?»).
Максим был из семьи успешных хирургов, поэтому он считал, что Марго должна быть счастлива, что он обратил неё внимание. Ему вторили родители девушки, а она, привыкшая во всем подчиняться старшим, постепенно становилась тенью успешного Макса, ежедневно теряя свою индивидуальность.
И только Машка, её подруга с детского сада, не поддавалась на провокации бывшего жениха Маргариты Николаевны. Именно она постоянно напоминала будущему терапевту, что Маргарита Николаевна– личность, а не прислуга Максима. Что она успешна сама по себе, а не потому, что купается в энергии мегауспешного жениха. И Мария была единственной, кто не хлопал в ладоши от умиления, когда Максим предложил своей девушке поменять статус и выйти за него замуж.
Девушки решили, что сегодня они должны сразить нового кавалера наповал своей красотой. Поэтому и готовиться к вечерней встрече начали заблаговременно.
А чтобы подготовка шла веселей, решили допить мартини, ведь он так одиноко и грустно стоял на подоконнике.
Глава 3.
Когда Мария и Маргарита уже собрались на вечернее свидание, мартини благополучно закончился и девушки, благодаря этому волшебному напитку, находились в прекрасном расположении духа.
– Слушай, а ты уверена, что мы его узнаем? – Мария сидела рядом с подругой в полупустом автобусе.
– Мы же видели его фотографии!
‒ А вдруг они ненастоящие?
‒ Ооо, а я об этом не подумала. Надо спросить, как мы его узнаем, – Рита достала телефон и задала этот вопрос парню в личных сообщениях на сайте.
Ответ пришел минуты через три. Парень написал, что будет ждать её у входа в кафе «Пилот». Маргарита написал, что она не одна, а с подругой.
Юноше это не понравилось, о чём он сообщил сразу же, не церемонясь и не подбирая деликатных слов.
– Ты посмотри, к нему на свидание едут две суперские красотки, а он недоволен! Хам! – сделала вывод Мария, прочитав ответ молодого человека.
Девушки очень быстро доехали до парка, но на входе в кафе никого не увидели.
– Может он ещё не пришёл? – Маргарита, как всегда, пыталась оправдать мужчину.
– Если он ещё не пришёл, значит – паршивый кавалер! – Маша никогда никого просто так не защищала, всегда только по существу и по делу. – Мы опоздали на десять минут, а он ещё что ли позже нас хочет прийти? Возмутительно!
В ответ на гневную тираду подруги Марго показала ответ парня о том, что он уже в кафе.
– Столик номер пять, – проговорила Рита, когда девушки сдали одежду в гардероб.
Когда они подошли к пятому столику, им стало очень смешно. Девушки пытались всячески сдержать смех, который всё равно прорывался наружу.
За столом сидел молодой человек странного вида. Фото в его профиле и реальность очень сильно разнились.
Парень был, скорее, не спортивного телосложения, а худощавого. Шатен, но волос был с оттенком мышиного цвета. Возраст, вообще, было тяжело определить. Юноша был одет свитер из советского периода, причём, вероятно, доставшийся ему по наследству от дедушки. Вблизи глаза тоже казались какого-то мышиного серого оттенка. Мрачный тип, короче.
Девушки подошли к столику. Молодой человек поднялся со своего места, но руку для приветствия не протянул.
– Маргарита и Маша, – девушки представились и смотрели, куда бы присесть. Ведь напротив это странного кавалера стоял всего один стул.
– Алёша, – голос парня был скрипуче-писклявым.
«Алексей – имя, Алёша – диагноз», – про себя подумала Маргарита, но вслух произнесла фразу, которую необходимо произносить по этикету.
– Очень приятно, – она искала глазами официанта, а найдя, жестами попросила его принести еще один стул для подруги.
– Очень приятно. Вы нас не дождались у входа. – Мария, которая часто сначала говорит, а потом думает, протянула руку для знакомства.
– А я и не должен был ждать вас почти десять минут. Зима на дворе, как-никак. А если бы я простыл? Я неприятно поражён, что Вы оказались такими непунктуальными, – Алексей выглядел недовольным её высказыванием и протянутую руку проигнорировал.
Прелестные девы смотрели на кавалера широко распахнутыми от удивления глазами. Переглянулись, но промолчали.
– Ну, ладно, на первый раз я вас прощаю, – снисходительно подвёл промежуточный итог Алёша. – Но впредь прошу не опаздывать! И ещё, мне не нравится, что Вы, Маргарита, привезли подругу, не согласовав этот вопрос со мной. В будущем, я надеюсь, ВЫ все решения будет согласовывать со мной или с моей мамой.
Чем больше он говорил, тем больше Рита понимала, что ей нужно срочно выпить. Причём не один бокал.
– Я заказал себе пирожное. Меня мама перед выходом плотно покормила. Вы-то что будете заказывать? – и он любезным жестом руки пригласил девушек за стол, куда поставили второй стул.
– Девушки тоже будут пирожное, но еще девушки будут вино, – Мария, расположившись напротив парня, наконец вышла из состояния «немой рыбки», в которое её вогнал галантный спутник.
Алексей после её слов плотнее сжал губы. Было видно, что такое развитие событий его не устраивает.
Вечер продолжила неторопливая беседа. Алёша рассказал, что живёт с мамой, работает продавцом в продуктовом магазине. К концу вечера девушки знали все подробности их жизни. Например, на что у мамы Алексея аллергия или что она любит.
Когда все выпили и поели, официант спросил, как принести счёт: один или два.
Девушки ждали ответа от кавалера.
– Пирожные, которые ели девушки, так уж и быть, можете включить в мой счёт, а вот вино – в отдельный счёт, – и уже потом, когда официант отошёл, парень, обращаясь к девушкам, добавил, – Я не собираюсь платить за вино. Тем более, сам не пью, и моя девушка тоже не будет употреблять спиртное.
Но, когда принесли счёт, девушки выяснили, что у них недостаточно денег, чтобы оплатить бутылку вина. Тем более вино отлично легло на выпитый в общежитии мартини, и у наших красоток проснулось игривое настроение.
– У нас нет денег. Мы рассчитывали, если молодой человек приглашает в кафе, то он же и оплачивает счёт, – Маша была немного трезвее Маргариты, поэтому взяла на себя роль человека, который донесёт Алёше, кто должен за всё заплатить.
– Я и так оплатил ваши пирожные! – его голос превратился в глухой недовольный ропот.
– И вино Вам, видимо, тоже придётся оплатить. – Маша смотрела ему в глаза, как будто гипнотизировала. – Тем более, у нас все равно нет денег.
И девушки пожали плечами, мол, ничего поделать не можем.
Алексей, судя по выражению его лица, про себя проклинал тот день, когда написал Рите сообщение на сайте знакомств. Тяжело вздохнув, он встал со своего места, снял с вешалки свою серую куртку, достал из внутреннего кармана конверт.
– Это мне бабушка сегодня подарила на Новый год, – открыл конверт и достал оттуда денежную купюру. – Возьмите, пожалуйста, и за вино тоже.
Официант забрал деньги, а девушки решили, что пора уже покинуть общество этого волшебного романтика.
– Мы припудрим носик и вернёмся, – Маша схватила подругу за руку и направилась с ней в сторону туалета.
Убедившись, что Алёша занят официантом, девушки быстро схватили куртки в гардеробе и пулей выбежали на улицу.
На их счастье, на остановке стоял как раз подходящий автобус, который шёл по их направлению. И только внутри городского транспорта, переглянувшись друг с другом, они расхохотались во весь голос, привлекая внимание немногочисленных пассажиров.
– Да уж, свидание так свидание, – Рита вытирала слезы, которые текли по щекам. – Всё, одного раза было достаточно, чтобы я поняла. Знакомства через сайт – это не моё.
И девушка тут же, в автобусе, зашла на сайт знакомств и удалила свою страницу.
– Возможно, ты права, и твоё мимо тебя не пройдёт, – подвела итог вечера Мария.
Глава 4.
До нового оставалось несколько дней, когда Маргариту попросили подежурить в отделении. Её причём именно в новогоднюю ночь.
Домой ехать она не собиралась, а одной в общежитии отмечать Новый год ей не хотелось.
Маша уехала в их маленький город, куда Маргарита напрочь отказывалась показываться, пока не утихнет гнев её матери.
Максим, видя, что Рита игнорирует его звонки и сообщения, позвонил несостоявшейся тёще и нажаловался на бывшую невесту.
– Ты хоть понимаешь, как тебе повезло с Максиком? – мама пилили Маргариту несколько дней, пытаясь убедить дочь, в том, что ей просто жизненно необходимо вернуться к подающему надежды нейрохирургу.
– Мама, он мне изменил! – Рита, в свою очередь, пыталась доказать родительнице, что та неправа в своем маниакальном упорстве.
Мама не слышала дочь, а дочь – не слышала свою мать. После того как Маргарита Николаевна поняла, что мать не изменит свое отношение к их разрыву, она прекратила на некоторое время общение с отчим домом.
После смерти папы мама перенесла свою гиперопеку и тяжелый характер на Маргариту. Это была одна из причин переезда Риты подальше от родного городка. Мама поначалу пыталась давить на дочь по телефону, но через некоторое время поняла тщетность своих попыток. Чтобы направить энергию родительницы в нужное и правильное русло, Рита подсказала второй баллотироваться на должность управляющей ТСЖ. После того, как маму избрали большинством голосов, как в том мультфильме «домоуправительницей», Рита вдохнула воздух свободы полной грудью.
Теперь же мать вновь пыталась надеть на свою дочь ярмо опеки и тотального контроля, но теперь Рита была уже не наивной девчонкой, а повзрослевшей девушкой. Поэтому она не поддавалась на провокации матери.
Маргарита со спокойной душой и лёгким сердцем согласилась на новогоднее дежурство. Всё равно лучше, чем сидеть одной в общежитии и смотреть на салют из окна комнаты. И даже когда её предупредили, что дежурство будет не в терапии, а в глазном отделении, она не отказалась от своего слова.
Глазное отделение стационара находилось этажом выше, над терапевтическим, поэтому практически весь персонал был знаком со студенткой Маргаритой Ивановой.
Странное дело, но Риту в больнице называли именно по имени и отчеству, несмотря на её возраст. Возможно, причина была в том, что она любила выбранную профессию, поэтому и на работе, и на практике не позволяла себе никак поблажек и послаблений. Стоило ей облачиться в белый халат, как она сразу превращалась из Риты в Маргариту Николаевну.
Сдержанную, сосредоточенную, собранную. Настоящий доктор. Несколько раз пациенты отделения, путаясь, шли к ней за советом, словно она была их лечащим врачом.
Очередное дежурство встретило девушку тишиной больничного коридора. Те, кто мог ходить – ушли домой, чтобы встретить праздник в семейном кругу, а не в больничной палате.
Рита села за стол и принялась спокойно заполнять документы. Благо, ничего нового для неё в этом нехитром деле не было.
До Нового года оставалось совсем ничего, когда к ней подошла санитарка Алёна.
– Пойдём с нами? Сядем, проводим Старый год, а?
– Нет, спасибо. У меня нет настроения, – причём Рита сказала чистую правду. Настроения ни провожать Старый, ни встречать Новый год у неё, действительно, не было.
– Смотри, если что, мы сидим в сестринской, – и, уже отойдя на приличное расстояние, произнесла тихо, но Рита расслышала. – Эх, жаль девчонку. Такая молодая, а уже вкус предательства познала.
Она не стала что-либо говорить по этому поводу. Да и зачем. Можно сказать, что где-то Алёна права. Но, как считала Рита, Господь всегда уберегает от большей беды. Поэтому и на расставание с Максимом она смотрела философски. Значит, так лучше для неё. По крайней мере, эта мысль её успокаивала, когда на душе становилось совсем паршиво.
Распустить нюни и заняться самобичеванием ей не дал телефонный звонок.
– Алло. Да. Офтальмологическое отделение областной клинической больницы, – в трубке раздалась шипение. – Да. Секунду, хорошо. Конечно.
Положив трубку, она быстро добежала до сестринской и под бой курантов прокричала, что было силы:
– Девочки! У нас ЧП. На операцию везут пожарника! Срочно готовить операционную! Иван Петрович уже едет! Угроза потери обоих глаз!
Её слова прозвучали как гром, но уже через несколько секунд весь этот слаженный механизм, притёртый друг к другу, как внутренне строение швейцарских часов, пришёл в движение, готовясь к очередной битве за зрение человека. Ведь Иван Петрович брался только за очень сложные операции, положительный исход которых никто не прогнозировал. И под его руками практически всегда случались чудеса.
Рита искренне верила, что и в этом случае врач на операционном столе совершит очередное чудо. Ведь в Новый год случаются чудеса.
«Пусть и у нас сегодня свершится чудо», молилась Маргарита, когда катила каталку с молодым парнем в сторону операционной.
Она смотрела на его окровавленное лицо и отмечала про себя, какие красивые черты лица у их сегодняшнего пациента.
– Такой молодой! За что ж ему это! – причитала Алёна, помогая Маргарите закатить каталку в комнату, где их ждал врач и стерильная кушетка.
– Маргарита Николаевна, будете мне ассистировать во время операции.
– Я? Я не умею…
– Ничего страшного в этом нет, – врач был неумолим. – Будете делать то, что я говорю. Переодевайтесь быстрее. И так много времени упустили.
Глава 5.
Маргарита стояла рядом с Иваном Петровичем и трясущимися руками подавала тому всё, что он говорил.
– Зажим, – очень быстро подала требуемое.
«Удивительно, – подумала Рита, наблюдая за тем, как чётко врач проводил операцию, – он делает все руками, а не лазером».
– Парень пока под действием укола, но ему необходимо вводить наркоз. Где этот чёртов анестезиолог? Почему его до сих пор нет? Сколько можно его ждать?
Врач громко выругался, и Рита вздрогнула от его грубого тона. Странно, раньше она никогда не слышала, чтобы Парков ругался. Вся больница знала его как сдержанного и интеллигентного мужчину. Видимо, случай действительно был не рядовой.
– Значит так. Ждать мы больше не можем, иначе шанс спасти зрение парню будет равен нулю.
Он перевел свой взор на Риту. Она всё поняла без слов.
– Нет, что Вы! Я не умею. Я никогда не делала наркоз.
– Лекарство подготовлю я, Вам необходимо будет просто уколоть пациента, а затем наблюдать за его состоянием. Не переживайте, ничего сложного. Вы же уже проходили наркоз в институте?
– Да. Изучали. У меня «отлично».
– Тем более, что Вы переживаете. Все будет хорошо. У нас действительно нет больше времени.
Стоило Рите взять в руки шприц, так она тут же превратилась в Маргариту Николаевну.
Работала четко, отбросив все лишние мысли. Руки работали словно по инерции. Словно она это делала ежедневно.
Работать с Парковым оказалось просто, ведь он был профессионалом.
Операция длилась почти три часа, случай был очень сложный.
Парень работал пожарным. За полчаса до Нового года на пульт МЧС поступил вызов о возгорании квартиры от внезапно залетевшей петарды.
Он прибыл на место возгорания первым, но, когда по лестнице добрался до балкона, чтобы проникнуть в квартиру и локализовать очаг возгорания, огонь добрался до огнеопасной жидкости, которую нерадивые хозяева зачем-то хранили в квартире.
Взрыв отбросил его на землю, а осколки разбитого окна повредили всё лицо. Особенно досталось глазам. Именно поэтому Иван Петрович спешил с операцией. Чем раньше устранить порезы и сшить нервные окончания, тем больше шансов, что зрение, пусть и частично, удастся сохранить.
– Вот так, чья-то халатность и пренебрежение элементарной техникой безопасности, стали причиной трагедии. А для молодого парня… У него ж вся жизнь впереди! – подвёл итог оперирующий врач, снимая перчатки. – Мы сделали всё, что в наших силах. Теперь всё зависит от него самого и его организма. А Вы, Маргарита Николаевна действительно большая молодец. Я обязательно сообщу об этом к Вам на кафедру.
– Да что Вы, не стоит. Это же просто наша работа, – она покраснела от смущения.
Рите было непривычно, что человек, который творит своими руками чудеса в операционной, хвалит и благодарит её за работу.
– Я понаблюдаю за ним. Мне так будет спокойнее.
– Дело Ваше. Только пообещайте мне, пожалуйста, что отдохнёте, пока парень спит под наркозом. Судя по моим расчётам, спать он будет еще часа три.
– Хорошо. И Вам бы не мешало отдохнуть, – Рита перевела свой взгляд с лица врача на пейзаж за окном. Она посмотрела в окно, там уже ощущалась поступь первого дня Нового года. – С наступившим Новом годом Вас.
– И Вас, Маргарита Николаевна, и Вас.
Новогодняя смена подходила к концу. Мир за окном завораживал.
Зимнее утро очаровывает своей красотой. На улице еще совсем темно и на ясном, тёмно-синем небе все ещё можно разглядеть несколько ярких звезд. Вокруг всё тихо и спокойно. Деревья, покрытые инеем, застыли неподвижно. Они стоят, украшенные серебром, словно их заколдовала Снежная королева. Но стоит выглянуть солнцу, как картина тут же меняется. Серебро превращается в бриллианты, которые искрятся и переливаются в его лучах – ярких, но не теплых.
Маргарита стояла у окна и смотрела, как город потихоньку просыпался. Начинало светать. Солнышко вставало над горизонтом, освещая мир своими первыми робкими лучами. Очертания предметов становились все более четкими. Снег поблескивал под первыми солнечными лучами.
На удивление Маргарита не ощущала усталости. Она впервые ассистировала на операции и сейчас пыталась проанализировать свои поступки: всё ли правильно было сделано, не допустила ли она ошибки во время операции.
Отошла от окна и решила проверить температуру у молодого человека. Лоб вроде не горячий, дыхание – ровное. Может прав Парков, и ей тоже стоит отдохнуть? Посмотрела на часы: до конца смены осталось полчаса. У неё есть время, чтобы заполнить журналы и сдать пост сменщикам.
Маргарита вздохнула с облегчением, когда поняла разницу между терапевтическим отделением и глазным. За новогоднюю ночь в глазное отделение поступил только их пациент. Страшно подумать, сколько пациентов прибавилось после сегодняшнего дежурства в терапии!
Быстро заполнила все документы, обменялась стандартными фразами с девчонками, которые пришли их сменять, смущаясь и краснея, как первокурсник перед деканом.
Оказывается, вся больница уже знала, как Маргарита Николаевна помогала Паркову делать операцию. Девчонки ахали и охали, восхищаясь поступком Риты.
– Девчонки, да я ж ничего особенного не сделала! Не я же операцию делала! – пыталась оправдаться девушка.
– Не скажи! – Алёна завязывала пуховый платок вокруг шеи. – Иван Петрович знаешь какой строгий! От него ассистенты, знаешь, как бегут!
– Он не строгий! Он требовательный! – Маргариту возмущало, что о человеке, который на её глазах сотворил чудо, так говорили. Ведь это неправда. – Значит, они не подходят ему! Всё, хватит. Не хочу больше это обсуждать!
Марго опять превратилась в Маргариту Николаевну и поспешила покинуть общество этих недалеких женщин.
Зайдя в сестринскую, чтобы переодеться в свою одежду, она вздохнула с облегчением. Все уже разошлись, и ей никто не мешал думать, что делать дальше.
В общежитие идти не хотелось. Там наверняка все сейчас спят. А когда она уснёт, проснутся и продолжат празднование Нового года. И тогда прости-прощай спокойный сон.
А если остаться здесь, в отделении? Она вспомнила, что пожарника положили в двухместную палату, где вторая кровать стоит пустая.
Решено – сделано. Маргарита подошла к старшей медсестре и договорилась, что сегодня останется в палате больного. Тем более, наркоз его скоро отпустит, а значит ещё одна помощница лишней не будет.
В палате было тихо и царил полумрак. Солнце практически не пробивалось сквозь плотные занавески на окне.
Дыхание у пациента было ровное, спокойное, поэтому она с чистой совестью прилегла на соседнюю кровать. Первое время она крепилась и пыталась постоянно следить за больным. Но он сладко спал, и она, сама не заметив, тоже погрузилась в сладкую дрёму.
Глава 6.
Спустя время, сквозь приятную дремоту девушка почувствовала, что пациент проснулся. Он молчал, но Маргарита знала, что наркоз отпустил его организм.
Она тихонько спустила ноги с кровати, обула их в больничные тапочки и осторожно, стараясь лишний раз не шуметь, подошла к парню на соседней кровати.
Парень водил руками по простыни, ощупывал одеяло. Девушка отметила, как дрожали его руки.
– Здравствуйте, – она негромко поздоровалась, обозначая своё присутствие. – Не волнуйтесь, Вы в больнице.
Парень вздрогнул, руки остановились. Он поворачивал голову в разные стороны, пытаясь определить, где находится источник звука.
– Я здесь, – девушка взяла парня за руку. – Меня зовут Маргарита. Пожалуйста, не волнуйтесь.
Ей очень нравились руки. По рукам можно многое сказать о человеке, по форме пальцев и в основном по тому, как люди держат руки и обращаются с ними.
Руки. Сильные, нежные, умелые, искренние, талантливые, надёжные. Всё можно почувствовать по мужским рукам.
Женщины любят не ушами. Женщины любят… руками. Засунут эти свои маленькие ладошки в сильные мужские руки и чувствуют себя самыми счастливыми и защищёнными. Ни одна женщина не даст ласкать свои руки нелюбимому мужчине.
Рита, едва коснувшись его руки, замерла. Его ладонь была холодной, хотя в комнате было тепло. Возможно, от волнения. Но смутило девушку другое.
Её смутили собственные ощущения. Реакция своего организма на прикосновение чужой мужской руки её обескуражила. Странно, но его ладонь показалась ей знакомой и родной. Шершавая, мозолистая. Она говорила, что её хозяин много работает руками и не боится физического труда.
– Маргарита, скажите, пожалуйста, что произошло, – голос был слабым, охрипшим.
Маргарита поднесла стакан с водой к потрескавшимся губам пациента и помогла попить, поддержав его голову. Как медик, она позволила сделать всего несколько глотков.
Осторожно, чтобы не огорчить больного, она пересказала ему события новогодней ночи.
– Скажите, пожалуйста, кому позвонить и сообщить о Вашем местонахождении? – она погладила его по руке.
– Никому.
– Может, кто-то родной и близкий переживает и ищет Вас? – она вновь задала интересующий её вопрос.
– Некому искать меня, – парень тяжело вздохнул. – Никому не надо звонить. Я сам. Не переживайте. Спасибо, что помогли мне.
После его слов девушка замолчала и осталась стоять с широко распахнутыми от удивления глазами. Так не бывает, чтобы было некому звонить. Как же так?
– Маргарита, Вы ещё здесь? – парень приподнялся в кровати на локтях и вертел головой в разные стороны, как слепой котёнок.
– Да.
– Я ведь не представился, – и он повернул голову в ту сторону, откуда слышался голос девушки. – Меня зовут Герман.
– Очень приятно, Герман. Как Ваше самочувствие?
– Всё хорошо. Немного кружится голова и хочется пить. Вы можете не волноваться. Вам, наверное, надо домой? Можете идти. Я всё понимаю. Новый Год же. Вас наверняка ждут.
– Не переживайте. Никто меня не ждёт. Поэтому первый день Нового года, если Вы не возражаете, я проведу с Вами. Тем более, я уверена, скоро потребуется моя помощь.
– Знаете, я первый раз в такой ситуации.
– Я медик. Вернее, студентка медицинского университета. Поверьте, я знаю о чём говорю. Вам понадобится моя помощь.
В этот момент в палату заглянула медсестра и оповестила всех присутствующих, что пришло время завтрака.
Герман, видимо по привычке, попытался подняться с кровати, но Маргарита не дала ему это сделать.
– Что Вы! – журила она его, как малое дитя. – Вам сейчас только лежать. Пищу я сейчас принесу, и сама покормлю Вас. Подождите, пожалуйста, секунду.
Вернулась с кухни, откуда вместе с пищей она захватила и полотенце, на всякий случай. Герман молча лежал на спине. Когда она закрыла дверь, он вздрогнул от неожиданного звука.
– Знаете, во многих фильмах и книгах главный герой имеет те или иные физические ограничения. Распространенным мотивом таких историй является тема сверхъестественных способностей. В большинстве случаев у слепых супергероев отсутствие зрения компенсируется обостренным слухом. В итоге они добиваются успеха, пользуясь преимуществами своего развитого слуха в сочетании с умом и находчивостью. – Юноша, чьё лицо было в бинтах, горько усмехнулся. – Интересно, а какая история будет у меня?
– Счастливая, Герман, счастливая. Давайте я Вас покормлю. – Маргарита пододвинула стул поближе к кровати и села рядом. – Не стоит стесняться. Давайте представим, что я просто медицинская сестра, которая Вам помогает?
– Мне это будет сложно представить, – проговорил юноша, пережёвывая пищу. – Ведь я не помню, когда последний раз лежал в больнице.
– Вот и хорошо, что у Вас здоровый и крепкий организм. Значит, Вы скоро пойдёте на поправку и Ваше зрение восстановится.
– Маргарита, – мужской голос вдруг стал очень серьёзным. – Я Вас прошу, не давайте мне ложную надежду. Я же всё понимаю. Я не маленький. Я понимаю, что мне необходимо научится жить со слепотой.
– Не смейте так говорить! – от возмущения голос Риты прозвучал непривычно громко в тишине больничной палаты. – Вас оперировал лучший врач! Он творит чудеса! Вы обязательно поправитесь! Самое главное – верить!
Она не могла поверить, чтобы такой молодой и сильный парень в данной ситуации опустит руки. Вот не верила, и всё тут.
А для себя она решила, что сделает всё возможное, чтобы Герман поверил в реальность своего полного выздоровления и полного возвращения зрения.
Её смущало, что за полдня, которые она провела вместе с ним, кроме начальника, который заскочил буквально на полчаса, никто из родных и близких не пришел и не позвонил, чтобы узнать, как его состояние. Но она не задавала лишних вопросов, надеясь, что, когда придёт время, он ей сам все расскажет. Если захочет, конечно.
Глава 7.
– Вы когда-нибудь слышали об эффекте плацебо? – Маргарита развлекала разговором молодого человека, пока тот лежал под капельницей.
– Нет. А что это?
– Термином «эффект плацебо» называют улучшение самочувствия человека благодаря тому, что он верит в эффективность некоторого воздействия, в действительности нейтрального. Кроме приёма препарата, таким воздействием может быть, например, выполнение некоторых процедур или упражнений, прямой эффект которых не наблюдается.
– Вот видите, – усмехнулся больной, – Вы же сами говорите «не наблюдается».
– Вы же невнимательно слушаете! Эффект плацебо известен науке уже 400 лет. Раньше им пренебрегали, но в последние десятилетия это очень перспективное поле для исследований. Только, пожалуйста, не смейтесь. Знаете, как звучит девиз учёных, которые занимаются данной теорией?
– И как же? – в его голосе всё-таки слышался смех.
– «Активный ингредиент – это ты». Да-да. Да, наука считает, что верить в лучшее и не стрессовать – уже отличная помощь здоровью. – Рита была рада, что пациент начал улыбаться. Это значит, что негативные мысли потихоньку отступают.
– Маргарита, расскажите, пожалуйста, какая сейчас погода за окном, – внезапно попросил Герман. – Мне очень хочется знать, как выглядит больничный двор.
Рита подошла к окну. Сегодня шёл снег. После того, как утром она добежала от своего общежития до автобусной остановки, её можно было спутать со снежной бабой, так запорошило.
– А можно я Вам опишу погоду за окном словами из одной песни?
– Конечно. Я бы с удовольствием послушал, как Вы поете.
Герман редко о чём-то просил Маргариту, видимо, чувствуя неловкость, что она за ним ухаживает.
– Такого снегопада, такого снегопада, давно не помнят здешние места, – запела Рита своим прекрасным и мелодичным голосом. Это была одна из её любимых песен ещё с детства. Её и папы.
Она закрыла глаза и полностью отдалась исполнению песни. Её голос и её исполнение позволили Герману представить заснеженную улицу в деревне, на которой он вырос. Площадь в городе, где он часто гулял с друзьями. И белый-белый снег, который кружит белыми хлопьями и нежно укрывает землю, превращая её в невесту в белоснежном одеянии.
Герман слушал пение Маргариты и верил, что, возможно, он когда-нибудь вновь увидит этот прекрасный белый снег. Сможет полюбоваться красотой белоснежного поля, насладиться пейзажами заснеженного леса. Он верил и боялся, что эти надежды– всего лишь иллюзия. Поэтому старался не зацикливаться на своих мыслях. Рита ежедневно помогала ему. По факту она была его глазами.
Постоянно убирала сбегающую слезу, кормила его, помогала передвигаться по палате. Он не мог понять, чем заслужил такую заботу. Ведь он был ей абсолютно посторонним человеком.
Если бы он задал Маргарите этот вопрос, то был бы удивлен ответом девушки. Она и сама неоднократно спрашивала себя, почему спешит к нему в палату, почему ей так нравится его общество, ведь, по сути, они были совершенно чужие друг другу люди.
Но каждый раз в её голове звучал ответ: «Кто, если не ты?»
Ей страшно было представить, что было бы с Германом, если бы её не оказалось рядом? Как бы он приспосабливался к новым и таким сложным условиям своего существования в условиях слепоты, а соответственно, в условиях кромешной темноты.
Маргарита знала, что в зависимости от вида глазной операции и индивидуальных особенностей организма пациента, восстановление происходит в течение периода от семи до тридцати дней. Иногда полное восстановление может длиться несколько месяцев. К примеру, финальный результат после лазерной коррекции зрения можно оценивать через полгода.
Она надеялась, что Герман быстро восстановится после операции, тем более, она верила в волшебные руки Паркова. Если она была на дежурстве, то постоянно приходила к Герману и старалась проводить как можно больше времени с ним наедине. Ей нравилось, как он рассказывает свои истории. Нравилось, как он, погружаясь в свою профессию, превращается в собранного, но в то же время позитивного человека.
– Как ты выбрал профессию? – однажды вечером, после очередного рассказа о работе парня, спросила Марго.
Он моментально изменился в лице.
– Я вырос в деревне. Мои родители работали в школе. Мама – учительницей математики, а папа – директором школы. Когда мне исполнилось 17 лет, меня наконец отпустили отпраздновать Новый год к друзьям. Когда я возвращался домой, наш дом уже вовсю полыхал. – Он замолчал, видимо, боролся с призраками из своего прошлого. – Родителей не спасли. Они не плотно закрыли поддувалу на печке. Пожар унёс их жизни. Они умерли во сне. По крайней мере, мне так сказали в морге.
Марго молчала. Она не знала, что сказать, чтобы облегчить душевную боль человека, который находился напротив неё.
– Мне очень жаль. Я боюсь представить, что ты тогда испытал.
– Я плохо помню эти дни. Похороны организовывала моя бабушка, которая меня и забрала к себе. Но и она, к сожалению, покинула этот мир вслед за своей дочерью, спустя пять лет. С людьми я схожусь плохо. Не люблю людей.
– Парадоксально. Ты не любишь людей, но при этом выбрал профессию, которая предполагает, что ты будешь их спасать, – Маргарита не смогла не прокомментировать выбор Германа.
– Да ты понимаешь, в ту новогоднюю ночь…, – он замолчал, подбирая слова. – Если бы пожарные приехали трезвыми и вовремя, мои родители были живы. Именно поэтому я и выбрал профессию пожарного. Именно поэтому каждый год в новогоднюю ночь я вызываюсь на дежурство. Я считаю, что именно так я могу спасти людей.
Герман замолчал, а Маргарита его не торопила. Он должен сам решиться на продолжение рассказа.
– Сейчас я понимаю, что, если бы в ту новогоднюю ночь дежурным был бы я, мои родители были бы живы.
– Но в эту новогоднюю ночь пострадал ты.
– Да, я пострадал, потому что на дежурстве я не пренебрёг техникой безопасности. Всё дело в том, что в квартире были дети, а баллон с краской взорвался, когда я достал последнего ребёнка и спустил его вниз. По технике безопасности нужно было убедиться, что в помещении больше никого не осталось. Мало ли кто мог остаться в квартире. К детям мог кто-то зайти в гости – Новый год всё-таки. Я вернулся в квартиру, чтобы проверить… вот тогда и случился этот взрыв. Но я ни о чём не жалею, ведь я выполнил свой долг. И, знаешь, как бы это ни звучало банально, но я рад, что попал в больницу именно в новогоднюю ночь.
Марго посмотрела на него с удивлением. Как он может говорить подобные вещи? Разве можно благодарить судьбу за то, что попал в больницу? Да ещё с такой травмой? А если вспомнить, что он поступил в отделение в праздник…
«Он явно сумасшедший!» – посмотрела на него Рита.
– Ты наверняка подумаешь, что я немного не в себе..., – словно прочитал её мысли, он продолжил своё откровение. – Ведь благодаря этому стечению обстоятельств я познакомился с тобой.
– Ну, раз у нас пошёл такой разговор, тогда и я открою одну маленькую тайну.
Рита пыталась не выдать своё волнение. Но голос всё-таки немного дрожал. Она очень волновалась, раскрывая душу перед человеком, который за такой короткий промежуток времени стал ей близок.
– Я тоже рада, что ты попал к нам больницу, как бы это страшно ни звучало. Я не знаю, говорили тебе или нет, но я получила первый опыт ассистирования во время операции.
– Какой опыт? – не понял её Герман.
– Понимаешь, когда Парков оперировал тебя, мы не могли дождаться анестезиолога и помощников, поэтому Парков настоял на том, чтобы я ему ассистировала
– О, так ты теперь мой ангел-хранитель! – и Герман улыбнулся открытой и красивой улыбкой.
Маргарита, сама того не замечая, залюбовалась его лицом в этом момент.
– Ангел-хранитель, это, конечно, слишком громко сказано, но, как будущему медику, для меня это был достаточно интересный опыт, хочу сказать, – и она улыбнулась ему в ответ.
Глава 8.
Маргарита и Герман придумали игру. Чтобы хоть как-то скрасить мрачное пребывание пожарного в больнице, они решили для каждой эмоции придумать цвет.
– Оранжевый будет обозначать радость! – Марго предложила первая. – Я думаю, что именно оранжевый, как настоящее солнышко, должен обозначать радость!
– Согласен. – Герман задумался на миг. – А зелёный – природу! Я вот сейчас произнёс, а сам сразу представил зелёный лес, молодую сочную травку и солнечные лучи, которые освещают пространство между деревьев. Надеюсь, что ещё увижу эту сочную красоту...
– Увидишь! Мы с тобой весной обязательно погуляем по такому лесу!
Слова выскочили из уст девушки, и она лишь потом задумалась. А нужна ли будет она ему, когда зрение у парня полностью восстановится. Отмахнулась от этих назойливых, как августовские мухи, мыслей. Не стоит загадывать вперёд.
Она смотрела на него и поражалась тому, как быстро привыкла к этому больному. Как незаметно, даже для неё самой, этот человек занял все её мысли.
Из размышлений её вырвал телефонный звонок.
– Алло, да, мама. Привет. Нет. Всё хорошо. – Рита, прижимая трубку к уху, тронула Германа за плечо. – Я сейчас, – и затем уже в трубку. – Нет. Я не тебе.
Она вышла из палаты, но прикрытая дверь оказалась предательницей, потому что открылась и человек, находящийся на больничной кровати, отчётливо слышал каждое слово её разговора.
– Мама. Я всё сказала. Нет. Я с ним не общалась. Нет. Я ничего не буду выслушивать. Да какие объяснения! – голос Маргариты начинал дрожать от непролитых слёз. Было слышно, что данный разговор ей неприятен. – Мама! Он мне изменил! Я не смогу его простить. Я разорвала помолвку.
Голос Риты звучал всё тише и тише, а это говорило о том, что она отошла от палаты.
Герман задержал на мгновение дыхание. Пусть это и звучало подло, но он был рад, что услышал этот разговор.
Он давно хотел спросить о личной жизни его Ангела, но всё время стеснялся, думая, что это не его дело.
Герман Романович был простым пожарным и трезво смотрел на жизнь. Он не видел Маргариту, но это было и не важно. Ведь человек с таким добрым сердцем не может быть плохим. А Рита была именно такой. Он уже давно не ощущал такую заботу. Да что там говорить, он уже забыл, как это, когда о тебе заботятся. После смерти бабушки он всё время только и делал, что работал и спасал людей. Всё время он о ком-то заботился, а не о нём. Но Юля считала иначе. Она ушла от него, мотивируя свой уход его постоянной занятостью.
Как некстати он вспомнил сейчас свою бывшую девушку.
– Извини, что так долго, – голос вошедшей Маргариты вернул его в реальность.
– Ничего. Ты знаешь, мне кажется, я придумал еще одну пару.
– Цвет – эмоция?
– Ага. Сиреневый. Я думаю, это грусть.
– Да, согласна, что это – грусть. Мне, если честно, очень нравится сиреневый, но он всё время напоминает о празднике Победы.
– Почему?
– У меня в городе растёт очень много сирени. И каждый год, идя на митинг, посвящённый Дню Победы, мы обрывали кусты сирени и делали букеты из её цветов. Поэтому я бы добавила к этому цвету ещё одну эмоцию. Печаль.
– У тебя всё хорошо? – Герман решил поговорить, чтобы отвлечь её от неприятного разговора, невольным свидетелем которого стал. – У тебя голос грустный.
– Да, всё хорошо. – Она тяжело вздохнула и присела на стул рядом с его кроватью. – Уже всё хорошо. Наверное. Неважно. Слушай, а каким цветом назовём доверие? – она пыталась отвлечься. Ведь её мама, как всегда, выжала все моральные силы из её организма.
– Может, голубым?
– Можно. – Она задумалась и прикрыла на несколько секунд глаза. – Как голубое-голубое небо? Знаешь, когда летом смотришь вверх, а там, в вышине, над твоей головой, чистое голубое небо, которое словно говорит тебе, что всё будет хорошо.
– Всё будет хорошо. Хочешь, может, воспользуемся голубым цветом? Расскажешь, что тебя гложет? Я сейчас могу быть отличным слушателем.
– Психологом хочешь стать? - девушка с недоверием посмотрела на парня. Если бы он мог сейчас видеть, то заметил бы, как блестят её глаза от того, что в них скопились слёзы, которым необходимо пролиться.
– Ты же знаешь, все пожарные немного психологи, – он постучал по кровати рядом с собой, одновременно отодвигаясь к стене. – Как там принято говорить на сеансе психотерапии. Прилягте, чтобы Вам было удобно. У Вас есть проблема? Вы хотите поговорить об этом? Я вас слушаю.
Рита, улыбаясь, легла поверх одеяла рядом с Германом.
«Так странно и непривычно», – подумали одновременно парень с девушкой, что лежали на одной больничной кровати, слегка соприкасаясь плечами.
Парень не мог видеть, как на лице девушки появилась лёгкая счастливая улыбка, которая значила в этот момент очень многое. Эх, если бы он мог увидеть!
Девушка лежала с закрытыми глазами, наслаждаясь теплом, шедшим от этого парня, который стал ей почему-то родным за такой короткий промежуток времени. Мама, бывший жених – все её проблемы отступили, словно ушли на задний план. Если бы девушка открыла глаза и повернула голову, то она увидела, с каким наслаждением лежащий рядом с ней молодой человек вдыхал её аромат. Эх, если бы она могла сейчас это увидеть!
Но ребята лежали, не дыша, не шевелясь, боясь спугнуть очарование момента.
И в этот миг тишину больничного коридора разорвал женский крик.
– Пустите меня! Мне нужно к нему! Это мой жених!
Рита повернула голову, пытаясь определить, кто или что является источником этого резкого звука.
Не прошло и двух минут, как источник сам себя показал. Им оказалась приятная блондинка, ввалившаяся в палату со словами:
– Герман, солнышко моё! Как хорошо, что ты жив! Я так рада!
Глава 9.
– Зачем ты пришла?! – голос Германа мгновенно стал резким и колючим.
Рита никогда еще не слышала, чтобы он разговаривал таким тоном.
– Уходи немедленно! Я не хочу тебя видеть!
Маргарита, растерялась, не зная, куда себя деть в этой ситуации. Она было решила встать с кровати и уйти из палаты. Но Герман схватил и держал её за руку.
– Маргарита, прошу тебя, никуда не уходи, – голос юноши вновь стал тёплым и нежным. Затем, повернув голову туда, где, по его мнению, должна стоять вошедшая дама, сказал уже, видимо, обращаясь к ней. – А тебя, Юля, прошу покинуть больничную палату.
Девушка шла по направлению к кровати, где находился парень. Подойдя ближе, она окатила Марго презрительным взглядом, всем видом показывая своё превосходство.
– Дорогой! Не стоит меня выгонять! Нам с тобой столько необходимо обсудить! Тебе нужна помощь! Ну, может, поговорим? – девушка стояла рядом с кроватью и пыталась взять Германа за руку.
Маргарита почувствовала, как Герман сжал её руки ещё сильнее, всем видом показывая своё отношение к непрошеной гостье, которая разрушила очарование их уютного мирка.
– Я тебе всё сказал, – он не говорил, он чеканил слова, словно маршировал, а его голосом можно было заморозить всё пространство в комнате. – Мы с тобой уже всё обсудили, когда ты собирала вещи и уезжала в закат к своему дорогому диджею. Это раз. А во-вторых, твоя помощь мне не нужна.
– Милый, не стоит рубить сгоряча. Давай я останусь, а медсестру, которая за тобой ухаживает, – она перевела взгляд на Маргариту, – мы отпустим. Ведь намного приятнее, когда за тобой ухаживает родной человек, а не медицинский персонал.
– Это ты-то мне родной человек? – Герман с трудом сдерживал рвущийся наружу гнев.
Марго увидела, что около двери в палату, которую вошедшая не удосужилась закрыть, собралась толпа зевак.
– Да. Я же твой родной человек. – Девушка, видимо, посчитала, что победа в этой перепалке у неё в кармане и сделала несколько шагов в глубь палаты.
– Остановись! Больше ни шагу! Ты мне – никто! Мы с тобой расстались почти полгода назад! За это время ты ни разу не вспомнила обо мне! Так что и сейчас не стоит вспоминать о моём существовании!
– Герман, но давай хотя бы отпустим медсестру? Зачем добавлять бедной девушке дополнительные хлопоты? Я за тобой поухаживаю, ведь, правда, не чужие же мы друг другу? – она сделала ещё одну попытку уговорить молодого человека.
– Я тебе ещё раз говорю – мы с тобой чужие друг другу люди. А эта девушка, – и он повернул лицо в сторону Маргариты и вновь сжал её ладонь. – Эта девушка моя невеста, которая согласилась стать моей женой. Так что если ты сама не уйдешь, я попрошу охрану выпроводить тебя вон.
Если можно было бы уничтожать взглядом, Рита бы превратилась в пепел, и её, наверное, уже бы развеяли по ветру. Именно таким взглядом её окатила гостья перед тем, как покинуть временное пристанище Германа.
Рита встала с кровати и подошла к выходу, чтобы закрыть дверь. Она слышала, как за дверью перешёптывались медсёстры, ведь многие знали и её, и Максима. Внезапно девушка почувствовала, как её спину прожигает чей-то взгляд.
Повернув голову вправо, она увидела стоящего в больничном коридоре Макса. И, судя по его взгляду, он слышал заявление Германа. Его взгляд пылал от ненависти. Она не стала ничего говорить. Просто отвернулась от него, закрыла дверь и сделала несколько шагов назад, возвращаясь в сумрак больничной комнаты.
В палате она молча, не включая свет, подошла к Герману, который стоял у окна.
– Знаешь, я ничего не вижу, но привычка стоять у окна осталась, – он говорил очень тихо. – Прости меня, пожалуйста, что я так сказал. Я про замужество и про то, что ты моя невеста. Я, конечно, понимаю, что это было сказано на эмоциях. Но, если честно, я просто высказал свои мысли, которые давно не дают мне покоя.
Рита молчала, понимая, что он хочет выговориться.
– С Юлей мы познакомились года два назад, – начал повествование парень. – Я тяжело переживал своё одиночество. Ведь после смерти бабушки я остался абсолютно один. Друзей, как ты заметила, у меня нет. Я не научился их заводить. У меня была работа, поэтому мне никто был не нужен. С Юлей мы случайно столкнулись в магазине, когда я покупал себе продукты. Постепенно она как-то незаметно заполнила собой моё одиночество. Через пару месяцев она переехала ко мне, и мы стали жить вместе. Юля ждала от меня предложения, но замуж я её так и не позвал.
– Почему? – так же тихо спросила Рита.
– Я не хотел. Видимо, интуитивно чувствовал, что она не та, кто мне нужен. И я был прав. Однажды я пришёл с ночной смены и увидел, что её вещи пропали из моей квартиры. А на столе записка, в которой она написала, что устала жить с неудачником, который только и делает, что спасает чужие жизни, напрочь забывая о тех, кто находится рядом.
– Это она себя имела в виду?
– Да. Себя. – Герман говорил на удивление очень спокойно. – Знаешь, сейчас я могу сказать, что рад, что она тогда ушла. С её уходом с моей души словно камень упал. Оглядываясь в прошлое, я вижу, что она пыталась манипулировать мною, пыталась перекроить меня. Постоянно говорила, чтобы я поменял работу. Видите ли, её не устраивало, что я работал сутками. Так мы и жили. Я работал – она отдыхала. Гуляла по клубам. Видимо, в одном из таких клубов она и познакомилась со своим новым молодым человеком, к которому потом благополучно ушла.
Рита задумалась.
– Знаешь, раз уж мы сегодня наш день проходит в голубом цвете, я тоже расскажу тебе о своем бывшем опыте.
И Рита рассказала Герману о том, как познакомилась с Максом, как тот сделал ей предложение, и о том, как она переслала ему видео.
– Я считаю, что если человек тебя любит, то у него и в мыслях не должно быть, чтобы изменить своему партнёру. – Она говорила, пытаясь пояснить свою позицию. – А если человек тебе изменяет – значит, он тебя не любит!
Герман обнял её за плечи, нежно прижимая к себе.
– Я не представляю, как можно такой, как ты, изменить, – тихо прошептал в макушку девушки мужской голос, обдавая теплом своего дыхания.
– Ты же не знаешь, как я выгляжу, – так же тихо в мужскую грудь пробормотала девушка.
– А это неважно. Важно, какая ты внутри, – и он гладил её по голове, незаметно переходя к её лицу. Его ладони обхватили лицо девушки, а большие пальцы мягко гладили её губы. – Ты светишься изнутри, и это видно не глазами. Это можно увидеть только сердцем.
Если бы прохожие, которые спешили домой в сумраке январского дня, подняли голову вверх, то они увидели, как сквозь больничное окно проступают силуэты парня и девушки. Молодые люди стояли, обнимая друг друга.
Парень трепетно и нежно гладил девушку по волосам, а она, смущаясь, прятала лицо у него на груди. И в тот миг они были самыми счастливыми, потому что в этот миг зарождалось новое и светлое чувство, которое многие люди ждут всю вечность. И имя этому чувству – Настоящая Любовь.
Глава 10.
Дни шли своим чередом. Закончились каникулы, и в середине января Маргарита вышла на учёбу в свой институт. Парков, как и обещал, рассказал на кафедре, что Марго ассистировала ему во время операции, поэтому многие преподаватели стали относиться к ней с большим уважением, нежели раньше.
Герман тоже радовал своими успехами. Повязки сняли, и зрение потихоньку к нему возвращалось. Маргарита каждый день после пар бежала в больницу, где её ждал личный пациент. Рядом с ним она чувствовала себя счастливой.
В палату поставили стол, чтобы Марго было удобно заниматься и делать домашние задания. И практику она теперь проходила тоже в этом отделении.
– Да, хорошо, скоро буду. Сейчас зайду в библиотеку и приеду, – Рита увлечённо говорила по телефону, погруженная в свои мысли. Иначе она бы заметила стоящего на пути молодого человека, который смотрел на неё горящим взглядом.
– Ну наконец я смог застать тебя одну! – голос говорящего прозвучал для девушки неожиданно, заставляя вздрогнуть.
Рита подняла глаза на молодого человека.
– Максим? Ты что-то хотел? – Она немного растерялась. Ведь они так и не поговорили с ним после того случая с видео. – Я спешу.
– Ничего страшного. Подождёт твой убогий. Ему всё равно некуда спешить. А вот нам есть, что с тобой обсудить.
И он грубо взял девушку за локоть, пытаясь потянуть за собой в машину, которая стояла неподалёку.
– Нам не о чем с тобой говорить, – Рита пыталась вырваться, но силы были не равны. – Отпусти меня, ты мне делаешь больно.
Мимо прошли ребята с её группы. Она повернулась к Максу.
– Хорошо, мы поговорим. Но на лавочке! – и она указала пальцем на стоящую рядом скамью. – Иначе я закричу, и ты загремишь в полицию за попытку изнасилования. Зачем тебе эти проблемы?
– А ты изменилась! – съязвил Макс, но локоть отпустил. – Но такой ты мне нравишься больше. – И он попытался провести большим пальцем по её губам.
– Мне плевать, что тебе нравится, а что нет. Говори, что ты хотел со мной обсудить? – и она оттолкнула его руку.
Они подошли к лавочке.
—Да, если бы ты была такой горячей со мной, может, я бы тебе и не изменял. - Макс смотрел, как Рита достала салфетку и стала остервенело оттирать его прикосновения со своего лица.
– Макс, это всё, что ты хотел мне сказать? – Маргарита выкинула салфетку в урну и смотрела в лицо стоящего напротив неё парня.
– Нет.
– Что ещё?
– Ещё я хотел бы понять, как я стал рогоносцем?
– Вот сейчас я не поняла. Что за плод твоей воспалённой фантазии? – Маргарита смотрела на красивого парня, который стоял напротив неё, и понимала, что не испытывает к нему ничего, кроме жалости.
Все мысли Риты были сейчас о человеке, который ждал её, смотря сквозь оконное стекло на больничный двор.
Она посмотрела на бывшего жениха.
– Максим, я тебе никогда не изменяла. В отличие от тебя, я тебе всегда была верна.
– Получается, всё, что сказал тот парень в палате о вас с ним – это всё неправда? – в глазах молодого человека загорелась надежда.
Рита утвердительно кивнула.
Он схватил девушку за плечи и стал трясти.
– Это же хорошо! Это же великолепно! Значит, мы снова можем быть вместе! Я на тебя не сержусь, понимаю, что был немного не прав. Обещаю, больше никаких измен!
Марго еле вырвалась из цепких рук бывшего жениха.
– Нет, Максим. Я к тебе не вернусь, и никаких больше «нас» не будет. И дело не в Германе. Дело в тебе и во мне. Я тебя не люблю. Как, впрочем, и ты меня.
– Да какая, к чёрту, любовь! Это всё сказки для детей! – Он выглядел безумным, чем очень сильно пугал Риту. – Ты понимаешь, что у меня из-за твоих выкрутасов срывается стажировка за границей? Ты думаешь, я тебя замуж позвал, потому что ты такая классная?
Максим говорил и говорил, и с каждым его словом Рита ужасалась всё больше и больше. Как она могла быть столько времени с этим человеком и не видеть, какой он гнилой?
– Я столько лет угробил на тебя! Твоя кандидатура уже прошла предварительный отбор на место лаборантки в немецком медицинском центре, куда меня берут главврачом. У них было главное условие – супружеская пара, в которой оба – медики. И что теперь ты мне прикажешь делать? Где я за эти оставшиеся три месяца найду себе жену? Ещё и медика?
Рита посмотрела на него в последний раз и сказала:
– Максим, может, стоит предложить тем, с кем ты коротал дежурства в больнице? Надеюсь, ты понимаешь, что после всего сказанного я с тобой не захочу даже общаться. Всего доброго. Удачи тебе. И больше никогда не приближайся ко мне. Иначе я буду вынуждена обратиться в полицию. Направь свою энергию на решение своих проблем. Это моё последнее предупреждение.
Она встала со скамьи и, не оглядываясь, направилась в сторону автобусной остановки. В этот момент Рита отчётливо поняла, что человек, который прислал ей то злополучное видео, по факту, спас её от несчастливого брака с Максом. Она не знала, кто тот доброжелатель и какие были у него мотивы, но мысленно благодарила его за своё спасение.
Также Рита радовалась, что правда об отношении Макса к ней всплыла сейчас, а не раньше. Ведь сейчас ей не больно. Сейчас у неё есть тихая гавань. Её Герман.
Она села в автобус и, смотря в окно на проплывающие мимо улицы, думала, что сейчас её настроение – оранжевый цвет. Цвет радости и счастья.
Глава 11.
«Каждый охотник желает знает, где сидит фазан», – такой фразой встретил Маргариту Герман, когда она вошла к нему.
Юноша стоял спиной к двери, разглядывая происходящее за окном.
– Сегодня на улице светит солнце, и снег, отражая солнечные лучи, сверкает всеми цветами радуги, – он повернулся лицом к девушке, и Рита вскрикнула от неожиданности.
На неё внимательно смотрели кристально чистые карие глаза.
– Меня завтра выписывают, – он говорил очень тихо, делая робкие шаги к девушке. – А я боюсь. Моё настроение – чёрный цвет. Но иногда чёрный цвет отступает перед фиолетовым. Цветом надежды.
Маргарита смотрела на Германа, который подошёл к ней вплотную.
– Надежды на то, что ты пойдёшь завтра со мной. Ко мне.
Он всматривался в её лицо, пытаясь найти ответ на свой вопрос.
– Рита, не молчи, пожалуйста, скажи мне что-нибудь, – молил он, обхватив её лицо руками, вглядываясь со страхом и надеждой в её красивые глаза.
– Герман. Что мне сказать? – она смотрела на него, не понимая, что происходит.
Юноша стал на колени, обхватив своими руками её ноги, прижимаясь всем телом к ней.
– Маргарита, я не смогу без тебя. Ты – мой воздух. Я хочу, чтобы ты стала моей женой.
Рита не ожидала подобного предложения. От неожиданности, она, выронив сумки из рук, заглушила крик, рвущийся наружу, прикрыв рот освободившимися ладонями.
Девушка опустилась на пол, села рядом с молодым человеком.
– Тебе не кажется, что ты спешишь с подобными предложениями?
Рита всматривалась ему в глаза, пытаясь понять, а не шутит ли он?
– А вдруг я соглашусь?
– Я буду самым счастливым человеком, если ты согласишься. Золотых гор не обещаю, но, как истинный джентльмен, буду всегда рядом.
– Герман, но мы так мало знаем друг друга, – пыталась вразумить его Марго.
– Аль Пачино когда-то сказал: «Я сделал предложение своей жене на третий день знакомства, и всю жизнь жалел лишь о двух потерянных днях...». Я не хочу потом жалеть о своём потерянном времени, если не скажу этого сейчас. Я должен был сказать это ещё раньше. А чтобы узнать друг друга, у нас вся жизнь впереди.
Маргарита всматривалась на такое родное и да, любимое, лицо Германа, и у неё текли слёзы из глаз.
– Ты чего, маленькая? – он ласково обнимал её.
Герман целовал её щеки, её глаза, обнимая и качая хрупкую девушку на руках, как маленького ребёнка.
– Помнишь, когда у меня на глазах была повязка, мы с тобой придумали игру с цветами радуги? – Рита что-то промычала в ответ, уткнувшись носом в его грудь.
Они сидели на полу больничном палаты, наслаждаясь обществом друг друга.
В сумраке вечера, который обнимал их силуэты, звучали тихие всхлипывания Риты и мягкий успокаивающий голос Германа.
– Так вот, когда мы с тобой составляли пары цвета и эмоции, я подумал, что это не просто игра. Это моя личная зимняя радуга. Если бы зрение ко мне не вернулось, эта радуга осталась бы навсегда со мной. В моём воображении. В любое время года. И пусть говорят, что зимой радуги не бывает. Я знаю. Они все говорят неправду. Бывает. Ты мне подарила мою личную зимнюю радугу.
– «Каждый охотник знает, где сидит фазан?» – Рита смотрела на него, ожидая продолжения мысли.
– Да. Оранжевый – радость, зелёный – природа, голубой – доверие, сиреневый – печаль, фиолетовый – надежда, – Герман поцеловал её в висок со всей нежностью, на которую был способен.
– Мы с тобой не подобрали пару красному цвету, – Маргарита отодвинулась от него, чтобы посмотреть в глаза.
– А она сама нашлась. Красный – это любовь. Я люблю тебя, Рита, – и Герман коснулся своими губами таких желанных и долгожданных губ возлюбленной.
– И я люблю тебя, Герман, – Рита, оторвавшись от губ юноши, произнесла слова, которые давно созрели в её душе.
И пусть говорят, что зимняя радуга – это миф. Для двух людей, сидящих на полу больничной палаты, зимняя радуга была реальна. Настолько, что они готовы были поклясться, что на зимнем небосклоне, прямо напротив их окна, появилась дорожка, окрашенная всеми цветами радуги.