Вашингтон, округ Колумбия
В семистах километрах от разворачивающейся трагедии в жизни Кристины, специальный агент ФБР Коул Брайс разговаривал с очередным источником и понимал, что это опять провал.
Мимо. Пустышка. Ни-че-го.
В груди медленно разливалось раздражение. Это дело не обещало быть быстрым, но топтание на одном месте выводило из себя. Свидетелей почти не было, а те, что якобы находились, в итоге не знали ничего. Либо выдавали такие крупицы информации, которые не очень-то и помогали.
Записав показания и отпустив мужчину, он сходил наконец за кофе. Всю ночь Брайс пытался вычленить хоть какую-то зацепку и его все больше бесило их отсутствие. Как будто все подчистили специально. Слишком аккуратно. Показательно.
Он вернулся в кабинет, сел на стол и уставился в стену. За всю свою карьеру тридцатипятилетний агент впервые сталкивался с делом, в котором его явно водили за нос.
За спиной открылась дверь и Коул, едва повернув голову, бросил резкое:
— Не сейчас!
Дверь поспешно закрылась и через несколько секунд открылась снова.
— Рычать было не обязательно.
Агент усмехнулся и обернулся. Дрейк Молина. Напарник. На него огрызаться бесполезно.
— Что, неужели напугал тебя?
— Не меня, а Лору. Бедняжка хотела тебе то ли какое-то письмо передать, то ли записку, а потом отпрыгнула, как ошпаренная, от двери и врезалась в меня.
— Записка где?
Дрейк закатил глаза:
— Ты, как всегда, сама вежливость. Держи.
Коул повертел в руках конверт и достал сложенный лист бумаги. Развернул, прочел послание и поднял трубку телефона.
— Дежурный, агент Коул Брайс. Кто передал письмо?
Бросил трубку на рычаг и выругался. Упустили. Ладно хоть известно, что за курьерская служба.
Брайс сфотографировал записку и набрал еще один номер.
— Что думаешь об этом? Найти информацию сможешь: кто, что, где? А лучше сразу контакты и адрес? Да. Нужно как можно скорее. Все, что сможешь. Сочтемся.
Молина терпеливо ждал, выгнув бровь. Когда Коул закончил разговор, спросил:
— Тебе теперь в благодарность дети присылают стихи собственного сочинения?
— Не смешно.
— Тогда что это? Какая-то детская загадка?
— Если бы я знал…
Брайс прикрыл глаза и сжал переносицу. Вздохнул.
— Ладно, у меня для тебя задание. Найди этого курьера и узнай откуда письмо и кто передал.
Напарник кивнул.
— А с этим что?
— Расшифруем, а там видно будет. Не хочется признавать, но похоже это пока единственная зацепка по нашему делу.
Он бросил записку на стол посланием вверх. В ней было лишь несколько строк.
*«В месте, где весна вечно в поле живет,
Ищи Эмбер Стивенс, тебя она ждет,
Приди, помоги, от опасности скрой,
И схватишь того, кто нарушил покой».*
Дрейк перечитал сообщение и нахмурился.
— Писал будто восьмилетний ребенок для школьного поиска сокровищ. Что это вообще значит?
— А ты хотел, чтобы тебе прислали криптекс с тайными знаниями внутри? Простая загадка с указанием объекта, места назначения и ожидаемой награды. Цель зашифровать так, чтобы никто не отгадал явно не стояло. Но кому надо поймет, остальные подумают, так же как ты.
Напарник пожал плечами, никак более не комментируя. Брайс открыл браузер и вызвал на экран карту.
- Ладно, давай и мы мозгами пораскинем пока мой эксперт ищет информацию...
Грейс-Хилл, Нью-Йорк
Кристина буквально дымилась от злости. Да что он несёт? Как он может?! В голове до сих пор звучали его слова: «Да. Мне жаль». Холодные, абсолютно лишенные эмоций. Девушка вспомнила, как на место удивлению пришла ярость. Кровь бросилась в лицо. Она видела горькую усмешку на его губах и это стало последней каплей. Кристина схватила сумку и вылетела из дома Ричарда.
Снова. Это происходит снова! Только она решит, что с дядей можно найти общий язык, как он тут же выкидывает очередной фортель! У него дочь пропала, ему помощь нужна, а он опускается до гнусного шантажа с домом. И ведь знает, куда бить. Знает, что она ни за что не расстанется с этим домом. Туда-то Кристина как раз и решила сейчас поехать. В дом, где прошло ее счастливое детство и юность. Она надеялась успокоиться за время поездки. Прийти в себя.
После смерти отца она переехала в город и в особняке появлялась очень редко. Каждый уголок дома навевал воспоминания, очень болезненные несмотря на то, что прошло уже столько лет со смерти отца.
Двигаясь сейчас по пригороду, Кристина вспоминала дни своего детства. Вон школа, куда родителей вызывали чуть ли не каждую неделю — за драки. Задира Стрэнтон, как ее порой называли одноклассники, по любому поводу имела свою точку зрения и яростно отстаивала свою позицию. Отсюда и стычки. В основном с мальчиками, но и девочки тоже попадали под горячую руку. Например, признанная школьная звезда Валери. Она почему-то решила, что невысокая, хрупкая девочка станет легкой добычей, но быстро убедилась в обратном. Кристина усмехнулась, вспоминая их яростные пикировки. Сколько раз она сидела с родителями в кабинете директора и метала убийственные взгляды в сторону противника. В конце концов Валери признала в Кристине равную и не трогала ее до самого выпуска. С тех пор бывшие враждующие одноклассницы изредка общались, весело вспоминая былое.
Девушка остановилась на светофоре. Впереди виднелся парк. Сколько радостных моментов было связано с этим местом — субботние пикники с родителями, игры с друзьями — когда парк на какое-то время становился непроходимыми джунглями, а они отважными исследователями, сюда можно было сбежать будто от всего мира, побыть в одиночестве, помечтать или погрустить. Светофор переключился на зеленый. Кристина повернула направо и поехала по улице, которая должна была привести ее к дому. За окном мелькнула пекарня, куда она любила забегать после школы. Ей нравился запах свежей выпечки, ванили и шоколада. Это было её место силы. Пекарней владела чета Паркер. Миссис Паркер выпекала хлеб и другую сдобу и встречала покупателей, а мистер Паркер занимался административной работой. Кристине нравилась эта пожилая пара — всегда приветливые, внимательные. С ними можно было поделиться своими переживаниями, любой мелочью, и они не отмахивались от нее — искренне сочувствовали, угощали ароматным шоколадом, и мистер Паркер помогал с домашним заданием. Своих детей у пары не было, и они с удовольствием возились с чужими. Но именно с Кристиной у них сложились крепкие отношения, которые длились вот уже много лет. Виделись они не часто, но находили время общаться. Не так давно Аделия и Дональд освоили интернет, а когда девушка бывала неподалеку, она обязательно заезжала повидаться. Поэтому сейчас, несмотря на то что она была в смятении после разговора с дядей, Кристина все же решила остановиться и забежать к друзьям.
Она открыла дверь пекарни, звякнул колокольчик и навстречу ей устремились такие знакомые и родные запахи. Кристина замерла на пороге, вдыхая полной грудью. Ее накрыло волной ностальгии. Вот она забегает за булочками с корицей по дороге из школы домой - ей так не терпелось порадовать родителей любимой сдобой. А вот девочка входит в дверь, расстроенная двойкой по математике - переволновалась у доски и не смогла решить задачу - Аделия тогда утешала ее очень большой кружкой горячего шоколада. Каждый из этих моментов был по-своему ценен для девушки. Моменты детства и беззаботности. С легкой грустью Кристина прошла дальше в помещение.
На звук колокольчика выглянула сама хозяйка, готовая обслужить покупателя, вгляделась в лицо вошедшего и радостно ахнула.
— Кристина, детка!
Миссис Паркер заключила девушку в объятия. Затем отстранила от себя, еще раз внимательно оглядела, слегка прищурившись, кивнула самой себе и пошла на кухню. На ее губах мелькнула понимающая улыбка. Кристина проводила подругу теплым взглядом, а затем прошла к своему любимому столику. Он стоял у стены и сидя за ним можно было смотреть в окно и разглядывать прохожих.
Аделия вернулась, неся в руках чашку горячего шоколада и кусочек пирога с вишней, поставила перед Кристиной и устроилась напротив. Девушка вдохнула ароматы, такие родные с детства и на миг снова перенеслась в то время. Аделия взяла Кристину за руку, слегка сжала.
— Детка, как же я рада видеть тебя! Интернет — это конечно хорошо, но живое общение мне ничто не заменит, кто бы что ни говорил.
Девушка засмеялась. Она скучала по таким вот посиделкам - с кусочком пирога, шоколадом и душевными разговорами.
— У тебя что-то случилось? Как мама? Что-то с ней?
Кристина сделала большой глоток шоколада, зажмурилась на мгновение от удовольствия и затем качнула головой.
— Нет-нет, с мамой все отлично! Она живёт полной жизнью и останавливаться не собирается. Ну знаешь, спорт, любимый сад, книжный клуб, уроки испанского. Или это было на прошлой неделе? Возможно, теперь это китайский. – Кристина улыбнулась и тут же посерьезнела. – Нет, дело в другом. Встречалась сегодня с дядей. Закончилось не очень.
— Ричард Стрэнтон как всегда в своем репертуаре. Вот не пойму: твой дед Леопольд в детстве его то ли мало любил, то ли мало лупил. Хотя твой-то отец вырос в отличного мужчину. – Аделия вздохнула и тише уже добавила. – Жаль его уже нет с нами.
— Да, жаль. - прошептала девушка.
Повисла пауза и Кристина поспешила сменить болезненную тему.
— Что мы все обо мне? Как у вас идут дела? Как в городе? Молли Трент до сих пор предсказывает погоду коленями?
— Не то слово! На прошлой неделе...
За беседой и добрыми подшучиваниями время прошло незаметно и Кристина стала вскоре прощаться. Она хотела разобрать какую-то часть документов сегодня. Аделия собрала ей выпечку с собой, и девушка весело фыркнула:
— Кристофер снова будет ворчать, что я приношу еду с собой и не ценю его стряпню.
Аделия выгнула бровь.
— Этот старый ворчун всё отказывается уходить на покой? Передавай ему привет.
— Непременно. Ты же знаешь, ему будет приятно.
Кристина вышла за дверь, вдохнула прохладный воздух, помахала Аделии и села в машину. До дома осталось совсем немного. Улица заканчивалась тупичком и разворачивалась. В конце этого тупичка и стоял их дом. Изначально по замыслу рядом с их домом планировалось еще два, но на этапе строительства семья Стрэнтон выкупила соседние участки и разбила небольшие скверы. Поэтому сейчас дом был окружен деревьями, а в парковую зону мог приходить любой желающий. А сегодня вот выяснилось, что дом все это время им не принадлежал.
Наконец Кристина свернула на подъездную дорожку к дому. Ее ждали. В подтверждение этому дверь гаража медленно поползла вверх, как бы приглашая заехать внутрь. Кристина так и поступила. Затем через внутреннюю дверь прошла в дом. Там ее встречал Кристофер.
— Мисс Стрэнтон, здравствуйте! Весьма рад снова увидеть Вас!
В груди Кристины разлилось тепло, и она чуть было не бросилась обнимать старого управляющего, но не стала, помня о его сдержанности. Все ее детство он был рядом, приглядывал за ней, а ей нравилось крутиться рядом. Он что-то делал по дому, а она ходила за ним и задавала, наверное, миллион вопросов — «Кристофер почему это так, а почему это вот так», и мужчина терпеливо отвечал. Иногда отец со смехом спрашивал управляющего не надоела ли ему маленькая Почемучка. Тот смотрел на Кристину и под сурово сдвинутыми бровями лукаво смеялись глаза. Она любила старика и знала, что несмотря на всю напускную сдержанность, у него большое сердце. Сейчас же Кристина ответила в тон управляющему:
— Я тоже рада видеть тебя, Кристофер.
— О Вашем приезде мне сообщил мистер Донелли. Я подготовил Вашу спальню если вы захотите остаться.
— Ох, спасибо. Впрочем, лягу ли я сегодня, не знаю. Хочу поискать кое-что в бумагах отца. Ключ от кабинета ведь все еще у тебя?
Управляющий кивнул, отцепил ключ от связки и протянул Кристине. Она взяла ключ и неуверенно посмотрела на него. Кристофер кивнул уже понимающе, сжал ее плечо и слегка подтолкнул к кабинету Дэвида. Прежде чем войти девушка оглянулась на мужчину. В его глазах мелькнула печаль, затем он пожелал ей приятного дня и ушел к себе.
Она еще немного постояла у двери в кабинет, набрала воздуха в легкие как перед прыжком в воду и открыла дверь. Зашла, стараясь ступать осторожно — будто могла кого-то потревожить. Прошла к столу и зажгла лампу. Мягкий свет залил комнату. Кристина огляделась. После смерти отца никто не заходил сюда, ничего не тронуто. Даже ручка так и лежит на столе, забытая. На глаза навернулись слезы. О, папа! Прошло пять лет, но рана не заживала. Да и кто сказал, что время лечит? Жизнь продолжается, идет своим чередом, но боль от потери любимого человека все равно остается. Притупляется со временем, да, но не исчезает совсем. По щекам покатились слезинки...
«Мне тебя так не хватает! Почему ты покинул меня? Что произошло?».
Вопросы. Только вопросы. Без ответов.
Она прошлась по кабинету, трогая его вещи, которые так и не убрали. Никто не решился. Оставили все на местах. Своеобразный музей памяти, который было больно посещать. Уютный плед на диване, под который она так любила забираться и читать в кабинете отца несмотря на то, что в доме была отдельная библиотека. Папа специально хранил здесь для нее книги. Знал, что дочь все равно прибежит к нему, заберется на диван с ногами и погрузиться в книжные миры пока он работает. Слезы застилали глаза, но она не пыталась их остановить. Продолжала ненадолго задерживаться кончиками пальцев на памятных вещах. Семейные фотографии на стенах, отражающие самые светлые моменты их жизни. Печатная машинка. Папа любил печатать именно на ней, посмеиваясь над собственной причудой. Она помнила, что в ней западала буква Е.
Девушка вздохнула. Пора возвращаться к тому, зачем она пришла пока эта экскурсия по уголкам памяти окончательно ее не разрушила.
Отдышавшись, Кристина решила осмотреться тщательнее. Она открыла шкаф с документами и пробежалась по названиям папок. Отец содержал свои дела в образцовом порядке, нужный документ всегда было легко найти, но сейчас Кристина не видела нужную папку. На полках были собраны все дела отца за годы его деятельности. Папки с делом Элисон не было. А была ли она вообще? Если отец помогал Элисон не в рамках очередного расследования плюс сама история была необычная, то вряд ли документы хранились бы здесь. Кристина знала, что если отец не хотел, чтобы что-то нашли, то никто не найдет. Уж прятать вещи он умел. Но сдаваться она не собиралась и решила осмотреть все тщательнее — возможно найдутся зацепки. Начать решила со стола. Подергала ящики — открыты все, кроме среднего. В общей связке этого ключа быть не могло, в вещах отца никакого ключа не находили. Быть может, ключ спрятан где-то в кабинете, под рукой. Кристина попробовала поворачивать ручку-кольцо на ящике — возможно это своего рода замок, но нет. Прошлась по периметру крышки стола — нет ли выдвижных тайников. Тоже тщетно. Проверила стоящие на полках книги в поисках фальшивой - потратила на это кучу времени, наглоталась пыли — ничего не нашла.
Стоя посреди кабинета, Кристина поворачивалась вокруг своей оси прикидывала куда еще заглянуть. Взгляд остановился на лампе. У нее было массивное основание — можно спрятать там. Кристина подошла к лампе, наклонилась к ней и оглушительно чихнула — пыль от книг сделала свое дело. Чихая, Кристина неловко взмахнула рукой, и стоящий на отцовском столе мраморный лев полетел на пол. Девушка подхватила его и сразу же налетело воспоминание...
*Кристине 10 лет. Она в кабинете отца, выбирает очередную книгу для чтения. У отца шикарная библиотека и девочке нравится приходить сюда.
— Папа, что ты думаешь об этой книге?
Кристина кладет перед отцом “Убить пересмешника” Харпер Ли.
— Отличный выбор. Уверен, тебе понравится.
Кристина довольно кивает, забирает книгу, неловко поворачивается и сбивает со стола бюст льва, но успевает поймать его.
— Ого, какой тяжелый! - восклицает Кристина и виновато смотрит на отца. — Прости, я не специально...
— Ничего, милая. Разбив его, мы бы разве что маму потревожили грохотом.
Кристина рассматривает фигуру льва:
— Разве он не ценный?
— Исторической ценности он не представляет. Если только семейную. Это подарок дяди Ричарда...*
Кристина очнулась от воспоминания и задумчиво посмотрела на фигурку льва. Подарок дяди Ричарда, значит....А затем с силой швырнула льва об пол и вышла из кабинета.