Кабинет информатики после уроков пах пылью и перегретыми процессорами. Солнце пробивалось сквозь жалюзи, рисуя на полу полосатые узоры. Где-то в глубине кабинета монотонно гудел старый системный блок. За окном кричали первоклассники, но здесь, на третьем этаже, их было едва слышно.
Алиса стояла у двери и уговаривала себя войти.
"Это просто человек. Просто тупой школьник, который считает себя смешным. Ничего особенного. Сейчас я открою дверь, и там будет сидеть какой-нибудь Дэн. Или Кира. Или кто-то из параллельного класса. Я посмотрю ему в лицо. Я скажу ему все, что думаю и пойду домой с легким сердцем".
Сердце колотилось где-то в горле. Ладони вспотели. Алиса вытерла их о джинсы, глубоко вздохнула и решительно толкнула дверь.
За учительским столом, ссутулившись над клавиатурой, сидела Лиза.
Ее самая лучшая подруга.
На миг Алиса даже подумала, что ошиблась кабинетом. Или что Лиза тоже пришла сюда зачем-то.
"Может, распечатать реферат пришла. Или ждет кого-то".
— О, привет! — Лиза подняла голову и улыбнулась.
Улыбнулась той самой улыбкой, от которой у всех вокруг теплело на душе. Ее светлые волосы были собраны в небрежный пучок, на носу сидели очки в тонкой золотистой оправе. Выглядела она как иллюстрация к слову "солнышко".
— Привет.
— Ты чего здесь? Мы вроде не договаривались...
— Это ты. — сказала Алиса.
Голос ее прозвучал глухо, будто из-под одеяла.
— Что — я? — Лиза моргнула. — Алис, ты какая-то странная сегодня. Садись, рассказывай. Опять Макс что-то отчебучил? Я слышала про столовую. Вся школа гудит как пчелиный улей. Говорят, он был похож на клубничный торт. Это правда?
— SchoolHellMemes. — произнесла Алиса. — Это ты.
И положила телефон на стол.
"Завтра после уроков, кабинет информатики. Приходи одна. Будет весело. Обещаю, ты удивишься". — светилось сообщение на экране.
Лиза посмотрела на экран. Потом на Алису. Потом снова на экран. Улыбка медленно сползла с ее лица, как подтаявшее мороженое с палочки. Она открыла рот. Закрыла. Сняла очки и потерла переносицу. Этот жест был знаком Алисе сто лет. Лиза так делала всегда, если нервничала.
— Откуда... — начала Лиза и осеклась. Плечи опустились. — Ну да. Я же сама тебя позвала. И зачем же я тебя позвала? Вот же я дура. Полная дура.
Алиса не двигалась. Она стояла в дверях, сжимая лямку рюкзака так сильно, что костяшки побелели. Она ждала оправданий, объяснений, лепета какого-то, пусть и жалкого... Ждала, что Лиза скажет:
"Это не то, что ты думаешь", или "Аккаунт взломали", или хотя бы "Я могу все объяснить".
Но Лиза просто закрыла ноутбук и уставилась в стол.
— Три недели. — сказала Алиса. — Три недели ты выкладывала мои рисунки и поливала их грязью. Мои рисунки, Лиза. Ты знаешь, сколько я сидела над каждым? Ты ведь знаешь, что для меня это значит. Ты сидела у меня дома, ты видела, как я рисую... А потом шла домой и пририсовывала моим персонажам усы. Так?
Голос все еще был глухим, но внутри закипала ярость.
— Я не хотела... — начала Лиза, но Алиса перебила.
— Чего ты не хотела? Не хотела, чтобы я узнала? Или же не хотела, чтобы твои подписчики думали, что ты нормальный человек?
— Ты не понимаешь, я хотела помочь! — Лиза вскинула голову.
Ее глаза блестели, но слезы пока еще держались на ресницах, дрожали и переливались.
— Своеобразное у тебя понимание помощи.
— Я хотела помочь тебе, Алис. Правда. Это звучит идиотски, но я правда этого хотела.
— Помочь? — Алиса наконец отошла от двери и села на край парты. — Объясни. Объясни мне, каким образом вот это, — она ткнула пальцем в экран телефона. — должно было мне помочь?
Лиза глубоко вздохнула. Сняла очки совсем, положила их на стол, потерла глаза. Потом заговорила. Заговорила быстро, сбивчиво, будто словно плотину прорвало.
— Твой аккаунт, Алис. У тебя было триста подписчиков. Жалкие три сотни.
— И пусть. Триста, но мои.
— Ты рисуешь офигенные вещи, а о тебе никто не знает. Я пыталась сказать, но ты не слушала. Я пыталась заставить тебя выложить что-то в популярные паблики, но ты лишь говорила: "Кому надо, сами найдут". Я предлагала написать блогерам, сделать рекламу, завести ТикТок — ты всегда отмахивалась. Что ты говорила? Помнишь? Я наромню: "Я просто хочу рисовать, а не заниматься маркетингом". Но так это не работает, Алис. Не работает!
Алиса молчала.
— Я сидела и смотрела, как твои реально крутые рисунки, которые могли бы висеть в галереях или печататься в журналах, — набирают по двадцать лайков. — Лиза продолжала говорить быстрее и быстрее. — А какой-нибудь школьник, который рисует палки с глазами, набирает тысячи, потому что у него папа купил рекламу. Это несправедливо! Я злилась. Я хотела что-то сделать. И я придумала...
— Мемницу. — закончила Алиса.
— Да. Мемницу. — Лиза всхлипнула. — Я решила, что хейт это самое вирусное, что есть в интернете. Я беру твои рисунки, делаю из них мемы, они расходятся, все обращают внимание на оригинал... Типа скандал вокруг имени.
— А потом что, ты не подумала?
— А потом, когда набираем аудиторию, я красиво раскрываю личность. Говорю типа, смотрите, это была я, а вот настоящий художник, которого я на самом деле обожаю. Двойной успех. Я продумала все, кроме...
— Кроме чего?
— Кроме того, что это подло. — Лиза закрыла лицо ладонями, плечи затряслись. — Я поняла это на второй неделе. Когда увидела комментарии. Там были не просто "ору" или "жиза". Там были люди, которые писали — "Убей себя, чудиха". И я сидела, читала это и понимала, что это я их натравила на тебя. Я, а не кто-то другой. Я хотела помочь, а получилось... вот это.
В кабинете повисла тишина. Слышно было только, как гудит старый системный блок, да где-то вдалеке сторож гремит ключами.
Алиса смотрела на подругу, с которой она дружила с пятого класса. Которая приносила ей мандарины, когда Алиса болела. Которая сидела с ней до ночи, помогая раскрашивать комикс для городского конкурса. Она была единственным человеком в школе, не считавшим ее странной.
И эта Лиза три недели вела аккаунт, который безжалостно травил ее. Травил методично, талантливо, с каждым днем все злее и изощреннее.
— Почему именно мои рисунки? — спросила Алиса. — Почему не кого-нибудь еще?
— Потому что ты моя лучшая подруга. — Лиза подняла заплаканное лицо. — И я думала, что так будет честно. Типа ты участник процесса, а не жертва. Я думала, ты оценишь юмор, когда узнаешь. Что мы вместе посмеемся и придумаем, как на этом заработать. — Лиза замолчала. — Это звучит как речь суперзлодея, да? — добавила тихо.
— Это звучит как речь человека, который сам никогда не был объектом травли. — ответила Алиса. — Ты хоть понимаешь, каково это открыть свой профиль и увидеть, что твои рисунки, в которые ты вкладывала душу, стали посмешищем для двух тысяч человек?
— Понимаю. — прошептала Лиза. — Теперь понимаю.
— Теперь? Спустя три недели?
Лиза опустила голову. Слезы наконец потекли. Не театральные, а настоящие, некрасивые и размазывающие косметику.
— Но есть одна проблема. — сказала Алиса после долгой паузы. — Администрация "Рисовача" прислала мне приглашение на "Дуэт мечты". Ты знаешь, что это?
Лиза подняла глаза. В них мелькнуло узнавание.
— Тот самый баттл? С призом от "ArtLab?"
— Именно. Тот самый, где нужно выступить в паре с человеком, который вдохновляет тебя на творчество. Они хотят, чтобы я вышла на сцену... с тобой.
— Со мной? — Лиза побледнела.
— С мемницей. С моим хейтером. С человеком, который три недели превращал мою жизнь в ад. Мы должны выйти вместе и сделать совместный номер. Тема баттла — "Враг или муза?". Иронию не улавливаешь?
— Алиса... — Лиза прижала руки к груди. — Это же "ArtLab". Это твоя мечта.
— И для этого я должна выйти на сцену с человеком, который методично уничтожал меня. — Алиса слезла с парты и прошлась по кабинету. — Сперва я думала, что не смогу. Думала, что удалю приглашение и забуду. А потом я поняла еще кое-что.
— Что?
— Ты не единственный мой враг. — Алиса остановилась и повернулась к Лизе. — Есть еще Макс Королев.
— Макс? Он-то здесь при чем?
— Ты сама сказала вчера. Он снимал для тебя фотографии. Ты попросила и он снял. А теперь скажи, Макс знает зачем тебе эти фотографии?
Лиза отвела глаза.
— Нет. Не знает. Я сказала ему, что собираю материал для школьной газеты. Что-то про "смешные моменты из жизни учащихся". Он согласился, потому что... ну, ты знаешь.
— Потому что он влюблен в тебя.
Лиза так покраснела так, что это было заметно даже в полумраке кабинета.
— Откуда ты...
— Ты сама вчера сказала. Когда я спросила, с чего он согласился снимать для тебя фото. Что ты ответила?
— Что для меня, он что угодно сделать готов.
— И ты сразу замолчала. И покраснела. Я же не полная дура. Умею складывать два и два.
— Это не точно. — пролепетала Лиза. — Просто... смотрит иногда. И на тренировках всегда оборачивается, когда я мимо прохожу. И однажды проводил до дома, сказал, что ему "по пути", хотя живет совсем в другой стороне...
— Лиза. — Алиса села обратно на парту и посмотрела подруге прямо в глаза. — Макс Королев в тебя влюблен. Капитан футбольной команды, король идиотов, мем ходячий — влюблен в мою лучшую подругу. Да и ты, судя по тому, как сейчас краснеешь, тоже к нему дышишь неровно.
— Я не...
— Врешь. Ты врешь так же плохо, как рисуешь лошадей. Помнишь, в пятом классе ты нарисовала лошадь, но она почему-то была больше похожа на диван?
— Та лошадь была прекрасна! — возмутилась Лиза.
И замолкла, осознав, что только что подтвердила и все остальное.
Молчали обе. Где-то в коридоре хлопнула дверь. Сторож закончил обход и возвращался в свою каморку к своему телевизору и кроссвордам. Пора было уходить, школу вот-вот могли закрыть совсем.
— Значит, так. — сказала Алиса, вставая. — Расклад такой. Ты — мой тайный хейтер, который на самом деле хотел помочь, но получилось... как всегда, через одно место. Макс — твой тайный воздыхатель, который так же является и мои врагом. Я — жертва всеобщего заговора, которая хочет выиграть конкурс. Я ничего не упустила?
— Ну... в целом все верно.
— Тогда слушай план. На баттл мы выходим не с тобой. Со мной на сцену идет Макс.
— Макс?! — Лиза подскочила. — Но он же не умеет рисовать! Он даже сосиску к рюкзаку нормально привязать не смог!
— А ему и не нужно рисовать. Он выйдет как мой враг. Официальный, публичный, признанный всей школой. Кто, по мнению всех, главный мучитель Алисы Рябининой? Каждый подтвердит, что Макс Королев. Кто устраивает подколы в столовой? Снова Макс Королев. Кто снимал фото для мемницы? Опять-таки Макс Королев. О том, что мемницу ведешь ты, никто не подозревает. И не узнает никогда.
— Почему?
— Потому что если ты выйдешь на сцену как хейтер, тебе придется публично признаться. А это — репутация, косые взгляды и шепот за спиной, родители на ковре у директора. Тебе это надо?
Лиза задумалась. Потом медленно покачала головой.
— Вот именно. Потому Макс просто идеальная ширма. Он согласится, потому что меня есть чем его мотивировать.
— Видео с голубями?
— И не только.
Уточнять Алиса не стала. Дислексия Макса была козырем, который она не хотела раскрывать даже Лизе.
— А что я буду делать? — спросила Лиза.
— Ты будешь и сценаристом и режиссером в одном лице. Ты придумываешь номер, ты его ставишь, ты рулишь всем процессом. Но остаешься в тени. Без тебя ничего не получится. Ты же у нас мастер вирусного контента. Вот и придумай, как превратить нашу вражду с Максом в шоу, которое порвет зал.
— А если он не согласится?
— Согласится. Я умею убеждать. А еще, — сделала паузу. — у него появится официальный повод проводить время с тобой. Репетиции, обсуждения, подготовка. Ты будешь рядом. Он будет рядом. Никаких "случайных" встреч у стадиона, никаких "мне просто по пути". Все легально, но под моим контролем.
Лиза смотрела на Алису с выражением, в котором смешались ужас, восхищение и что-то похожее на надежду.
— Ты это серьезно?
— Серьезней некуда. У нас четыре дня до пятницы. Завтра я иду вербовать Макса. А послезавтра уже первая репетиция. К этому времени, надеюсь, набросаешь сценарий. И, Лиза...
— Да?
— Аккаунт. Ты его удалишь. После баттла. Без вариантов.
— Да.. — Лиза кивнула. — Конечно. Я и сама хотела. Я не могу больше... Каждую ночь просыпалась и думала: "Зачем я это делаю?" А утром открывала статистику, видела лайки, и...
— Лайки это наркотик. — сказала Алиса. — Я знаю. Но есть вещи поважнее лайков.
Она взяла телефон со стола и направилась к двери.
— Алиса! — окликнула Лиза.
— Что?
— Ты меня ненавидишь?
Алиса остановилась у порога. За дверью гудел пустой коридор, пахло школьной пылью и мелом. Где-то далеко, на первом этаже, сторож включил свой телевизор.
— Не знаю. — честно. — Я хочу тебя ненавидеть. И для этого у меня есть все основания. Но пока я просто... я просто не знаю. Сейчас у меня задача поважнее. Баттл. Я буду решать ее. А с остальным разберусь потом. После пятницы.
— Это честно. — тихо сказала Лиза.
— И еще. — Алиса обернулась. — Когда я сказала про Макса... про то, что ты к нему неровно дышишь... Ты правда в него?
Лиза долго молчала. Потом едва заметно кивнула.
— Тогда у нас двойная мотивация. — Алиса впервые за весь разговор улыбнулась. — Ты поможешь мне выиграть баттл. А я помогу разобраться с твоими чувствами. Идет?
— Идет. — выдохнула Лиза. — Алис... спасибо.
— Не благодари раньше времени. Я еще не решила, прощу ли тебя. Но одно могу обещать точно.
— Что?
— Если ты еще хоть раз, хоть пальцем, хоть анонимно тронешь мои рисунки, я нарисую тебя в комиксе в роли гигантского прыща с ногами. И это будет самый популярный комикс в истории "Рисовача".
Лиза слабо улыбнулась. Улыбка вышла кривая, заплаканная. Но настоящая.
— Идет.
Алиса вышла в коридор. За окном догорал закат, окрашивая школьные стены в апельсиновый. Где-то вдалеке слышался стук футбольного мяча. Несмотря на поздний час, команда еще тренировалась на стадионе.
И где-то там, среди бегающих фигур, был Макс Королев. Ее враг. Ее потенциальная муза. И, сам того не зная, являлся ключом к ее мечте.
Завтра будет тяжелый день.
Алиса надела наушники, включила панк-рок на полную громкость и зашагала к выходу. У нее было четыре дня, чтобы превратить врага в партнера, а предательство подруги в победу.
Четыре дня это много.
Или же катастрофически мало.