«…Он спускался с озарённых неземным светом небес, навевая всеобщее благоговение и ужас. Кто-то кланялся, другие молились, но не она… Пшеничные волосы облепили выступающие мощные скулы, ниспадая на точёные плечи. Снисходительный взгляд исподлобья не предвещал ничего хорошего для адских псов. Огненный меч в его руках засветился руническими символами, что вызвало удивление у девушки, которая с нетерпением ждала его все эти месяцы. Он не стал бы биться ни за кого и ни за что другое, но его любовь трогать было нельзя. Только не её. Демон вспыхивал в его сердце, лишь только зло касалось души или тела этой обычной земной девушки... »
Я схватила сэндвич с тарелки и, быстро пробегая через кухню, на ходу поцеловала маму в щёку, не отрываясь от раскрытой книги.
— Куда ты опять поскакала? — спросила мама, улыбаясь, — Книгу убери. Споткнёшься!
— Мам, опаздываю, — впопыхах бросила я ей в ответ.
— В школе всё хорошо? — крикнула она мне в след.
— Ага, — буркнула я и выбежала, захлопнув за собой дверь дома.
Не каждый смог бы одновременно жевать сэндвич, надевать джинсовую куртку, держать рюкзак и читать на бегу. Я же давно научилась существовать в двух мирах сразу.
Закинув вещи на пассажирское сиденье старенькой Тойоты, я плюхнулась за руль и доела скромный завтрак уже на месте.
— Надо бы машину помыть, — пробормотала я себе под нос, обхватывая ладонями рулевое колесо. — Ладно, поехали.
Утро выдалось на удивление спокойным. Ученики сновали по двору старшей школы, разбивались на шумные компании, у каждой были свои разговоры, смех и личные тайны. Я по-прежнему не принадлежала ни к одной из них. Парней из футбольной команды нигде не было видно.
«Какое счастье», — подумала я и с облегчением выдохнула, прежде чем войти в школу.
Урок химии сегодня обещал быть особенным. Именно на нём обычно распределяли по командам для важных отчётных лабораторных работ. От этой оценки во многом зависело поступление в колледжи и университеты на нужные мне специальности.
Зайдя в класс, я сразу ощутила всеобщее густое, вполне осязаемое напряжение. Даже Крис сегодня не бросал в мою сторону привычных колкостей. Более того, он вообще не смотрел на меня. Нужно было просто пройти мимо и сесть на своё место.
Я не понимала этой всеобщей паники по поводу предстоящей лабораторной. Как всегда, мне было почти безразлично. Возможно, потому что учёба давалась легко. А может, просто точные науки никогда меня не увлекали, и я изучала их лишь по настоянию родителей, чьи мечты о будущем сильно расходились с моими собственными.
Никто не удивился, когда в класс вошёл высокий, худощавый, слегка прихрамывающий на одну ногу мистер Гиббонс. Жестом он пригласил кого-то войти следом.
На пороге появился стройный молодой человек с длинными светлыми волосами, небрежно завязанными в хвост. В одной руке он держал синюю папку, был чуть ниже учителя, а двигался так, будто только что сошёл с подиума: без пафоса и эмоций, но с ровным и уверенным взглядом.
Я замерла. Мне показалось, что я уже где-то видела его. Так давно, что этот образ почти стёрся из памяти.
«Интересно, кто это? — подумала я, впервые за долгое время по-настоящему заинтересовавшись кем-то из реального мира. — Он явно моего возраста или на два-три года старше».
Неизведанное всегда манило меня. То же самое произошло и сейчас.
«Уши приставить… и вот он», — мелькнуло в голове.
«Но при костюме», — добавила я мысленно, едва заметно улыбнувшись.
— Новенький? — крикнул Крис с привычной ухмылкой, заставив меня поморщиться. — Есть свободное место. Вон там, в углу!
Класс мгновенно загудел: кто-то пытался приструнить футболиста, другие посмеивались за компанию.
— Так! Успокоились! — тихо, но отчётливо произнёс мистер Гиббонс.
Гомон не стих. Странно, но именно сейчас я сидела, выпрямившись, и вслушивалась в каждое слово учителя химии.
— Можете орать дальше, а у меня горло болит, — спокойно продолжил он. — Кто захочет, тот услышит. В общем, так. Вы все знаете, что впереди несколько отчётных лабораторных работ и большой доклад по их результатам.
Мистер Гиббонс указал рукой на стоявшего рядом молодого человека и проговорил по буквам:
— Это мистер Йен Олсен.
— Всем доброго утра, — чуть склонив голову, поздоровался Олсен.
— Запишите: Йен Олсен, — продолжил учитель. — Он будет вашим куратором на предстоящих лабораторных. Университет Южной Каролины любезно выделил его в помощь нашему составу.
— Мистер Олсен будет руководить процессом, — поднял вверх указательный палец Гиббонс. — Но учтите: я не говорил, что он будет делать работу за вас. Отчёт и лабораторные — полностью ваша зона ответственности. От среднего балла зависит, поступите ли вы туда, куда так долго стремились.
«Точно, — подумала я, прикусив кончик ручки. — Особенно моя, которой химия интересна как жирафу стейк».
— Сейчас мы разобьём вас на команды по два человека, — пояснил мистер Гиббонс. — Именно в таком составе вы будете заниматься лабораторными работами оставшиеся три месяца обучения.
— Мистер Олсен, будьте добры, составьте списки. Мне нужно отлучиться на совещание, — учитель похлопал молодого человека по плечу. — Ученики полностью в вашем распоряжении. Действуйте.
С этими словами Гиббонс быстро вышел из класса и направился в сторону кабинета директора.
— Итак… — начал безэмоционально Йен. — Ещё раз здравствуйте. Я буду называть вашу фамилию, а вы говорите, с кем хотели бы работать. Меня можете называть просто Йен.
— Йен, — не поднимая руки, перебил его Крис. — А почему Вы решили стать лаборантом в обычной школе?
— Во-первых, это практическое задание от университета, — ответил молодой человек, присаживаясь на край учительского стола.
— А во-вторых? — не унимался Крис.
— Во-вторых, я сам здесь учился. Всего три года назад окончил эту школу.
— И как Вам наши девчонки? — развернувшись лицом к классу, продолжал подшучивать Крис.
«Спермотоксикоз, не иначе», — мелькнуло у меня в голове. Очень хотелось произнести это вслух, но, как всегда, я промолчала.
— Извините, как Вас зовут? — спросил куратор, складывая руки на груди.
— Извиняю! — заржал парень. — Крис Пэйн.
«Клоун ты, а не Крис Пэйн!» — подумала я, опустив глаза в пол. – «Делаешь ты, а стыдно мне. Почему?»
— Крис, значит. С Вас и начнём, — ловко выкрутился Йен.
Обойдя стол, молодой человек отодвинул учительский стул, сел и положил перед собой чистый лист бумаги.
Куратор не старался нам понравится или произвести впечатление, он произносил речь ровным уверенным спокойном тоном, явно не ставя под сомнения свои слова.
Неожиданно в окно на огромной скорости врезалась небольшая чёрная птица и начала пикировать вниз. Я инстинктивно зажмурилась. Вторым порывом было вскочить и броситься к окну, но птица уже выровняла крылья, взмыла вверх и быстро исчезла за кронами деревьев. Одноклассницы ахнули, хватаясь за сердце, да даже парни на мгновение испугались. Йен лишь провёл птицу пустым взглядом, не проявляя никаких лишних эмоций, будто уже знал наперёд, что с ней дальше произойдёт.
«Какой-то неприятный осадок остался», — подумала я, пытаясь унять бешено колотящееся сердце.
— Всё в порядке. Давайте продолжим, — спокойно вернул внимание класса Олсен.
— С кем бы Вы хотели работать над лабораторными, Крис? — произнёс он, глядя на футболиста особенно пристально.
Настроение Криса мгновенно изменилось. Серьёзным, почти деловым тоном он неожиданно заявил:
— Конечно, с Клэри.
Он сказал это так буднично, словно речь шла о чём-то само собой разумеющемся, при этом откровенно скользнул взглядом по моим ногам.
Инстинктивно я сильно сжала бёдра, будто пыталась защититься от этого. Волна отвращения и жгучего стыда обожгла изнутри. Мне было физически противно от его привычки рассматривать меня так, словно я вещь, которую можно обсуждать, трогать глазами и шутить над ней перед всем классом.
— Фамилия у Клэри есть? — поинтересовался мистер Олсен.
Я переводила растерянный взгляд то на Криса, то на куратора и лишь беззвучно приоткрыла рот.
— Клэри, а ты что скажешь? Фамилия у тебя есть? — подмигнув, Крис перевёл всё внимание класса на меня.
— Я… я… — голос сильно задрожал, а уверенность в себе мгновенно испарилась, стоило ему начать издеваться на глазах у всех.
Крис кивнул мне, вскинув брови в немом вопросе.
Но уже через секунду он откинулся назад и расхохотался, схватившись за живот.
— Ха-ха! Я больше не мог терпеть, простите, братцы!
Парня пробил истерический смех. Сквозь него с трудом прорывались слова:
— Не-е-е, Йен, я пошутил. С этой? Да ни за что. Вдруг она прямо на лабораторной уснёт.
Куратор кашлянул в кулак и отвёл взгляд своих светло-голубых глаз в сторону.
— Я думал, что в выпускном классе всё не так плохо, как оказалось, — тяжело вздохнул он.
Сама не знаю почему, но я невольно посмотрела на Эмета. Тот жестом показал, что не был в курсе этой подставы, резко вскочил и громко выкрикнул:
— Мистер Йен, Крис будет работать со мной. Эмет Куделевски — моё имя.
— Спасибо, Эмет. Присаживайтесь, пожалуйста, — с заметным облегчением произнёс куратор.
Когда весь класс наконец распределили по парам, я, как всегда, осталась одна.
— Если есть вопросы — задавайте, — произнёс Йен, туже затягивая резинку на волосах, и откинулся на спинку стула.
— Йен… Можно нескромный вопрос? — произнесла одна из одноклассниц.
— Слушаю Вас, — без особого интереса, но с уважением откликнулся куратор.
— Думаю, я озвучу то, что волнует всех присутствующих тут девушек, — хихикнула она. — Вы сейчас с кем-нибудь встречаетесь?
— Вопрос действительно некорректный, — спокойно ответил Олсен, так и не дав прямого ответа.
Он вдруг резко указал карандашом в мою сторону:
— Эм-м… Вы.
Я застыла, словно меня пригвоздили к стулу. Не дожидаясь моего ответа, куратор продолжил:
— Что молчите? Вам, как я понимаю, не хватило пары.
Йен провёл ладонью по своему светло-пшеничному хвосту, перекинул его через плечо, на секунду задумался и без сильного энтузиазма произнёс:
— Тогда будете делать лабораторные со мной, а отчёты напишете единолично. Подойдёт такой расклад?
От этих слов мои щёки мгновенно заполыхали. Я лишь молча кивнула, не в силах выдавить ни звука. Дикий стыд и привычная стеснительность снова накрыли меня с головой. Я давно смирилась с тем, что краснею по любому поводу и не умею быстро находить слова, когда на меня смотрит весь класс. Не сказать, что на это не обращала внимания, но давно смирилась со своим характером.
— Тут Вам ничего не светит, не надейтесь, — снова загоготал Крис.
— Слушай, уже лишака! Заткнись, придурок! — возмутилась Ребекка, которая то ли встречалась с ним, то ли только делала вид.
Никто в школе так и не понимал, что у них происходит, но мне, как всегда, было всё равно. Я никогда не находила Криса привлекательным. Ни умом, ни манерами он не блистал. Издевался надо мной при первой же возможности, а я? Я просто не видела в нём героя своего романа, — вот и всё, что нас связывало между собой.
«Зачем вообще выбирают таких парней? Они же сущий ад», — только и мелькало в голове всякий раз, когда звучало имя Криса.
Звонок разрезал напряжение, словно нож сливочное масло. Класс мгновенно загудел, все вскочили со своих мест и начали быстро собираться. Сквозь этот шум прорвался спокойный, чуть низкий, с едва уловимой бархатистой глубиной голос Йена:
— Ну что ж. Приятно было познакомиться. Увидимся в лаборатории через пару дней на первом уроке. Расписание, как я понимаю, осталось там же, где было три года назад.
— До свидания, мистер Олсен! — одна из одноклассниц на ходу махнула ему рукой и кокетливо подмигнула.
«Как они это делают? — подумала я, глядя на неё. — И не стыдно же… В моих книгах всё по-другому. Там девушку любят и добиваются мужчины. А не наоборот».
Зарывшись в своих мыслях, я не заметила, как осталась в классе совершенно одна. Решив, что на улице стоит слишком хорошая погода, чтобы проводить перемену в душных стенах, поспешила выйти наружу, плотно прикрыв за собой дверь. На ходу достала книгу из рюкзака, уже предвкушая долгожданное погружение в нереальную призрачность.
Обычно я уходила подальше от всех, в самый дальний конец школьного двора. Именно там мои мысли и фантазии обретали осязаемую для одной меня реальность. Стоило открыть книгу, строки начинали переплетаться с пением птиц и шелестом листьев, унося наивные надежды далеко за пределы известной нам вселенной.
Это место всегда имело для меня особый, почти сакральный смысл. Огромный старый вяз величественно раскинул свои неухоженные, но невероятно красивые кроны, надёжно укрывая от посторонних глаз. Рядом тихо журчал заброшенный, но всё ещё живой фонтан. Казалось, здесь действительно существовала невидимая магическая защита от злых сил: ни Крис, ни Эмет, ни кто-либо из их компании никогда сюда не заходили. Остальные ученики тоже обходили это укромное место стороной.
Именно здесь я, расстелив свою джинсовую куртку на тёплой благоухающей траве, присаживалась к шершавому стволу древнего дерева и с книгой в руках наконец-то чувствовала себя по-настоящему реальной.
— Мистер Олсен? — удивлённо вырвалось у меня, когда я увидела куратора, сидящего на краю фонтана. — Что Вы здесь делаете?
— Йен, — не поднимая глаз, равнодушно поправил он. — Прошу Вас. И… Могу задать Вам тот же вопрос.
Я пожала плечами, не найдя, что ответить. Вопрос действительно получился странным и не слишком уместным.
— Кирсти, верно? — спросил Йен, неторопливо пережёвывая что-то и запивая чаем.
— Клэр, — тихо поправила я. — Или Клэри, если удобно.
— Да, точно. Прошу прощения.
— Могу присесть рядом? — спросила я, сама не понимая, зачем это делаю.
— Это общественное место. Пожалуйста, садитесь, — ответил он, делая следующий глоток из термоса.
Я стеснительно присела на самый край фонтана. Холодные капельки воды, разбиваясь о каменный бортик, попадали на спину и мгновенно впитывались в тонкую ткань блузки. Приятный контраст тёплого осеннего солнца Южной Каролины и прохладных брызг нежно обволакивал тело, вызывая давно забытое ощущение защищённости, — словно мамина забота в детстве.
Положив книгу на бортик фонтана, я сложила руки на коленях, натянув юбку чуть ниже.
— Любите побыть один? — вдруг вырвалось у меня нечто совсем нескромное.
— Скорее да, чем нет, — ответил Йен после небольшой паузы.
Он уставился в одну точку, будто видел там нечто, недоступное остальным. Светло-серые полупрозрачные глаза, словно отполированный лунный камень, не мигали и казались неестественно ясными. В них отражалось осеннее солнце, но свет этот выглядел чужим, будто пришёл из другого мира. Пара светлых волосинок выбилась из хвоста и парила в воздухе, медленно поблёскивая, точно тончайшие стебли пшеницы.
— Йен, а Вы знаете, что учителей кормят в столовой бесплатно? — почему-то не отлипала от куратора я.
Куратор лишь тихо хмыкнул, даже не повернув головы в мою сторону, поправил выбившуюся прядь и медленно облизал пухлые влажные губы.
— Предпочитаю домашнюю еду.
Я удивлялась себе. Зачем подсела? Зачем начала этот разговор? То ли хотела наладить контакт перед долгой совместной работой, то ли просто искала предлог. Разбираться в людях мне всегда было сложнее, чем в героях книг. Их я понимала до последней мысли, а вот стоявшего передо мной человека — нет.
Почувствовав, что разговор не клеится, и куратор явно не горит желанием продолжать, я поднялась, поправляя юбку.
— Йен, ну, я пойду, — неуверенно потоптавшись на месте после неловкой паузы, выдавила из себя я. — Приятно было пообщаться.
Куратор впервые позволил себе лёгкую, практически отсутствующую улыбку и едва заметно кивнул.
«И зачем я вообще с ним заговорила? Какой-то нелюдимый», — подумала прежде, чем развернуться и уйти.
«М-да, мне ли говорить об интровертности…»
— Клэри, не забудьте… — раздался за спиной голос мужчины.
Я резко обернулась, не скрывая удивления. Йен протягивал мне книгу.
— Ой, спасибо! Совсем из головы вылетело, — смущённо пробормотала я, застенчиво улыбаясь и забирая томик из его рук.
Уже собиралась быстро ретироваться, но не успела: Йен кивнул, взглядом давая понять, что он о книге.
Куратор слегка склонил голову набок, чтобы разглядеть название на обложке.
— Вечные II.
— Интересная?
— Для меня — очень. А за других не скажу. Тем более я не знаю Ваших вкусов, — ответила я, крепко прижимая книгу к груди.
— Фантастика? — продолжал расспрашивать Йен.
— Скорее ответвление. Фэнтези.
— Сказка, то есть? — уголки его губ едва заметно приподнялись.
— Наверное, можно и так назвать, — тихо ответила я.
Скорее всего, моё лицо настолько помрачнело от его слов, что Йен, озадаченно подняв брови, впервые по-настоящему заинтересованно заглянул мне в глаза. Его светлый пронзительный взгляд выворачивал душу наизнанку и будто пробирался внутрь тебя, делая уязвимой даже без слов.
— Любите фантазировать, Клэри? — не долго думая, спросил куратор.
— Наверное, всё-таки люблю читать о фантазиях других. Тогда где-то глубоко в душе я надеюсь, что какая-то доля правды в этих словах есть.
— Романтично… — протянул Йен. — А я вполне земной. Химик. Сказки не для меня. Я люблю фундаментальщину. Никаких фантазий. Всё до жути просто. Зная формулу, ты можешь решить задачу.
— Но это же так скучно, — зачем-то начала спорить я.
— Я не летаю в облаках, Клэри, — очень просто парировал мои слова Йен.
В продолжении диалога я не видела никакого смысла. Очередной человек, который совершенно не сочетался с моими вкусами и взглядами на жизнь. Поэтому решила избежать дальнейших расспросов и очередных нравоучений от того, кто считает себя старше и умнее школьницы. Спешно попрощалась:
— Йен, приятно было пообщаться. Скоро звонок. Так что я, наверное, пойду, — указав большим пальцем себе за спину, закончила разговор на приятной ноте.
— Увидимся, Клэри, — не вставая с бортика фонтана, отрывисто произнёс куратор и снова отвернулся, всматриваясь в даль.
Я побрела по заросшей тропинке к центральным дверям школы, когда позади снова раздался его голос:
— Да, Клэри, ещё хотел Вам посоветовать.
Я развернулась, крепко прижимая к груди самое ценное, что у меня было в жизни — свою свободу.
— Не позволяйте никому шпынять себя. Никто не защитит Вас от той, кем Вы являетесь. Только Вы сама сможете это сделать.
Кивнув, я снова погрузилась в рутину школьной жизни, оставив слова молодого куратора где-то на подкорке своего сознания.