Любовь покачивалась в седле под неумолкающую трескотню Канрика. Он все рассказывал и рассказывал про Салийцер. Рассказывал о ее необыкновенной природе, когда наступает холодное время года, и вся земля из зеленой превращается в белую, а с неба вместо дождя падает снег. Об этом часто рассказывали ему родители. Кстати, его рождение пришлось именно на зиму, как называется это время года. Старший же брат родился весной, когда снег тает, и снова появляется трава. Любовь заинтересовалась этой сменой времен года, ведь здесь их не было. Стояло исключительно лето. Всюду цвели цветы, было тепло, часто наступала жара, но никогда не было холодно. Любови очень хотелось увидеть снег, но, по словам Канрика, сейчас в Салийцере тоже стояло лето.
Во вторую ночь Любови приснился странный сон и опять по воспоминаниям Канрика. На этот раз он был четырехлетним мальчиком, который подбежал к дверям комнаты родителей, но та оказалась запертой. Мальчик позвал маму, но услышал приказание возвращаться в свою комнату. Он не хотел уходить, а лишь притих, слушая разговор. Говорили две женщины на повышенных тонах. Канрик не понимал сути разговора, но спящая Любовь все отлично поняла.
В Салийцере тоже существовали Камни Судеб, способные перемещать сознание человека из одного тела в другое. Они были меньшего размера, чем Дарвезарские. Одним из таких Камней владела родители Канрика. Не будучи магами, они только оберегали его от посторонних магов несколько десятилетий. Только двое простых смертных знали путь к Камню Судьбы и готовы были умереть, но никому не раскрыть тайны. Только они проводили магов в пещеру и выводили оттуда. Подобные меры безопасности устраивали магов Салийцера. Несмотря на это, тайна нахождения Камня была раскрыта. Один из магов сумел подглядеть путь к Камню Судьбы, чего не понял отец Канрика в качестве проводника. Позже маг сам нашел дорогу и похитил Камень Судьбы. Вместе с Камнем маг сумел покинуть Салийцер в направлении Дарвезара. К родителям Канрика немедленно направили мага с приказом найти и вернуть Камень Судьбы. Для всех семья будет похищена для служения магам Дарвезара. Без Камня Судьбы им лучше не возвращаться.
Теперь Любовь узнала правду и поспешила рассказать Канрику, как только они оказались наедине. Воина послали к реке мыться. Любовь отошла подальше от воинов и смогла говорить вслух, не боясь быть застигнутой врасплох. Канрик не сразу поверил ее словам, хотя сам видел сон и назвал его очень реалистичным. Он даже смутно припомнил тот день, когда стоял возле закрытой двери.
— Кажется, тогда мама плакала и умоляла пощадить семью. Гостья была неумолима. Я не успел скрыться в детской, и мама рассердилась, когда они пошли из комнаты. Она извинилась перед той женщиной за мое поведение и пообещала строго наказать меня. Потом велела идти в детскую и оставаться там до ее прихода. Ее глаза сверкали недобро, так что я не посмел возражать, как иногда делал.
Канрик замолчал на несколько секунд, а потом продолжил.
— В тот день я впервые познакомился с розгой, хотя родители не применяли телесных наказаний. Нам просто объясняли наше плохое поведение, как недопустимое впредь. Мы соглашались и обещали больше так не делать. Тогда мама тоже поговорила со мной про мое подслушивание, но сказала, что разговора недостаточно в этот раз. Ее голос был таким печальным, что я крепко ее обнял за шею и сказал, что больше никогда не буду подслушивать. Мама поцеловала меня в лоб и велела лечь на диван, спустив штанишки. Она вышла, пока я исполнял приказание, еще ничего не понимая. Мама вошла с тонким прутиком в руке и подошла ко мне. Ее лицо было сосредоточено. Она взмахнула рукой, а потом резко хлестнула по мне розгой. Я вскрикнул от боли и обиды, что мама решила выпороть меня. Кажется, я даже потянулся ручками к заболевшему месту, но мама велела убрать их и терпеть. Следующие несколько ударов прошли под мои оглушительные вопли и просьбы перестать. Наконец, мама перестала бить и вышла из комнаты, а я долго не мог успокоиться и плакал.
— Удивительно, как подробно ты все помнишь, хотя тебе было всего четыре года.
— Мы отличаемся хорошей памятью. Забытое в раннем детстве может всплыть благодаря какому-то событию, как сейчас с помощью сна.
— Значит, ваша семья была не похищена, а отправилась на поиски Камня Судеб вслед за вором. Однако, не смогли найти его до сих пор. Госпожа Аурика знает об этом похищении?
— Не думаю.
— Почему?
— Она жила в другой части Салийцера и пользовалась другим Камнем Судьбы. Маги не распространяют информацию о своих Камнях, а тем более о похищении.
— Ясно, но я не думаю, что в данном случае следует хранить тайну.
— Что ты хочешь этим сказать? — насторожился Канрик.
— Я пойду и обо всем ей расскажу.
— Так нельзя! — завопил воин. — Ты нарушишь закон Салийцера. Зачем вообще госпоже Аурике о чем-то знать?
— Она общается с магами и может иметь связи. Вы пятнадцать лет ищите Камень Судьбы и никак не нападете на след, потому что являетесь простыми смертными. Вам нужен человек среди магов.
— Вообще-то ты права, — сдался Канрик, — но госпожа Аурика может вовсе не знать о Камнях Судьбы.
— Тогда разговор затянется надолго.
— Ты меня почти убедила. Когда пойдешь? Учти, простым воинам строго запрещено входить в шатер к женщинам.
— Подожду отбоя.
Остаток дня Любовь придумывала разговор с Аурикой до мельчайших деталей. Надо заполучить ее в союзницы. Сначала предстоит доказать, что в теле воина находится сознание женщины. Любовь была уверена, что с этим проблем не возникнет. Женщины немало времени провели вместе. Ей есть что рассказать.
Как только все воины заснули, Любовь, которой было трудно не заснуть после дневного перехода, встала и прокралась к шатру Аурики. Заглянув внутрь, она увидела женщину, сидящую за столиком с облокоченными на него руками и склоненной на них головой. Любовь зашла в шатер. Аурика услышала шаги и подняла голову. В свете свечи глаза ее блестели.
— Воин, что ты здесь делаешь? — нахмурилась Аурика.
— Мне нужно поговорить с вами, госпожа Аурика, — Любовь держалась почтительно, как предписано воину.
— Тебе нельзя здесь находится. Кто тебя послал? В лагере тишина.
— Я должен кое-что немедленно сообщить.
Аурика встала.
— Уходи, пока я не вызвала командира.
— Я не воин, я пленница Любовь, — сказала Любовь.
— Что?! Как ты смеешь называться женщиной? — возмутилась Аурика. — Немедленно уходи. Завтра командир узнает о твоей выходке.
— Вы меня пороли за то, что я отказалась пороть Рийну. Потом я стала послушной, пока не принесли избитую женщину. Нас заперли на целый день без еды. Утром пятерых увели. Откуда мне все это известно?
Аурика слушала, и ее глаза округлялись. Она подошла поближе к Канрику и протянула руку, провела по его руке.
— Как возможно переселить одного человека в тело другого? — прошептала она.
— Под замком есть пещера, где находится Камень Судьбы. Нас отвели туда. Возле Камня уже стояло пятеро воинов. Маг перенес наши сознания в их тела.
— Невероятно! О подобной магии никогда не слышала. Где остальные женщины?
— Умерли. Их сознания не смогли соединиться с телами.
— Ужасно! В голове не укладывается.
Аурика прошлась по шатру, снова остановилась напротив Любови.
— Ты ведь и так считала их казненными, — напомнила та.
— Да, мне именно так и говорили, что все бунтовщицы будут казнены, как всегда. Получается, они живут в телах воинов.
— Да.
— Почему ты решилась обо всем мне рассказать?
— Мне необходима твоя помощь.
— Помощь?
— Канрик сказал мне, что его семья является хранителями Салийцеровского Камня Судьбы, который был похищен и увезен в Дарвезар.
— Погоди, какой Канрик?
— Воин, в теле которого я сейчас нахожусь.
— Его сознание живо?! — удивилась снова Аурика.
— Да, и он общается со мной мысленно.
— И может управлять своим телом?
— Нет.
Аурика пристально посмотрела на Канрика. В ее взгляде читалось сомнение.
— Уверена, что хозяин тела лишился этого?
— Мне еще не приходилось сталкиваться с неповиновением тела, так что не могу судить об этом.
— Надеюсь, что ты права, иначе ему может надоесть такая жизнь.
— Не собираюсь я нас убивать! — возмутился Канрик. — Надеюсь твоя затея удастся, и ты вернешься в свое тело.
— Канрик говорит, что надеется на наше разделение, — передала Любовь.
— Он все слышит? — спросила Аурика уже без удивления. Она начинала понимать случившееся.
— Конечно, слышит.
— И что ты хочешь от меня?
— Ты общаешься с магами. Может, кто-то из ваших знакомых говорил о Камне Судьбы. Знаю, ты ничего не понимала в этом, но любая информация может пригодиться.
Аурика задумалась.
— Однажды к Аншару пришел незнакомый человек и передал на хранение довольно большого размера сундук. Ключ не оставил, чем рассердил мужа. Он даже хотел отказаться от хранения, но деньги повлияли на его решение. С тех пор сундук находится у нас в доме. Маг так и не приходил за ним.
— Раньше этого мага вы видели? — Любовь сразу решила, что в сундуке находится Камень Судьбы.
— Нет, он сказал, что проездом в Дарвезаре.
— Мне нужно вернуться в Солнцев вместе с тобой, — решительно сказала Любовь.
— Но как? Мы же направляемся в Салийцер, — напомнила Аурика.
— Тогда я сбегу одна, а ты дашь мне сопроводительное письмо к Аншару, в котором обо всем расскажешь.
— Думаешь, мой муж тебе станет помогать? Знаешь, что грозит убежавшему воину?
— Знаю, смерть, — спокойно ответила Любовь. — Только я не собираюсь спокойно выполнять приказы чужих командиров, будучи подданой другого государства, будучи магом, а не воином.
— Тебе же нравится быть воином, — напомнил Канрик.
— До сих пор нравилось, пока шло обучение, и я была ближе к Джанару, чем теперь.
— Ты не сможешь переместиться в свое тело на расстоянии, — возразила Аурика. — Пещеру же может открыть только один маг.
— Тогда придется привлечь и его к моему спасению.
— Аншар отправит тебя к Эднару, а тот придумает нечто ужаснее жизни в теле воина, так что советую смирится.
— Как ты смирилась с своей жизнью?
— Я люблю Аншара, — вздохнула Аурика, — а теперь он отпустил меня домой, освободив от медальона.
Аурика отвернулась и закрыла лицо руками. Ее плечи задрожали. Любовь хотела обнять ее, но вспомнила о мужском теле, объятия которого воспринимаются иначе.
— У меня тоже остался любимый человек.
— Знаю, у тебя медальон.
— Зачем согласилась разбить свой и вернуться?
— Если я не вернусь, то моего брата казнят. В Салийцере возможно быть казненным вместо младшего родственника. Пять лет назад брат случайно в драке убил сына мага. Его приговорили к смертной казни с пятилетней отсрочкой, потому что ему не исполнилось восемнадцати лет. Теперь он совершеннолетний и вскоре будет казнен. Я обещала ему умереть вместо него. Эднар понял и отпустил.
— Но ведь смерть случайная, — не поняла Любовь. — Почему мальчика не помиловали?
— Для нас не имеет значения способ убийства. Смерть за смерть не отменима.
— Согласится ли брат на твою жертву? Теперь он взрослый и сам отвечает за себя.
— Нет! — воскликнула Аурика. — Я не позволю ему умереть и успею приехать.
— Неужели, помилования не добиться даже от главного мага?
— Не думаю, — пожала плечами Аурика. — Забудь о моих проблемах. Тебе надо найти Камень Судеб и вернуться в свое тело. Прости, но я ничем не могу помочь.
— Ничего.
Женщины не заметили движения за шатром. Вошел Арлаг. Любовь вытянулась перед командиром. Она вспомнила, что должна скоро заступать на пост. Кто-то из воинов заметил ее отсутствие и доложил командиру. Любовь даже предполагала, кто это мог быть.
— Канрик! — отчеканил командир. — Как ты посмел сюда войти?
— Это я позвала его, — заступилась Аурика.
— Зачем госпоже понадобился простой воин? — почтительно спросил Арлаг. Любовь чуть не рассмеялась его мгновенному изменению тона голоса.
— Он, как и я, родился в Салийцере. Нам было о чем поговорить.
— Странно, раньше вы не выражали желания встречаться с ним.
— Не было необходимости в Дарвезаре общаться.
Командир посмотрел на Канрика.
— Правила одинаковы для всех и за их нарушение следует кара.
— Согласна, командир, — кивнула Аурика, — однако, в пути важен каждый здоровый воин. Не правда ли?
— Совершенно, верно. Канрик, заступай на пост, но прежде поблагодари госпожу за заступничество. Учти, в следующий раз оно тебе не поможет, — Арлаг сверкнул глазами. Уже во второй раз Любовь избежала наказания.
— Благодарю вас, госпожа Аурика, — склонив голову, сказала Любовь.
— Я только объяснила твое присутствие в шатре, — ответила Аурика. — Надеюсь на твое благоразумие.
Стоя на посту, Любовь вскоре услышала крики воина. Она точно угадала того, кто донес на нее. Командир Арлаг решил отыграться на нем. Любовь насчитала не менее двух десятков плетей. Ей не было жаль воина. Он часто становился доносчиком командиру Арлагу по самым незначительным провинностям воинов. Воины считали, что Арлаг сам требовал следить за ними. Теперь он отвечал за свою оплошность перед командиром, чего раньше не было. Любовь надеялась, что впредь воин не будет доносить так часто.
Следующие дни прошли без происшествий. Любовь продолжала думать о похищенном Камне Судьбы, и как к нему добраться. Канрик тоже не мог ничего придумать, кроме встречи с Салийцеровским магом, чтобы обо всем ему рассказать. Только для этого надо покинуть воинский лагерь, что само по себе было трудно сделать. После пересечения границы воинам запретили куда-либо ехать. Дарвезар дал слово Салийцеру и четкие указания командиру Арлагу. Нарушителя ждала неминуемая смерть. Даже Аурика не могла отменить строгий приказ.
— Если нельзя покинуть лагерь, то нужно пригласить мага сюда, — сказала Любовь, в который раз прокручивая в голове планы побега.
— Кто этим займется? — спросил Канрик.
— Разумеется, Аурика.
— Каким образом?
— Ну, она ведь будет встречаться с тем магом, чьего сына случайно убил ее брат.
— Возможно, будет, а, возможно, нет. Ему вовсе не обязательно с ней видеться. Она сразу отправится к палачу.
— Что? Не попрощавшись с братом. Они ведь не виделись два года.
— Разумеется, им дадут проститься. Он еще будет стоять с ней на помосте.
— Зачем?
— Бывает, в последний момент виновник решает сам принять смерть. Так что она может сохранить жизнь.
— Любопытные у вас законы. Что же все-таки нам делать? Когда вернемся в Дарвезар, кому обо всем рассказывать?
— Прежде всего, родителям. Они ведь Хранители Камня Судьбы. Пусть решают, как его вернуть.
— Еще долго до возвращения, — вздохнула Любовь.
— А ты нетерпеливая. Я пятнадцать лет живу там.
— Да, но ты живешь с семьей. Мои же родные далеко.
— Прости, ты права.
Обоим стало грустно. Каждый думал о родной семье, оставшихся друзьях.
— За телом есть какой-то уход? — спросила Любовь.
— Да, маг должен поить тело специальным отваром, чтобы оно не высыхало. Этим занимались мои родители.
— Есть какой-то период, после которого невозможно вернуться обратно? — с тревогой спросила Любовь.
— Не знаю. Не думаю, что есть. Ладно, давай спать. Завтра будем в Салийцере.