Вечер медленно вступал в свои права, а последние солнечные лучи скользили по мраморному полу моих покоев. За окном сад погружался в золотистые сумерки, и лишь голоса слуг, доносившиеся из коридоров, напоминали, что жизнь Цитадели не замирает даже с наступлением ночи.
Я стояла у окна, разглядывая внутренний сад. Днём он, должно быть, казался почти роскошным, но сейчас, в мягком свете заката, я замечала то, чего не увидела при первом знакомстве: листья на некоторых деревьях были покрыты тёмными пятнами, цветы склонили головы, а вода в небольшом фонтане едва двигалась.
Даже здесь, за высокими стенами королевской цитадели, болезнь земли не оставляла никого в покое.
— Вы опять задумались, миледи? — раздался за спиной голос Марты.
Я обернулась. Она стояла возле кровати, держа в руках свежее платье. Её лицо выражало привычную смесь заботы и неодобрения.
— Немного, — ответила я.
— Вы с самого приезда не находите себе покоя. Хотя бы сегодня позвольте себе немного отдохнуть.
— Я не могу позволить себе отдыхать, пока не понимаю, зачем меня сюда привезли.
— Мне кажется, король довольно ясно объяснил, зачем.
Я отвернулась к окну.
— Он объяснил, чего хочет. Но не объяснил, что именно скрывает.
Марта помолчала, затем подошла ближе и осторожно коснулась моего плеча.
— Вы ему не доверяете?
Я посмотрела на неё через отражение в стекле.
— Нет.
Ответ прозвучал слишком быстро, чтобы в нём можно было усомниться.
— И правильно, — тихо произнесла она. — Человек, который начинает знакомство с угрозы войны, вряд ли заслуживает доверия.
Я невольно улыбнулась.
— Вот видишь. А я думала, что ты будешь уговаривать меня быть вежливее.
— Я могу уговаривать вас быть вежливее, миледи. Но не могу уговаривать вас быть глупее.
На этот раз я рассмеялась.
Марта помогла мне одеться. Я выбрала платье глубокого синего оттенка, с тонкой серебряной вышивкой на рукавах и вороте. Оно напоминало мне о доме, о холодных озёрах и высоких соснах Озёрного края. Здесь, среди золота, песка и белого камня, этот цвет казался почти чужим.
Но именно поэтому я и надела его.
Я не собиралась забывать, откуда приехала.
───
Вскоре за мной пришёл дворцовый слуга.
Он провёл меня по длинным коридорам, где под потолком висели тяжёлые светильники, а на стенах красовались полотна с изображениями прежних южных королей. Почти на каждом из них правители были изображены с оружием в руках, в окружении огня и золотых знамён.
Южная корона явно любила напоминать окружающим о своей силе.
У широкого окна я заметила знакомую фигуру.
Кассиан стоял, заложив руки за спину, и разговаривал с мужчиной в тёмно-коричневом одеянии. Тот был старше короля, с аккуратно подстриженными седыми волосами и тонкими чертами лица. На груди мужчины висел знак королевской службы.
Когда мы приблизились, разговор оборвался.
— Ваше Величество, герцогиня прибыла, — доложил слуга.
Кассиан повернул голову.
Его янтарные глаза на мгновение остановились на мне, скользнули по синему платью и вновь встретились с моими.
— Благодарю. Можете идти.
Слуга поклонился и удалился.
— Герцогиня Эвелин фон Вальдбург, — произнёс Кассиан, обращаясь к своему собеседнику. — Мой первый советник по внутренним делам.
Мужчина слегка склонил голову.
— Для меня честь приветствовать вас в Белом Городе, миледи.
— Благодарю.
Он смотрел на меня с вежливым любопытством, но за этой вежливостью я уловила осторожность. Кажется, в этом дворце никто не спешил открывать свои настоящие мысли.
— Советник будет сопровождать вас во время пребывания в столице, — пояснил Кассиан. — Если вам что-то понадобится, можете обращаться к нему.
— Я предпочитаю сама решать, когда мне что-то понадобится.
На лице мужчины мелькнула едва заметная улыбка.
Кассиан же даже не моргнул.
— Как пожелаете, — сухо ответил он.
Советник попрощался и удалился по коридору. Я проводила его взглядом, пока он не скрылся за поворотом.
— Вы всегда окружаете себя людьми, которые так внимательно изучают гостей? — спросила я.
— Только тех, от кого зависит будущее моего королевства.
— Какая честь.
— Не сомневайтесь.
Он развернулся и направился к лестнице.
— Идёмте. Ужин уже подан.
— Я полагала, что мы собирались обсуждать дела сегодня вечером.
— Мы и будем их обсуждать.
Я последовала за ним, стараясь не отставать. Король двигался быстро, словно привык, что окружающие подстраиваются под его шаг.
Что ж, ему придётся привыкать к тому, что я не собираюсь под него подстраиваться.
───
Малый обеденный зал оказался гораздо уютнее главного.
Здесь не было длинного стола на несколько десятков человек и высоких кресел с резными спинками. Лишь небольшой круглый стол, накрытый на двоих, несколько мягких кресел и широкие окна, выходившие во внутренний сад.
На столе уже стояли блюда с мясом, овощами, свежим хлебом и фруктами. В центре находился серебряный кувшин с водой, украшенный тонкой гравировкой.
Кассиан занял место напротив меня.
Его чёрный камзол был расстёгнут у ворота, открывая загорелую шею со старым шрамом. На фоне светлого мрамора он казался ещё темнее, а золотая вышивка на рукавах мерцала при каждом движении.
Я села, аккуратно расправив складки платья.
— Надеюсь, дорога не отняла у вас аппетит, — произнёс он.
— Дорога отняла у меня многое, Ваше Величество. Но аппетит пока остался.
Уголок его губ едва заметно дрогнул.
— Рад это слышать.
Слуги разлили воду и вино, после чего бесшумно покинули зал.
Некоторое время мы ели молча. Я старалась не показывать, насколько непривычной была для меня эта жара. Даже вечером воздух здесь казался тяжёлым, а после долгой дороги я всё ещё чувствовала усталость.
Кассиан, напротив, выглядел совершенно спокойно. Он ел неторопливо, время от времени поглядывая на меня, словно ожидал, когда я сама начну разговор.
Наконец я отложила приборы.
— Вы обещали объяснить, зачем я здесь.
Он положил нож рядом с тарелкой и вытер губы салфеткой.
— Завтра вы встретитесь с придворными магами. Они покажут вам поражённые земли и расскажут, что им удалось выяснить.
— А вы не можете рассказать мне сами?
— Могу. Но предпочитаю, чтобы вы увидели всё собственными глазами.
— Почему?
Кассиан чуть наклонил голову.
— Потому что слова не передают того, что происходит с моей землёй.
Я внимательно посмотрела на него. Впервые за всё время разговора его голос прозвучал не как приказ и не как угроза. В нём появилась тяжесть человека, который слишком долго наблюдал за тем, как рушится то, что он обязан защищать.
Но это ещё ничего не значило.
— И вы уверены, что я смогу вам помочь?
— Я уверен, что ваш дар отличается от всего, что есть на Юге.
— Это не ответ.
— Другого у меня пока нет.
Я медленно провела пальцем по краю бокала.
— А если я не смогу остановить порчу?
Кассиан посмотрел на меня долгим взглядом.
— Тогда мы будем искать другой способ.
— И всё?
— Вы ожидали, что я прикажу казнить вас за неудачу?
— После нашей первой встречи я бы не стала исключать такую возможность.
Он откинулся на спинку кресла.
— Вы слишком много думаете о том, насколько я жесток, герцогиня.
— А вы слишком стараетесь убедить меня в обратном.
На несколько секунд между нами повисла тишина.
Кассиан взял бокал, но пить не стал. Его пальцы медленно скользнули по тонкой ножке стекла.
— Вы приехали сюда не по собственной воле, — наконец произнёс он. — Я это понимаю.
— Радует, что хотя бы это вам известно.
— Но не путайте отсутствие выбора с отсутствием условий.
Я выпрямилась.
— Тогда давайте поговорим о них.
Он поставил бокал на стол.
— Ваше герцогство сохранит свои законы, земли и внутреннее управление. Вы останетесь его правительницей. Ни один южный чиновник не получит права вмешиваться в дела Вальдбурга без вашего согласия.
— А военные гарнизоны?
— Разместятся на ключевых рубежах. Их задача — защищать границы и поддерживать оборону, а не управлять вашими городами.
— Мои советники останутся на своих местах?
Кассиан чуть прищурился.
— Если вы считаете их полезными.
Я заметила, как изменилось его выражение при упоминании советников.
— Это не ответ, Ваше Величество.
— Они останутся под вашей юрисдикцией. Но если кто-то из них решит воспользоваться вашим отсутствием или новым договором ради собственной выгоды, Южная корона не станет закрывать на это глаза.
Я невольно усмехнулась.
— Как великодушно.
— Не стоит благодарности.
Я посмотрела на него внимательнее.
— И что же получает Юг взамен?
— Союз двух корон. Гарантию, что северные земли не станут угрозой для моего королевства. И возможность обратиться к вашей магии, если возникнет необходимость.
— Обратиться — не значит потребовать.
— Я понимаю разницу.
— Надеюсь.
Кассиан медленно провёл большим пальцем по краю бокала.
— Брак сделает этот союз прочнее.
— Или удобнее для вас.
— В политике эти понятия часто совпадают.
— А если я откажусь?
Он не ответил сразу.
За окном ветер шевельнул сухие листья пальмы. Где-то в глубине сада послышался крик птицы.
— Тогда договор не состоится, — произнёс он наконец. — И я буду вынужден искать другие способы обеспечить безопасность Юга.
— Включая войну?
Его янтарные глаза встретились с моими.
— Я не привык оставлять своё королевство без защиты.
— А я не привыкла отдавать его на растерзание ради чужой безопасности.
Кассиан чуть подался вперёд.
— Вы считаете, что я хочу завладеть вашими землями?
— Я считаю, что вы привыкли получать то, что хотите.
— Обычно так и происходит.
— Со мной это не сработает.
На этот раз он улыбнулся. Совсем немного, почти незаметно, но в этой улыбке не было тепла.
— Мы это уже выяснили.
Я поднялась из-за стола.
— Думаю, на сегодня достаточно.
Кассиан не стал меня останавливать. Он лишь проводил взглядом, пока я направлялась к дверям.
— Герцогиня.
Я обернулась.
— Я не предлагал вам романтику.
Я замерла на пороге.
— Не беспокойтесь, Ваше Величество. Я и не рассчитывала на неё.
— Хорошо.
— Но если вы надеетесь, что я стану покорной женой, то вам придётся пересмотреть свои ожидания.
— Я редко пересматриваю решения.
— Тогда вам придётся научиться.
Я вышла, не дожидаясь ответа.
Только оказавшись в коридоре, я позволила себе глубоко выдохнуть.
Этот человек был опасен не только потому, что обладал огромной властью и магией. Он умел заставлять собеседника чувствовать себя так, словно каждый разговор — это очередная партия в игре, правила которой известны только ему.
И я пока не понимала, какую именно игру он затеял.
───
К ночи жара немного спала.
Я долго не могла уснуть и несколько раз подходила к окну. В саду горели небольшие фонари, отбрасывая золотистые круги света на дорожки. Где-то журчала вода, а вдалеке слышались голоса ночной стражи.
Люмену выделили место в самой прохладной части внутреннего сада. Там находился небольшой бассейн, несколько тенистых деревьев и каменная площадка, на которой он мог свободно лежать.
Я накинула лёгкую накидку поверх ночного платья и вышла из покоев.
У дверей меня встретил дворцовый стражник.
— Миледи, вам что-то нужно?
— Я хочу пройти в сад.
— В столь поздний час?
Я остановилась и посмотрела на него.
— Разве в этом есть запрет?
Мужчина замялся.
— Нет, миледи. Но король распорядился, чтобы вы не покидали территорию внутренних покоев без сопровождения.
Я почувствовала, как внутри поднимается раздражение.
— Передайте королю, что я не собираюсь сбегать из его дворца посреди ночи. Мне нужно увидеть своего волка.
Стражник поклонился и отступил в сторону.
— Как прикажете.
Я направилась по коридору, стараясь не шуметь. Вскоре мраморные стены сменились открытыми арками, за которыми начинался сад.
Люмен лежал возле бассейна, положив огромную голову на передние лапы. Услышав мои шаги, он поднялся и встряхнулся. Его жёлтые глаза внимательно изучили меня, а затем он подошёл ближе и ткнулся носом в ладонь.
— Я тоже рада тебя видеть, — прошептала я, поглаживая густую белую шерсть.
Он тихо фыркнул.
— Знаю, тебе здесь не нравится. Потерпи ещё немного, мой хороший.
Я присела рядом с ним. Вода в бассейне была прохладной, и Люмен с удовольствием опустил в неё лапы.
— Посмотри, что они сделали с этим местом, — произнесла я, оглядывая сад. — Даже здесь земля больна.
Люмен поднял голову.
Его внимание привлекло дерево неподалёку. Оно росло в самом дальнем углу сада, у высокой каменной стены. Ствол был толстым, но кора местами почернела, а ветви почти полностью лишились листьев.
Я почувствовала знакомое неприятное покалывание в груди.
Магия.
Но не моя.
Я медленно поднялась.
— Что там, Люмен?
Волк пошёл следом, не отставая ни на шаг.
Чем ближе я подходила к дереву, тем сильнее ощущала исходившую от него боль. Это было похоже на глухой стон, который слышала не ушами, а где-то глубоко внутри.
Я коснулась коры.
Она оказалась холодной.
Слишком холодной для южной ночи.
— Этого не должно быть, — прошептала я.
Под пальцами едва заметно дрогнула магия.
Я закрыла глаза и попыталась почувствовать корни. Обычно природа отзывалась на мой зов легко: стоило лишь протянуть к ней руку, и я ощущала движение соков в стеблях, дыхание листьев, жизнь, скрытую под землёй.
Но сейчас вместо привычного тепла я столкнулась с чем-то чужим.
Тяжёлым.
Пустым.
Я отдёрнула руку, однако ощущение не исчезло.
— Миледи?
Я обернулась. У входа в сад стояла Марта. Она, очевидно, заметила моё отсутствие и отправилась искать меня.
— Всё в порядке, — ответила я.
Марта перевела взгляд на дерево.
— Оно выглядит больным.
— Оно не просто больное.
Я снова повернулась к стволу.
— Здесь что-то глубже. Гораздо глубже.
Я положила обе ладони на кору и позволила магии проснуться.
Сначала ничего не происходило.
Затем между моими пальцами появился слабый зеленовато-золотой свет. Он медленно растёкся по коре, словно тонкие солнечные лучи пробивались сквозь землю. Ветер вокруг стих, а листья на соседних деревьях едва заметно задрожали.
Я почувствовала, как под землёй отзываются корни.
Один за другим.
Словно кто-то очень давно спящий начал просыпаться.
— Эвелин, — тихо позвала Марта.
Я не ответила.
Свет становился ярче. Я направила его глубже, стараясь добраться до самой сердцевины болезни.
И вдруг под землёй что-то шевельнулось.
Не корень.
Не живая сила природы.
Что-то чужое.
Оно словно заметило меня.
В следующий миг из-под коры вырвались тонкие чёрные нити. Они обвили мои запястья, холодные и липкие, будто прикосновение ледяных пальцев.
Я вскрикнула.
Боль пронзила руку и поднялась к плечу. Магия внутри меня дрогнула, свет на мгновение погас.
Люмен бросился вперёд. Его рычание прокатилось по саду, заставив стражников у дальней арки обернуться.
Я попыталась отступить, но чёрные нити сжались сильнее.
Тогда я позволила своей магии вспыхнуть.
Серебристый свет озарил мои глаза. От ладоней пошла волна зеленовато-золотого сияния, смешанного с холодным серебром. Воздух вокруг задрожал, и тёмные нити с треском рассыпались, словно сухие ветви.
Я отшатнулась и едва удержалась на ногах.
Марта подбежала ко мне первой.
— Миледи! Боги, что случилось?!
Она схватила меня за плечи, внимательно осматривая руки.
Я опустила взгляд.
На запястье остался тёмный след — тонкая полоса, похожая на ожог. Кожа вокруг неё побледнела.
— Ничего, — выдохнула я.
— Ничего?! Вы едва не упали!
Люмен стоял передо мной, оскалив клыки и не сводя взгляда с дерева.
Я посмотрела на его напряжённую спину.
— Я в порядке.
— Вы совсем не в порядке, — резко ответила Марта.
И тут за нашей спиной раздался низкий голос:
— Отойдите от дерева.
Я обернулась.
Кассиан стоял у арки, и впервые с момента нашего знакомства на его лице не было привычной холодной уверенности.
Он быстро пересёк дорожку, остановившись рядом со мной. Его взгляд скользнул по моему запястью, затем поднялся к дереву.
— Что вы сделали?
— Пыталась его исцелить.
— Я запретил вам приближаться к поражённым участкам без сопровождения магов.
— Вы ничего мне не запрещали.
Он сжал челюсти.
— Герцогиня, это не игра.
— Поверьте, я уже заметила.
Кассиан протянул руку, словно собирался взять меня за запястье, но остановился, заметив, как я напряглась.
На мгновение его пальцы замерли в воздухе. Затем он опустил руку.
— Покажите.
Я неохотно повернула ладонь.
Он внимательно изучил тёмный след. Его лицо стало ещё мрачнее.
— Оно коснулось вас.
— Да. И, кажется, ему это не понравилось.
— Вам следовало остановиться раньше.
— А вам следовало рассказать мне, что именно происходит с вашей землёй.
Кассиан поднял глаза.
— Вы думаете, я знаю?
— Я думаю, что вы знаете гораздо больше, чем говорите.
Он ничего не ответил.
Вместо этого повернулся к дереву. На его стволе всё ещё виднелись тёмные участки, но у самых корней, там, где недавно прошёл мой свет, пробивался крошечный зелёный росток.
Кассиан заметил его почти сразу.
Он медленно приблизился, присел и коснулся земли рядом с ростком, не задевая его.
— Невозможно, — произнёс он.
Я подошла ближе, несмотря на недовольный взгляд Марты.
— Что именно?
Кассиан поднялся.
— За последние два года ни один маг не смог заставить поражённые растения подать признаки жизни. Мы пробовали очищать землю, сжигать заражённые корни, использовать древние заклинания. Ничего не помогало.
Он снова посмотрел на маленький росток.
— А вы сделали это одним прикосновением.
— Я не уверена, что это можно назвать исцелением.
— Но жизнь вернулась.
— На мгновение.
— Этого достаточно, чтобы понять: ваша магия может воздействовать на порчу.
Я посмотрела на тёмный след на руке.
— Или порча может воздействовать на меня.
Кассиан замолчал.
В его взгляде мелькнуло что-то, чего я раньше не замечала. Не раздражение. Не гнев.
Страх.
Он быстро отвёл глаза, но я успела это увидеть.
— Больше не прикасайтесь к поражённым участкам без меня или придворных магов, — произнёс он.
— Вы снова пытаетесь мне приказывать?
— Я пытаюсь не допустить, чтобы вы погибли в первые же дни пребывания здесь.
— Тогда начните с того, что будете говорить мне правду.
Он долго смотрел на меня.
— Хорошо.
Я не ожидала такого ответа.
— Хорошо? — переспросила я.
— Я не стану хватать вас и удерживать силой. Но вы должны понимать: мы пока не знаем, что именно произошло этой ночью. И я не хочу, чтобы об этом узнали раньше времени.
— Почему?
Кассиан бросил взгляд в сторону арки, где уже собирались встревоженные стражники.
— Потому что я не знаю, кому можно доверять даже среди собственных людей.
Его слова заставили меня насторожиться.
— Вы подозреваете кого-то из своего двора?
— Я подозреваю всех, кто слишком долго задаёт вопросы и слишком мало делает для моего королевства.
Он повернулся к страже.
— Никого не подпускать к этому дереву. Установить охрану. Никто не должен касаться ростка.
Стражники поклонились.
— И ни слова об увиденном, — добавил он. — Это приказ.
Затем Кассиан снова посмотрел на меня.
— Вам нужно вернуться в покои. Позовите лекаря, пусть осмотрит руку.
— Я сама могу определить, насколько серьёзно повреждение.
— Я не спрашивал, можете ли вы.
— А я не просила распоряжаться мной.
На его лице появилось знакомое раздражение. Но на этот раз он сдержался.
— Тогда считайте это просьбой, герцогиня.
Я посмотрела на него, пытаясь понять, что изменилось. Ещё несколько минут назад он был готов отдать приказ и не сомневался, что его выполнят. Теперь же, кажется, впервые осознал, что я не стану подчиняться только потому, что он король.
— Хорошо, — ответила я. — Но завтра я хочу увидеть поражённые земли. И поговорить с вашими магами без недомолвок.
— Завтра вы получите ответы на те вопросы, на которые я смогу ответить.
— Уже лучше.
Я направилась к выходу, придерживая больную руку. Люмен шёл рядом, время от времени поворачивая голову к дереву.
У самой арки я остановилась и обернулась.
Кассиан всё ещё стоял возле почерневшего ствола. Его фигура казалась неподвижной, а золотой свет фонарей ложился на тёмные волосы и плечи.
Он смотрел на крошечный росток так, словно перед ним находилось нечто гораздо более опасное, чем сама порча.
Или нечто, чего он давно ждал.
───
В покоях Марта настояла на том, чтобы я села у окна, пока она осматривала запястье. След был неглубоким, но кожа вокруг него оставалась холодной.
— Мне это совсем не нравится, — пробормотала она, прикладывая прохладную ткань.
— Мне тоже.
— Может быть, нужно позвать лекаря?
— Король уже распорядился.
Марта подняла на меня глаза.
— И вы согласились?
— Не начинай.
Она вздохнула, но спорить не стала.
Я откинулась на спинку кресла и посмотрела на тёмную полосу на коже.
Я приехала сюда ради договора. Ради спасения своего народа от войны. Ради земель, которые не могла позволить себе потерять.
Но теперь всё изменилось.
Выжженная порча была не просто болезнью земли. Она обладала собственной силой, способной замечать чужую магию, отвечать на неё и причинять боль.
И самое странное заключалось в том, что она узнала меня.
Я закрыла глаза, пытаясь вспомнить то мгновение, когда коснулась дерева. На секунду мне показалось, что из глубины земли кто-то ответил на мой зов.
Не словами.
Ощущением.
Будто под толщей мёртвой почвы всё ещё билось огромное, древнее сердце.
Я открыла глаза.
За окном над Цитаделью медленно поднималась луна. В саду, под охраной стражников, оставалось маленькое зелёное растение — первая жизнь, появившаяся на поражённой земле за долгие годы.
Крошечная надежда среди всеобщего увядания.
Я посмотрела на своё запястье.
Если Кассиан действительно не знал, с чем столкнулся, значит, его королевство было в куда большей опасности, чем он позволял себе признать.
А если знал…
Тогда мне предстояло выяснить, почему он так отчаянно нуждался именно во мне.
И какую цену потребует эта земля за своё спасение.