Утром Тея еле разлепила свои глаза, уставившись в потолок. Не разглядев в нем ничего интересного и с сожалением констатировав, что это, видимо, это уже не сон и просыпаться ей придется в любом случае, она стала постепенно приходить в сознание, еще не вставая с кровати. На самом-то деле, было уже ближе к полудню – утром эту пору язык бы не повернулся назвать. Помимо того, что девушки ее круга никогда не торопились с ранья в офис, на фабрику или рынок, равно как и на любую другую работу, а по этой причине вставали отнюдь не с первыми петухами, сама Тея в этот раз уснула далеко за полночь. Хотя прошлые сутки были напряженными и очень насыщенными на события.
Когда она пришла домой, гадая, какова будет встреча, отец, конечно же, не спал. Более того, никто бы не уснул с таким настроем. Говоря проще – он рвал и метал, не находя себе места.
— Тея! Ну наконец! — чуть ли не бросился он к ней, когда девушка переступила порог своего дома. Такое за ним можно было наблюдать очень нечасто.
— Ох, папочка, извини, что припозднилась, — проворковала Тея в ответ, состроив невинное личико. — Все в порядке, со мной все хорошо. Но я очень, очень устала.
Бургомистр взмахнул руками в стороны и замотал головой, вздыхая. В то же время он пристально разглядывал дочку, ни разу не моргнув. И когда, наконец, убедился, что с ней и правда полный порядок, лицо его стало меняться. Губы напряглись, щеки побагровели, а взгляд превратился в неотрывный луч, испепеляющий все на своем пути.
— Тогда, будь добра, объясни мне, что, черт побери, с тобой случилось и где ты была? — попросил он тоном, исключающим любые возражения. Казалось, что любое неосторожно оброненное ему в ответ слово может поднять такую бурю, что самый страшный пустынный смерч на ее фоне покажется мелкой шалостью.
— Па-а-ап, — проговорила Тея с уставшим видом, будто не понимая, к чему такое напряжение, — ну все же ясно. Я отправила к тебе слугу, чтобы ты не переживал. Просто мне наскучила городская жизнь и захотелось чего-то нового. И я подумала, что разыскать героев, не пришедших на зов, было бы отличной идеей. Я хотела одновременно развеяться и помочь тебе, пап. Разве я плохо поступила?
— Развеяться, говоришь? — спросил бургомистр, буквально нависая над девушкой. Он был подобен грозовой туче, из которой во все стороны вот-вот начнут бить яркие смертоносные молнии. — Ну, и как успехи?
— Ох, замечательно! Я действительно нашла Элиуса Хана и Лану Стамп! Представляешь? Я всю жизнь об этом мечтала! Я их встретила, мы провели много времени вместе, общались об их подвигах и всякое такое. Я очень устала, пап, все-таки, не привыкла к таким долгим поездкам. Давай все расскажу тебе завтра?
— Нашла, говоришь, Элиуса Хана? — Молнии, все же, не нашли успокоения и готовы были вырваться на волю в любой момент. — И где же эта парочка? Почему я до сих пор их не лицезрею? Когда они прибудут?
— Ну, — высказалась девушка, — они сообщили, что подумают. На самом деле, я не увидела в них огромного желания спасать Кониполис и нас с тобой. Поэтому, если честно, на их помощь рассчитывать не стоит. Может быть, поищем других героев?
— Почему ты просто не сообщила мне, что тебе скучно? Вызвать героев, чтобы ты познакомилась с ними, – совершенно не проблема! Мы просто подаем условный сигнал – они приходят. Ты знакомишься.
— Или не приходят, — буркнула девушка себе под нос, — что и случилось в этот раз.
— Итого, — подытожил бургомистр. — Ты двое суток шлялась не пойми где, подвергая себя серьезному риску. Ты хотела выяснить, что не так с нашими героями, но не выяснила. Ты заставляла меня, своего отца, нервничать как никогда, просто потому, что захотела. Ты отослала всю охрану, оставшись в компании людей, которые не собирались тебя защищать – по твоим же словам. По сути – ты не добилась совершенного ничего, кроме прибавки у меня седых волос. Правильно?
— Ну, я немного научилась скакать на лошади, — негромко сообщила дочь.
Бургомистр кричал на нее, брызжа слюной, как разъяренный зверь, громко, но не долго. А потом, как успокоился, объявил свое решение: неделя под домашним арестом – для начала. А потом он посмотрит и решит дальнейшую судьбу Теи. Пока что все слуги, все до единого, не подчиняются ее приказам и не выпускают за пределы особняка – вплоть до применения к девушке физической силы. Так что попытка сбежать будет сущей глупостью.
— И еще, дорогая, запомни, — сказал он напоследок. — Если герои, которые клялись защищать город, не пришли на условленный сигнал, они мертвы. Запомни. Даже если они и не мертвы физически – они мертвы для тебя, и нечего их искать. Это уже не герои, это предатели.
— Но, пап, — пробормотала Тея, вспоминая свою встречу с Элиусом Ханом. Он мог быть кем угодно – но только не предателем. — Герои же просто люди. Как и у всех людей, у них свои потребности и желания, которые могут отличаться от твоих. У тебя есть жандармы, а Арбитры могут послать на поле боя войска. И те обязаны подчиниться – ведь такова их работа. Но герои тебе ничем не обязаны, ведь они служат не людям, а лишь своим принципам.
— Тебя не было двое суток, а теперь ты пришла, набравшись подобной ерунды, — проговорил бургомистр, буравя дочь взглядом. — Наверное, хочешь две недели домашнего ареста? В любом случае – я все сказал. Иди спать и подумай о своем поведении.
Но сон сразу не пришел к Тее. Несмотря на тяжелый день и накопившуюся усталость, она еще около часа не могла закрыть глаз, вспоминая эмоциональную беседу с отцом. С одной стороны, он был прав – ведь все надеялись на приход героев, которые никогда не подводили город до этого дня. Но с другой – теперь она понимала Элиуса Хана и всех остальных намного лучше. Вот как относились к ним – как к данности, как к должникам. Естественно, любой рано или поздно устанет от такого несправедливого подхода, какими бы светлыми намерениями ни подпитывалось его желание помогать людям. Но время шло – и девушка наконец уснула, настолько крепко, насколько могла.
И приснился ей удивительно выразительный сон, в котором вся героическая пятерка была во главе Кониполиса, отец и Верховный Арбитр всего лишь помогали им по хозяйству, как мелкая прислуга, а сама Тея, точь-в-точь как Лана Стамп, охотилась на зверей за пределами столицы. И жизнь, почему-то, была чудесна. Такого выдающегося бреда ей не снилось давно (либо девушка просто не вспоминала подобные сновидения).
Теперь же, лежа в своей кровати, она не могла сразу понять – что являлось реальностью? Вчерашняя жизнь или сегодняшний сон? Но сны на то и являлись снами, чтобы постепенно растворяться в небытии, оставляя лишь иногда после себя странное послевкусие. И этот сон не был исключением – через пару минут от него остались лишь едва заметные воспоминания. А Тея, потянувшись, села на кровати, чтобы зевнуть и наполнить под завязку воздухом свои легкие. Да уж, ну и деньки выдались.
Когда она умывалась, приводя себя в порядок, в голове крутилась лишь одна простая мысль – что теперь? Из дома хода ей не было – слуги пристально держали оборону. Как минимум неделя взаперти – не самый худший из вариантов, когда у тебя есть почти все – еда, питье, даже некоторые развлечения. Но только именно эта неделя может быть решающей и роковой – во всех смыслах. Серая Стая никуда не делась, и помыслы ее оставались совершенно неясны. А что будет делать Элиус Хан с командой – Тея не догадывалась. Как и не знала того, будут ли они делать что-то вообще. Ведь могло случиться так, что герои просто оставят Кониполис на произвол судьбы, – и она их за это даже не упрекнет. Из них всех лишь Има Конди была плотно связана с городом. Впрочем, бард не далее как вчера лишилась места работы, что могло стать весомым аргументом для смены места жительства.
С такими неспокойными мыслями Тея села завтракать, и хотя с аппетитом у нее все было в порядке, девушка предпочла не перегружать себя пищей. Оставался открытым лишь вопрос – чем себя занять.
Можно было заняться рукоделием, впрочем, девушка никогда не стремилась быть в этом искусной мастерицей. Но чего не сделаешь, когда время тебе девать совершенно некуда. Можно было, как всегда, почитать книги. Книг у нее было в достатке, этим она выделялась из окружающей знати – любовью постигать мир через магию страниц. В ее коллекции были как новоприобретения, которые она даже не успела ни разу раскрыть, так и старые добрые истории, которые всегда можно перечитать и переосмыслить. Хотя после встречи с реальными, а не бумажными героями Тея не замечала в себе стремления к чтению. По крайней мере – сейчас. А еще оставались подруги, которых папа не запрещал приглашать в свою невольную тюрьму. С ними можно было поболтать, обсудить последние веяния моды и городские сплетни. Ну, по крайней мере с теми, кто был не настолько занят, чтобы не нанести ей визит.
Ни один из приведенных вариантов не вызвал в ней живого интереса. В этом не было большой беды, а лишь повод обдумать все еще пару раз, ведь времени теперь у нее было просто до безобразия много. И девушка сидела за столиком в своей комнате, сидела и переворачивала одну за другой страницы очередного журнала, даже не рассматривая текст. Это было чисто механическое действие – в голове было совершенно пусто. Что, впрочем, тоже было не худшим вариантом времяпрепровождения, когда остальные до чертиков надоели. За этим Тею и застала неожиданная незваная гостья.
Она проникла в ее комнату самым очевидным образом, оставшись при этом незамеченной остальной прислугой, – через полуприкрытое окно. Это была маленькая птичка, наподобие канарейки, с черно-белым оперением и красной грудкой. Она просто влетела и села на столик прямо рядом с журналом, чирикнув пару раз, будто привлекая к себе внимание. Это было очень забавное, милое создание. И сам факт присутствия птицы прямо здесь был крайне странным – до сих пор в жизни Теи не случалось таких визитов. Девушка вообще не была уверена, что встречала в городе похожих птиц.
Внезапно Тея вспомнила слова Авгура. «Как ты относишься к птицам?» — спросил вчера маг, а потом добавил, что обязательно найдет способ с ней связаться. Это никак не могло быть просто случайностью.
— Авгур, это вы? — спросила девушка, затаив дыхание.
Птичка еще раз чирикнула и отвернулась от нее, рассматривая комнату. Вряд ли этот звук являлся знаком согласия. «Какая идиотка, — подумала Тея, — конечно, это не может быть сам Авгур». Хотя Элиус Хан и рассказывал, что существуют маги, которые могут принимать вид животных, обретая звериную форму, но вряд ли Авгур был из них. К тому же, как взрослый мужчина вообще мог преобразиться в такую крохотную птаху? Поддавшись внезапному импульсу, Тея подняла свою руку, протянув ее к птичке. Та, понаблюдав секунду, с готовностью запрыгнула к ней в раскрытую ладонь.
И внезапно на девушку накатило странное, неотвратимое, но и не пугающее чувство, когда сущность ее слилась с памятью птицы, ощущениями полета, чистого воздуха и свободного неба. Это было непривычно, но прекрасно. А вслед за этим наваждением в голове бургомистровой дочери раздался голос, даже не голос – мысленный беззвучный шепот, испугавший ее на долю секунды. Но сразу за испугом пришло облегчение, так как она поняла – это был Авгур.
— Тея, Тея, не бойся, — говорил маг, вернее, само птичье сознание его словами. — Мы с тобой говорим через эту маленькую птаху, просто доверься ей. Ты молчи, просто думай – и я услышу.
— Ах, Авгур, — Тея сама изумилась тому, какими громкими, отчетливыми могут быть ее собственные мысли во время этой странной связи, — я слышу вас! Как же это странно…
— Ни один человек не может дотянуться сквозь пространство к мыслям другого. Мне такие не встречались. Но животные – намного проще. Они с радостью готовы послужить своеобразным передаточным звеном за горстку зерна и ласку. Так я смогу общаться с тобой.
— Значит, вы пока в городе и не решили оставить это дело? — подумал девушка практически с облегчением.
— Тун Бокур все же присоединился к нам, пятерка снова в сборе, — отвечал маг. — Так что наш интерес не угас. Мы готовы продолжать. Ты можешь тоже внести свою лепту, если захочешь, как и договаривались.
— Мне очень жаль, — подумала Тея с грустью. — Но не думаю, что теперь это возможно. Папа заключил меня под замок и приказал слугам никуда не выпускать. Я не выйду из дома целую неделю.
— Печально это слышать, — пришел к ней ответ. — Я все понимаю. Ты, как послушная дочь, для которой слово отца – главный закон, конечно же, не нарушишь свой режим заключения. И будешь сидеть дома, несмотря на любые имеющиеся возможности его покинуть. Бургомистр должен гордиться твоим воспитанием, имея на это полное право. Что же, тогда прощай. Возможно, через неделю ситуация уже разрешится.
Сказано все это было со спокойствием и принятием, однако Тея моментально заподозрила в словах Авгура некий подвох.
— Имеющиеся возможности? — подумала она максимально отчетливо. — Простите, о чем вы?
— Я о возможностях беспрепятственно и тихо покинуть дом. Которыми ты, конечно же, не будешь пользоваться.
— Ну нет уж, погодите! Какие возможности?
— А что, тебе это интересно? — вопрос мага повис в воздухе. Авгур не производил впечатления хитрого манипулятора, однако за прошедшие пару суток Тея хорошо усвоила простую истину – в мире слишком много вещей, которые являются совершенно не тем, чем кажутся. Особенно когда речь шла о героях.
— Да, конечно же, мне интересно! — вскричала девушка мысленно. — Пожалуйста, вытащите меня отсюда!
— Как пожелаешь! — ответил Авгур, и в ту же секунду девушке показалось, что сейчас он улыбается во всю ширину рта. Странно, как мысли передавали подобную мимику. — Дай мне пару минут.
Сознание мага временно удалилось из их диалога, поэтому Тея полностью окунулась своим сознанием в птичью сущность. Это был весьма странный опыт. Как будто у Теи внезапно появились птичьи воспоминания, чувства и эмоции, и были они всегда. Для нее не казалось удивительным планировать в небесах, выискивая в полете мельчайших крылатых созданий, таких доступных и аппетитных. Распушить свои перья и греться на солнце, внимательно осматриваясь кругом, а затем подлететь к луже, оставшейся после дождя, чтобы утолить свою жажду. Эта птица никогда не обитала в городе, немудрено, что для Теи ее вид был в новинку. Откуда вообще ее нашел Авгур и как смог добиться помощи такого создания?
Маг вернулся к ней минут через пять, ясно обозначив свое незримое присутствие.
— То, что мы придумали, – далеко не идеальный вариант, зато простой и эффективный, — сообщил он девушке. — В твоей комнате имеется камин?
— Нет, но камины есть в двух залах нашего особняка.
— Тогда это сильно упрощает нам задачу. Если, конечно, ты не против немного испачкаться.
— Мне что, придется самостоятельно разжечь его?
— Нет, нет! — воскликнул Авгур. — Как раз этого точно не следует делать. Но у любого хорошего камина (а камин в доме бургомистра не может быть плохим), как известно, есть труба. По ней мы и сможем тебя вытащить.
— Ах, — воскликнула девушка, — так бы и сказали. Я не против. Но только я не умею лазать по трубам.
— Для этого есть Тун Бокур. Наверное, уже вся тюрьма Кониполиса обсуждает, как превосходно он лазит по вертикальным трубам. И тебя вытащить он почтет за честь.
— Хорошо, что же тогда от меня требуется?
— Жди, просто жди. Также, раз камин находится в одном из залов, тебе придется приложить всю свою фантазию для того, чтобы освободиться от лишних глаз. И – да, приоденься так, чтобы этот наряд потом не жалко было выбросить.
С этими словами сознание Авгура вновь разорвало их связь, а вслед за этим и маленькая птичка высвободила свое сознание, спрыгнув с ладони девушки. Было стойкое ощущение, что ей не впервой оказывать магу подобную услугу. Улетать она пока не собиралась, прыгая по столику и крутя своей головой.
— Я побывала в твоей голове, а ты побывала в моей? — спросила Тея птичку, будто та могла понять человеческую речь. — Наверное, да. Мы с тобой как сестры теперь. Можешь переловить здесь всех комаров и есть все, что отыщешь. Хотя, вряд ли тебе требуется мое разрешение.
Птица вспорхнула со стола и присела на металлический обод люстры над головой девушки. Все же, смотреть на мир свысока ей было привычней. А Тея принялась за подготовку к своему побегу из заточения.
Самой простой ее частью было выбрать ненужный наряд, который не жалко было измазать сажей и выбросить. Конечно же, это был костюм из прошлогодней осенней коллекции мадам Токан, дорогой и стильный, но имеющий весьма существенный изъян. А заключался он в том, что заиметь такой костюм в прошлом сезоне мечтало большинство городских модниц. У всех них была одна общая черта: они любили одевать модные, дорогие наряды, но совершенно не желали тратить на стояние в невыносимых очередях свое время. Ведь для этого и существуют слуги, верно? В итоге, на презентации коллекции, как всегда, образовалась гигантская очередь, состоящая сплошь из слуг известных семей. А слуги не имеют собственного мнения (по крайней мере, когда речь касается покупки дорогой одежды, которую они никогда не смогут себе позволить). Костюмы для знатных модниц были полностью раскуплены – и оказались сплошь одинаковыми. Поэтому Тея ни разу не видела, чтобы кто-либо осмелился такой надеть. Что же, ее костюму повезло больше, чем остальным. Он не будет десятилетиями пылиться в шкафу до тех пор, пока не рассыплется в пыль от старости, а послужит своей хозяйке верой и правдой. Пусть и единожды.
Далее – освободить от слуг помещение с камином. Причем сделать это так, чтобы не вызвать ни малейших подозрений. Тея была умной девушкой, а после вчерашнего вечера – еще и весьма подкованной в деле циничного обмана ради благой цели, поэтому в голове ее нарисовался хитроумный план. Оставалось надеяться, что он сработает, и ждать сигнала Авгура.
По прошествии примерно получаса птичка вновь спорхнула вниз и вопросительно посмотрела на девушку, которая тут же подставила ей свою ладошку.
— Ну, что, Тея, ты готова к побегу? — возник в ее голове голос Авгура.
— Совершенно точно готова, — подтвердила она. — Конечно, если дадите мне время очистить помещение. Это будет каминный зал со стороны палисадника.
— Я ведь знаю, — продолжил маг, — о том, как прошел вчерашний разговор с отцом. Можно было даже не залазить в твою голову. Ты уверена, что хочешь вновь ослушаться?
— Я уверена в том, что уже не маленькая девочка, которой требуется опека нянек, господин Авгур. Странно, что вы, после нашей совместной поездки, в этом не уверены. Вытаскивайте меня уже!
— Хорошо. Крикни в трубу камина, как будешь готова, — отозвался Авгур, и на этом их связь разорвалась. Маленькая птичка спрыгнула с Теиной ладони и стала довольно щепетильно чистить свои перья, как будто и не была только что связующей нитью между двумя разумами.
— Ладно, подруга, ни в чем себе не отказывай. Где выход, ты знаешь, — сообщила ей девушка. Затем она встала, вышла из комнаты и направилась в восточную часть дома, где находился большой гостевой зал с камином. По дороге она останавливалась и хватала за руки всех, кого только находила.
— Пойдемте в восточный зал, — громко зазывала она прислугу голосом скучающей светской львицы. — Все в восточный гостевой зал! Мы будем играть в шарады, это очень весело! Да, я к вам обращаюсь! Через пять минут – шарады в восточном гостевом зале, жду всех!
Несмотря на свой ум и находчивость, Тея все же была бургомистровой дочкой, соответственно, имелись у нее и минусы. Одним из них являлось то, что в шарады она предпочитала играть совершенно особенным образом – обвиняя прислугу в непроходимой тупости, благодаря которой те просто не могут оценить по достоинству все ее замыслы.
— Сейчас мы здесь будем играть в шарады! — оповестила она пожилого слугу, вытирающего пыль в восточном гостевом зале. — Так что никуда не уходите, будет весело! Стойте, куда же вы? Много работы, да? Но через пять минут я вас обязательно жду!
Спустя пять минут девушка окинула взором абсолютно пустой зал, прислушалась к полной тишине и загадочно улыбнулась. Но на всякий случай она подождала еще некоторое время, убедившись, что слуг из зала и ближайших комнат и след простыл. А потом неспешным танцующим шагом подошла к камину, нагнувшись, чтобы заглянуть в самые его глубины.
— Ау! — закричала она не очень громко, чтобы голос не разнесся по всему дому.
— Уа! — ответило эхо.
— Я готова! — крикнула девушка.
— И мы тоже! — возрадовалось эхо.
— Видимо, никакое вы не эхо, — уже не крикнула, а просто утвердительно проговорила Тея.
Из камина, чуть ли не столкнувшись с девушкой лбами, появилась голова мужчины, черноволосого, с короткой стрижкой и аккуратной бородкой.
— Вы Тун Бокур! — всплеснула руками девушка. — Неужто сбежали из тюрьмы?
— Появились неотложные дела на свободе, — подтвердил мужчина. — Давай-ка выбираться, а то от сажи аж в горле першит. Держись за меня крепче.
Он молниеносно подхватил Тею одной рукой, затянув ее в каминную трубу, – та и пикнуть не успела. Второй рукой и одной из ног Тун Бокур умело орудовал, цепляясь за кирпичную кладку. Но чтобы вытянуть девушку в одиночку, ему пришлось бы очень сильно попотеть, поэтому спасательная операция была организована более технично. Левая его нога была привязана за прочную веревку, которую кто-то неумолимо тянул вверх, помогая выбраться из дымохода. Конечно же, это был Элиус Хан. Об этом Тея узнала уже через минуту – примерно столько времени им потребовалось, чтобы подняться на десятиметровую высоту.
— Как видишь, наша команда опять вместе! — бодро крикнул он девушке вместо приветствия, подхватывая ее и аккуратно ставя на крышу особняка. — И все они решили, что твоя просьба стоит помощи. А значит, мы будем действовать.
— Я просто счастлива, господин Хан, — пробормотала Тея, отряхиваясь. Однако сильно это не помогло – Авгур был прав, костюм теперь было проще отправить в утиль.
— Не переживай ты, — проговорил мужчина по-отечески. — Тун вон тоже на вид хуже любого трубочиста. Мы приготовили для вас сменную одежду, разумеется.
— Да, но нам как-то надо деваться с нашей крыши. И еще – в таком виде я на улице не покажусь под страхом смерти.
— Ничего не бойся, — подбодрил ее Элиус, тем временем разворачивая довольно объемный сверток, невесть откуда взявшийся у его ног. Это был крупный отрез светло-желтой, почти невесомой материи, на развороте больше всего напоминающей громадные крылья бабочки.
— На этом мы спустимся с крыши прямо за ограду, — сообщил он девушке. — Прислуга даже не заметит. Там нас ждет экипаж, в котором можем беспрепятственно передвигаться куда заблагорассудится.
Элиус Хан расправил желтую ткань, а после встряхнул ею у себя над головой, превратив в полупрозрачный навес. Тут же он, сделав два быстрых шага, совершил резкий прыжок, оказавшись в воздухе. Тем временем Тун Бокур, вновь схватив девушку за талию, будто учтивый кавалер в танце, другой рукой ловко ухватился за пояс Элиуса. Ткань над их головами вздулась куполом, огромным горбатым крылом, и понесла троицу по воздуху вперед. Конечно же, это было зачарованное изобретение Авгура, отличный способ спуска с любой высотной точки, и далеко не новый. Именно так, а не из «зачарованных облаков», как писали в пафосных книжках, Элиус с компанией проникли в лагерь нетранцев множество лет назад, впервые применив способ в действии. Хотя сама идея побега через дымоход принадлежала Туну, как мастеру подобных штучек.
Прямо за оградой особняка бургомистра Элиус немного ослабил свою хватку, намеренно выпустив из руки кусочек желтой материи, и они резко пошли на снижение, приземлившись около ожидающей повозки. Все это произошло на глазах двух барышень из числа прислуги. Те были просто шокированы, потеряв дар речи от увиденного. Потому что прямо перед ними с небес на землю спустился посланник Солнца (все же понимают, что желтый – цвет солнечный). Он был немного неряшлив, по странности напоминая обычного деревенского мужика, но сложен просто божественно. Его всеми силами старались удержать от этого, хватаясь за пояс и ноги, двое страшных демонов. Они, видимо, явились из самого пекла, тщетно пытаясь помешать воину света очутиться в людском мире, так как были все в саже и копоти, выглядели устрашающе и точно являлись опасными созданиями. Борьба света и тьмы продолжалась до тех пор, пока ноги пришельцев из иных миров не коснулись земли. Служанки немедля бежали в ужасе с места действия, спасаясь от напасти, а их крики еще долго отдавались эхом в стенах переулка Фонарей.
— Ох, ну как всегда, — пробормотал Элиус, по-быстрому сматывая желтую зачарованную ткань в свою сумку, — небольшое отклонение от плана. Не переживай, это скорее норма, чем исключение из правил.
Он сразу вскочил на колки, управляя повозкой, а Тея и Тун скрылись внутри, плотно прикрыв за собой двери, так, чтобы никто не смог бы разглядеть внутри двух крайне чумазых пассажиров. Тут же повозка их тронулась, набирая ход.
— Вот и все, — сообщил ей Тун Бокур. — Теперь ты свободна. Надо сказать, твое стремление к независимости вызывает большое уважение. Нечасто женщины из высшего света предпочитают золотой клетке неопределенности свободы. Почти никогда, уж поверь.
— Ох, благодарю, — смущенно ответила девушка. Она почти ничего не знала об этом человеке. В книгах личности Туна Бокура было уделено меньше времени, чем скромному магу Авгуру, даже имя его не упоминалось. Изредка говорилось лишь абстрактно – о пятом члене команды Элиуса Хана, и теперь она понимала почему. Ведь большинство компетенций Бокура простирались, мягко говоря, вне рамок закона. С другой стороны, если Элиус Хан и Лана Стамп, несмотря на все прегрешения, признавали в нем боевого товарища, то и у Теи не было повода к недоверию.
Они молча ехали еще около получаса по городским улицам, иногда Тея даже приблизительно представляла, где они находятся, по окружающему шуму. Вот тут они проехали центральный рынок, состоящий из двух десятков рядов торговцев, купить на котором можно было почти все. Шум зазывал не оставлял в этом никакого сомнения. А сейчас – точно была площадь Лагоса, в завершении которой находился огромный, уходящий в высоту храм. Зданий выше него в Кониполисе просто не существовало. Ее тоже было ни с чем не спутать – благодаря надрывным голосам уличных проповедников. Учение Лагоса было очень древним и считалось передовыми умами попросту ложным, однако до сих пор пользовалось популярностью среди простого люда. А сам храм стоял здесь уже много столетий, почти с самого основания города-столицы, и поделать с этим было ничего нельзя.
А через полчаса наконец-то приехали к месту назначения. И когда Тея осторожно вышла из экипажа, осматриваясь вокруг, то не поверила своим глазам. Это была задняя часть постоялого двора, с конюшней, колодцем и парой деревянных навесов, под которыми местные рабочие рубили мясо и раскладывали по ящикам фрукты. Но все это было как-то убого и совсем не по-городскому. Девушка никогда не бывала в этом месте, даже не представляла, что в родном Кониполисе есть что-то подобное. Хотя с ее образом жизни тут не было ничего удивительного.
— Только не пугайтесь, милая барышня, — проговорил Тун Бокур, выходя вслед за ней, — это обычный постоялый двор для мелких караванщиков и торговцев, да и прочих пустынных бродяг. Здесь все по-простому, но главное преимущество в том, что всем совершенно безразлична твоя внешность, одежда и намерения. Тут привыкли не афишировать свои доходы, а многим и афишировать-то нечего. Здесь нет преступников, кроме, возможно, совсем мелких и непутевых, да и место это на виду, хотя никому из властей не интересно. По этой причине и жандармерия здесь появляется только для того, чтобы пропустить стаканчик после тяжелой смены, не касаясь постояльцев. В общем, место это просто идеально для наших целей.
Повозку Элиус Хан, видимо, тоже брал в аренду у местного хозяина, оставив ее одному из работников. А они втроем прошли внутрь через заднюю дверь, минуя основной зал, где в данный момент ели и выпивали несколько постояльцев. Никто из рабочих не обращал внимания на грязную одежду Теи, занимаясь своими делами. Задавать вопросы в их обязанности не входило, а на своем веку они видели гораздо более странные вещи, чем девушка в дорогом костюме, обильно испачканном сажей.
Как оказалось, герои арендовали для себя две большие комнаты на втором этаже постоялого двора. И надо сказать, для такого места они были весьма недурны. Одна из них предназначалась для проживания мужчин, в другой же обосновались Лана Стамп и Има Конди. Именно Лану Тея увидела первой, поднявшись наверх за своими спасителями по скрипучей деревянной лестнице.
— Вот и наша беглянка, — сказала охотница, весело прищурившись. — Похожа на очень грязную девушку из высшего света. Не переживай, это мы скоро исправим.
И она увлекла Тею за собой в гостиничный номер. Имы там не было, зато была горячая ванна с мягкой пеной, издававшей нерезкий цветочный аромат. Именно то, что было необходимо девушке после путешествия сквозь каминный дымоход. Лана Стамп явно знала толк в подобных приключениях. А после помывки Тею ждал новый, чистый комплект одежды. Он был совершенно без изысков, в таких одеждах ходили сотни, а может, и тысячи женщин Кониполиса, и именно поэтому всего неделю назад дочь бургомистра даже не посмотрела бы на подобный наряд. Сейчас же он был как нельзя кстати. Секретная задача по спасению города, особенно если ты скрываешься от собственного отца, требовала совершенно другого отношения, чем балы и званые ужины.
— Ну, вот мы и потеряли одно из наших преимуществ – возможность использовать влияние дочери бургомистра вкупе с ее неуемной фантазией, — сообщила Лана Стамп, аккуратно поправляя воротничок на Теином платье. — Зато теперь ты одна из нас.
— Может быть, вы даже когда-то научите меня охотиться? — воскликнула Тея, рассматривая себя в зеркале. Она была готова биться об заклад, что в таком виде даже многие из ее собственных слуг, попадись они ей на оживленной улице, прошли бы мимо, не признав свою молодую хозяйку.
— Возможно, — ухмыльнулась Лана. — Главное правило охоты – не лезть туда, куда не просят, пока тобой не пообедали, – ты наверняка усвоила. Именно с него начинается все остальное. Владению мечом и стрельбе из лука может научиться каждый. А вот подумать головой, осознавая собственные шансы, – становится для многих непреодолимой задачей. Теперь идем, нас ждут.
Они перешли в соседнюю комнату – мужскую, где в это время собралась остальная компания. Има Конди тоже была тут, а Тун Бокур сменил перепачканное одеяние на новое, неотличимое от прежнего. Или в его арсенале имелась хитрая уловка, позволяющая полностью очистить свое платье от гари и сажи? Тея бы этому совершенно не удивилась.
— Наконец-то! — изрек Авгур, который, конечно же, был вместе со всеми. — Я вижу, наши усилия не были напрасны, дорогая Тея. Теперь, когда все в сборе, я могу поведать о по-настоящему чудесном открытии. Кажется, у нас появился шанс влезть в голову к Серой Стае. И это – практически буквальная формулировка! Ну же, к делу.
Небольшая птичка с черно-белым оперением и красной грудкой, наблюдавшая за этим собранием с ветки за окном, чирикнула и приступила к наиболее важной части своего дня – вдумчивой чистке оперения после сытного обеда. Ведь понимание, ласка и много-много вкусной еды – универсальная формула, которая работала как с животными, так и с человеком.
←
Счастье героя
Глава седьмая, в которой Тея окончательно закрепляет за собой звание непутевой дочери · 7 из 16
Глава седьмая, в которой Тея окончательно закрепляет за собой звание непутевой дочери
~21 мин · Сохранить место
Продолжайте с того же места
Войдите или создайте аккаунт, чтобы сохранять прогресс и возвращаться к начатым книгам на любом устройстве.
Войти и сохранить место Можно просто читать дальше — бесплатные главы открыты без входа.