Глава десятая. Авдеевка.

Сборы проходили в главном управлении ГРУ по Ростовской области. Григория и Василия инструктировали Генерал Степан Семеновичи еще один офицер. По легенде они должны были пересечь пропускной пункт на машине с украинскими номерами. Их цель, была, якобы поиск работы в авдеевской шахте. Младший офицер долго задавал провокационные вопросы, которые им могли задать на той стороне. Вопросы подразумевали выяснить общее отношение к конфликту и к руководству ДНР. Вопросы предназначались в основном Василию, потому что, как он понял, Григорий и так мог на все на них ответить. Василий бодро вылил ведро русофобской пропаганды, которой кормили ту сторону. О том, что ДНР это приспешники России и шавки ФСБ, о том, как он скучает снова по единой Украине и ждет не дождется пока бравые воины Збройных Сил Украины выбьют мерзких сепаратистов с украинской земли, о том, что он вступил бы в национальный батальон, но его старая бабушка, которая живет на территории ОРДЛО (Отдельных районов Донецкой и Луганской областей) его не пускает.
— Хорошо что не сказал, что денег нужно бабушке. Сразу бы спалился. Там в этих нац. батальонах нормально платят денег, — сказал офицер ГРУ.
— Вряд ли бы спалился. Не все хотят воевать, хотя могут разделять идеологию, и могут объяснять это невероятными аргументами. Обычная трусость, которую мало кто может в себе признать. Это нормально. Вы должны быть серой массой, такой же как и все там, обычным сепарским мирняком, — сказал Григорий.
— Все это туфта, сказал Генерал. Вы сразу станете жертвами этих головорезов. Это же по сути гопота. Скажите что думаете об этом.
— Я скажу, что я хочу, а родаки не отпускают, — сказал Василий.
— Не знаю, — сказал, офицер, по моему хрен редьки не слаще. Но, на сколько мне известно, они не проводят тотальную мобилизацию, в крайнем случае спросите где призывной пункт. А он не в Авдеевке, а в Курахово. Сделаете небольшой крюк и доедите до шахты.
— А если спросит адрес бабушки? — уточнил Василий.
— Да, это нужно еще проработать. Нужно еще раз продумать всю родословную с конкретными адресами, — согласился Степан Семенович.
— А бабушка, что сепарша? — Спросил офицер.
— Та еще сепарша. Наслушалась Скабееву и Соловьева. К тому же сочувствует коммунистам.
Василий пытался говорить на украинском, на сколько мог.
— Акцент у тебя конечно сильный. Но они там все такие, так что пойдет. В целом у меня нет претензий, товарищ генерал. Парнишка подготовился как следует. Стоит еще продумать родословную. Мне нужны для этого еще сутки. — прокомментировал офицер.
— Хорошо, завтра в восемь утра последние приготовления и выезжайте. В Донецке лучше не ночуйте, там много ждунов, они могут вас сдать СБУ. Сразу езжайте на место по возможности. Вот план шахты. Скажите на входе, что вас послал отдел кадров, чтобы понять условия работы.
— Может быть сделать им трудовые с шахт ДНР, где будет указано, что они работали в шахтах на не подконтрольной территории? Потому что на входе охрана может их не пропустить, возникнут ненужные вопросы. Позвонят еще по телефону в кадры, а те не бум – бум. — Спросил офицер.
— А если вакансий нет и вход в шахту будет нецелесообразен? — спросил Григорий.
— Там всегда есть вакансии на шахтеров. Информация конечно не сто-процентная. Но по последним данным это так. — ответил офицер.
— А сколько займет времени подготовка трудовых? И, кстати, готовы ли паспорта? — поинтересовался генерал.
— Паспорта давно готовы, товарищ, генерал. С трудовыми попробую успеть. — с тоном готовности в голосе сказал предоставленный офицер на голове которого была балаклава, хотя в остальном он бы в штатском. Вопросы он задавал чрез фильтр речи, от чего она приобретала роботизированный оттенок.
— Парни, самое главное для ГРУ что? — спросил генерал.
— Выполнить задание! — Героически выпалил Василий.
— Ты не прав, Васька, — жестко ответил Генерал, — Самое главное у нас – не спалиться. Больше проблем, чем не выполнить задание, и вернуться не спалившись. Больше проблем и последствий. В случае если вас спалят уничтожьте дип. пакет. Понял меня, Григорий, тебя касается, — он перевел взгляд на Григория.
— Спать будите здесь на диванчиках. Шмотки мы вам выдадим завтра во выезду. Я организую. А теперь спать. Оба.
Василий долго ворочался, прежде чем ему удалось заснуть, под заливистый храп Григория.
На утро им выдали разные сумки с личными вещами и двумя борсетками со всеми документами. И Они поехали по трассе на Таганрог на старенькой вазовской шахе, то есть шестерке ВАЗ. Василий в дороге уснул и проснулся только на таможне России и ДНР. Их пропустили, посмотрев на российские паспорта, без особой волокиты. Никто не проявлял к ним интереса. Они не останавливались и не заправлялись. По пути были дома с дырками от снарядов со стороны украинских позиций. Они ехали с картой. А Григорий знал эти места, потому что с детства был оттуда, пока не переехал в Москву, а потом и в Америку.
Проблемы начались, когда они начали пересекать пропускной пункт со стороны Украины, где шел переход и переезд местных. Их решили обыскать с пристрастием. И Нашли туго завязанный пакет внутри которого был дип. пакет. У Василия оборвалось сердце, неужели сейчас нас арестуют и будут током бить. Воображение Василия рисовало кошмары. Пока Григорий не предложил им гривны. Русские паспорта в все дискредитирующие их документы и вещи они отставили на специальной конспиративной квартире в ДНР. Григорий выскочил из машины с подобострастным лицом и начал на русском заливать, что это просто китайские особые марки для коллекционера. Спустя минуту забалтывания дотошного украинского таможенника, разговор перешел в торг, как это происходит иногда с не очень добросовестными ГИБДДшниками. В конце концов, Григорий сунул пограничнику пачку мятых гривен проверяющему. Взял пакет с дип. документами, и сел за руль.
— Нужно будет заехать в посадку и перемотать посылку. Хорошо, что он изоленту не заметил. Еще поймут, что это предмет двойного назначения. — радостно отдуваясь по заговорщически и говоря почти шепотом, сказал Григорий, после того, как закрыл дверь машины. Все. поехали.
Ехали они не долго. Они намерены были проехать по объездной дороге, но внезапно в машине сломался бензонасос, а запасной в багажнике, тоже оказался неисправным. Они были в какой-то промзоне. Нужно было кому-то одному идти за бензонасосом. По итогу договорились, что пойдут вместе. По близости была платная стоянка и они оставили там машину. Посовещавшись, они решили, уже идти пешком до шахты, чтобы в городе не нарываться на многочисленных военных. Но на военных они все таки нарвались это было два боевика полка «Азов». Они начали их спрашивать на украинском языке:
— Кто такие, куда идем? — потом Второй военный спросил на чистом русском, указывая на Василия, ткнув ему пальцем в грудь: — Ты отвечай!
— Дык у шахту, работниками наниматься, пан вийсковий службовец, — униженно сказал Василий.
— Чей Крым?
— Украинский, временно оккупированный российскими войсками. Будапешткий меморандум нарушили сволочи.
— Путин ?
— Путин !
— А зигануть сможешь, от сердца к солнцу? — нацбатовец посмотрел с улыбкой, щурясь на солнце поднимая к глазам руку, как козырек.
— Это зачем это? Можно я этого делать не буду. Бабушка меня не поймет.
— Так ты бабушкин внучек? — Сказал нацбатовец блондин.
— А то какой! Самому стыдно. — Сделав повинное личико, Василий но изо всех сил старался не переигрывать.
— А бабуля в голове сепаша? — спросил рыжий азовец?
— Та еще сепарша. Насмотрелась Соловьева и Скабееву и верит, что будто бы вы обстреливаете Донецк и Горловку.
— А кто же ее обстреливает? — хохотнув, ответил блондин.
— Так Россия и обстреливает. Видно же по домам, от куда снаряды летят. Из России.
Двое нацбатовца одновременно покатились со смеху.
— Смори, что нам тут пытаются донести. По моему это, какой-то чес.— На украинском сказал блондин рыжему, и беря Василия за горло правой рукой, на несколько сантиментов приподнял его над землей.
К их счастью рядом ехала машина какого-то американца. Он показал азовцвам свое удостоверение с сербской фамилией со штампом какого-то департамента Соединенных Штатов. Он сказал по английски, чтобы они немедленно отпустили гражданских. Рыжий сказал:
— Есть Сэр! — Взял по дружески за рукав своего напарника и с голосом, полным сожаления, произнес по украински, что компанию необходимо отпустить. Тот нехотя согласился, но с условием, что он позвонит своему другу из СБУ и скажет, что тут тусуются два странных типа.
— Тогда нам не придется ничего фиксировать, это ваше право обращайтесь, куда считаете нужным. — сказал американец по-русски с жутким акцентом.
На том все и разошлись. Отойдя метров на сто и переводя дух, Григорирй сказал:
— Нужно ускориться действительно же позволит.
К шахте они подошли без приключений. Чтобы не терять времени, Григорий предложил попробовать пройти через проходную в саму шахту, минуя отдел кадров, якобы для того чтобы познакомиться с мастерами. Проходную они тоже прошли. Григорий вылил в уши вахтеру, что им с Василием нужно знать своих будущих начальников и условия работы, а если что-то пойдет не так с мастерами, то и в кадры заходить не нужно. Старая вахтерша развесила уши и лапша, которую развешивал Генадий, попала куда нужно.
Дальше они начали спрашивать, где находится рукомойник. Их оказалось три. Нужно было выбрать подходящий. После того, как они нашли нужный, заперлись, незаметно от чьих либо глаз и стали рассматривать рукомойник. Над рукомойником висела медная гравюра в виде прыгающего Льва, надежно впечатанная в стену. Григорий вспоминал код, который ему дали и, несколько раз проговорил его про себя. Он стал в пол голоса инструктировать Василия, поскольку тот был выше Григория и хорошо доставал до выпирающей гравюры. Через пару минут они справились и умывальник отщелкнулся, как холодильная дверца, оставляя за собой мягкую трубу, через который поступала вода. За этим всем была длинная труба в метр толщиной:
— Я полезу первый. Ты за мной. — Сказал Григорий, — Сможешь закрыть за собой эту дверцу?
— Думаю нет. Я застряну в трубе,— ответил долговязый Василий.
— Ладно. Лезь первым.
Василий еле подтянулся, чтобы залезть в трубу. Оказалось, что в ней места достаточно, чтобы развернуться в обратном направлении, сложившись калачиком. И Василий смог подать руку Григорию, которому в силу его более низкого роста пришлось тянуться до входа в метровую трубу.
— Если тут так легко развернуться, может быть я полезу первым, — спросил Григорий. Но Василий уже развернулся и пополз по трубе. А пере – разворачиваться в полной темноте было не очень удобно. Внизу трубы была грязь и местами уже подземная почва в виде перегноя. Поэтому спутники сильно изранили свои руки, натыкаясь на всевозможные острые ветки. Но это было терпимо. Наконец Василий наткнулся на сверток и любопытства ради, не подумав, что там может быть мина, развернул его. В свертке лежал драгоценный камень величиною с два кулака. На ощупь камень был идеально ровной огранки.
— Чего остановились? — спросил Григорий.
— Да тут, камень какой-то драгоценный завернут был в тряпицы. Что с ним делать Гриша?
— Вась, я так подозреваю, это нужно отдать, когда мы вылезем наружу.
— Кому?
— Да кто попадется, Василий. Вот, мол, нашили ваш камень. Нам чужого не надо. Я подозреваю, что с большой долей вероятности, это такой тест. Вдруг ты вор, и тебе нужно рубить голову.
— Ясно.
Дальше они ползли молча. Воздуха в трубе не хватало, а в маленьких фонариках заканчивались батарейки. И когда они уже окончательно выбились из сил, впереди замаячил люк, с поворотным колесом. Василий его открыл и практически вывалился с каком-то кабинете, где сидел один человек.
— Здравствуете, мои хорошие, по русски сказал он. — У него был белый свитер и кобура, поверх этого свитера. Комната частично представляла собой склад с оружием. Стояло несколько винтовок.
— Это наверное ваше, мы там в трубе нашли, — положил на стол, Василий то, что похожее на рубин.
В это время, вывалился из трубы Григорий и тоже поздоровался.
— И зачем же вы полезли в эту трубу? — спросил человек в белом свитере.
— Если честно, нам интересно стало. У вас подключен «Матросов», мил человек, — голосом попрошайки спросил Григорий.
— Нет. Не слышал о таком. Но все про него спрашивают. — ответил человек в свитере уже доставая удостоверение Службы Безопасности Украины и представился каким-то офицерским чином. — Будьте так любезны, расскажите мне еще раз, как сюда попали и кто вы такие? Вы конечно молодцы, не подмахнули этот искусственный рубин. Но мне бы очень хотелось знать о вас подробности.
И Василий с Григорием долго распинались по своим легендам, которые уже не раз спасали их от лап украинских военных. Но это был настоящий СБУшник и после двадцати минут прослушивания, задавая уточняющие вопросы, внимательно дослушал до конца всю историю, как один из них является помощником переходниреров, а другой стремиться стать тоже переходникерам за Украину.
— Давайте так. Я для вас продемонстрирую, что будет если я нажму на эту кнопку. — И мускулистый СБУшник в белом свитере нажал на кнопку. Тут же в дверь заскочили двое в масках в полном обмундировании с американскими винтовками и огромными нашивками СБУ на спинах.
— Дякукю, хлопцы, — И взмахом руки прогнал обоих. Выходя они закрыли свои двери. — А вы пересаживайтесь. И попрошу без глупостей рассказать какое у вас задание от ГРУ Российской федерации, сказал СБУшник, внимательно изучая «Китайские марки».
— Да о чем вы, милый человек? Какой еще ГРУ? — Начал было Григорий.
— Дорогие мои бескорыстные зайчата, я вел вас с момента самого пересечения вами границы. Это я подослал тех двух азовцев. Кстати, знаете, почему они так себя называют?
— Не знаем, — сказал Василий, — азовское море так по английски называется.
— Нет, черт возьми. Мы во всей Украине, которой слава, считаем город Азов исконно украинская земля, а наш героический национальный полк просто ставит себе своим названием географическую военную цель. Ну да ладно. Я смотрю трудовые точно фальшивые, слишком по свежему пахнет, лучше бы вы ее с собой не брали, иначе я бы поверил, что паспорта настоящие и вы, скорее всего, переобувашки с Донецка, которым под обстрелами надоело. Но гляжу ваши трудовые, черт возьми, и они просто пахнут почерком Ростовского ГРУ. Ну что, говорить будите, или нужно вас подключать с аккумулятору? Или поливать водой, пока вы будите задыхаться?
— Чего вы от нас хотите? — спросил Григорий.
СБУшник долго и сосредоточенно записывал в блокнот что-то. Васлилий с Григорием начали сильно потеть. Мысли о пытках порождали комки в горле у Василия. Григорий верил, в какую-то сказочную удачу.
— Мне нужно, чтобы вы передали виноградные семена Коске в дом Илоноров. — сказал СБУшник.
— А если кто-то из нас в дом Илоноров не попадет? — уточнил Григорий, обрадовавшись, что их, скорее всего, отпустят.
— Ничего страшного, я дам посылки обоим из вас. Кто-нибудь да попадет. Это американские последние выведенные сорта.
— Как долго вы помощник переходникеров? — спросил Василий.
— Что вы это нужно быть американцем, либо русским. Украине рано открывать эти «Китайские марки». Офицер СБУ с тяжело произносимыми именем и фамилией, потряхивал дип. пакеты, написанные на местном языке земель Красного Волка. После чего завязал их скотчем и передал Василию с Григорием. Только если я не получу информацию по обратной связи от других людей, что семена доставлены, вы у меня будете пользоваться плохой репутацией в моем портале, о котором кроме меня и моих парней с которыми я делюсь прибылью, никто не знает. Теперь будьте так любезны сдать мне все гривны.
Григорий выгреб все гривны и отдал человеку в белом свитере.
Офицер снова нажал на кнопку, отдавая Василию с Григорием их личные вещи. Он сказал вбежавшим солдатам:
— Проводите их до шестого люка.
Когда шестой люк за ними закрылся, они увидели перед собой закрытую дверь и знакомый динамик над ним:
— Говорит помощник переходникеров. Мы хотим вместе с кандидатом в переходникеры попасть в мир Красного Волка. У нас важные дипломатические дела от Российской Федерации.
Дверь напротив открылась и когда они вошли внутрь – закрылась.
— Вас приветствует Матросов, внутренний интеллект порталов Красного Волка, — раздался характерный и уже знакомый хрипящий голос.