— Твои волосы с каждым днём всё краше и краше. Коатликуэ, ты о чём задумалась? — сестра помогала Эрендире расчёсываться, а она думала о предстоящей встрече.
— Да так, до сих пор не могу поверить.
— Наш отец поступает как мудрый вождь, сестра. И не нам осуждать его поступки, — проговорила спокойно Малиналли, старшая сестра Эрендиры.
— Мудрый человек может поступать глупо.
— Да что ты такое говоришь? — воскликнула Малиналли, глядя на сестру.
— Слушай, ты вызвалась мне помочь с волосами, а не с советами. Вот, будь добра и займись ими.
Малиналли была старше Эрендиры. Хоть порой самой Эрендире и казалось, что это она старше сестры. Но спорить с ней сегодня не хотелось. В голове крутились совершенно другие мысли. В тот день, когда хотела взглянуть на лагерь новых чужаков, её схватил один из молодых стражников поселения. Хуан Перес. Он оказывал ей знаки внимания уже больше года. Хотя она и старалась от него избавиться.
— Шпионишь, дикарочка?
Эрендира вывернулась тогда из его захвата. Хуан улыбался во все свои зубы и довольный смотрел на неё.
— Я просто смотрю. Ты знаешь, кто они?
— Знаю.
— Расскажи.
— Нет.
— Почему? — удивилась Эрендира.
— Просто так не расскажу. Подари мне поцелуй, прекрасная Коат.
«Наглец. Я скорее прыгну со скалы, чем буду целоваться с тобой».
— Много же ты хочешь за рассказ. Так не пойдёт, — Эрендира развернулась и пошла от него.
— Ладно, я расскажу. Но давай хотя бы как-нибудь прогуляемся.
— Не боишься выходить за пределы поселения? — развернувшись, спросила Эрендира.
— Я ничего не боюсь, — похвально бросил Хуан и гордо поднял голову.
«Не бойся, твоя же безумная отвага тебя и погубит. Буду ли я скучать? Возможно. Но я знаю, что мы никогда не сможем быть друзьями. Я для тебя такая же дикарка, как и весь мой народ».
— Прямо уж так ничего?
— Да.
— Хорошо, расскажи мне всё, что знаешь. И мы как-нибудь прогуляемся.
Хуан довольно потёр руки и принялся рассказывать. А знал он действительно больше Тересы. Новоприбывшие чужаки — это воины их королевства. Все опытные, участвовали в войнах у себя там за большой водой. Их около пяти дюжин, может чуть больше. Ищут они здесь сокровища.
— А ещё они жутко боятся вас.
— Нас?
— Ага.
— А ты не боишься?
— Я тебя с детства знаю, чего мне тебя бояться? Или есть причины? — придуряясь, Хуан сощурил глаза и улыбнулся.
— У тебя нет причин меня бояться. Но мне пора.
Но между тем разговор с Хуаном не выходил из головы у Эрендиры. Чужаки искали сокровища. Но что именно им нужно на их земле? Ей не нравилось, что отец разрешил этим странным чужакам пройти по их земле вглубь. Узнав об этом, первое, что хотела сделать Эрендира, — это устроить отцу скандал. И попытаться его переубедить. Но когда она пришла к нему после его разговора с губернатором, тот отослал её, не желая разговаривать. Теперь же она должна была вместе с отцом принимать лидера чужаков и его приближённых. О чём именно договорился отец с губернатором, она не знала. Но проход он им разрешил. Кроме неё должны были присутствовать и другие дети вождя, её брат и две сестры: Кайту, Сайри и Малиналли.
— Я давно не видела Кайту, — проговорила вслух Эрендира, когда старшая сестра заканчивала её причёсывать.
— Он вернулся с охоты ночью. Весьма успешно, кстати.
— Я слышала, что медведь задрал Кас-ци, — Эрендира знала этого охотника весьма хорошо. Одно время ей часто выпадало ходить на охоту именно с ним.
— Да, крупный был. Но его в итоге всё же одолели. Так, ну вот и всё. Какая ты красивая, Коатликуэ, — сестра смотрела на неё своими восторженными глазами. — Пора тебе найти мужчину.
— Так, даже не начинай, — засмеялась Эрендира и встала, потягиваясь.
— Ты не можешь жить без мужчины, моя дорогая.
— Я отдаю себя на волю Богов, сестра.
— Ты не жрица, Эрендира. Ты дочь вождя. И как дочь вождя, ты должна связать себя замужеством с достойным мужчиной, как я.
— Ну ты и зануда.
— Я слышала, что Сак-Хок-Паат с западного леса тобой заинтересовался.
— У него уже две жены! — воскликнула в ужасе Эрендира.
— Чего ты как маленькая? Он же вождь. Вождю положено иметь много жён.
— Наш отец не женился ни на ком после гибели матери, — буркнула Эрендира и отвернулась.
— Да, и теперь у него только один сын. Будь другие жены, было бы больше детей, — спокойно продолжала дальше говорить Малиналли. — Я разговаривала с ним, но он был упёртым. В этом вы с ним очень похожи.
— Я не свяжусь с Саком. И неважно, что он вождь.
— Упрямая девчонка.
К ним в комнату заглянул Кайту. Старший брат был в ритуальном облачении, с краской на лице. Так было принято встречать чужаков. Когда они явятся, они облачатся и в маски. Но сейчас Кайту не был в маске и улыбался младшим сёстрам.
— Ваши споры слышно в другом конце дома.
— Я говорила этой упрямице, ей скоро надо будет подыскать мужчину.
— Ох, Мали, тебе проще будет найти мужа для Сайри. С этой дикой кошкой справиться у тебя не получится, — засмеялся Кайту.
— Они здесь! — сперва донёсся крик, потом стало слышно топот ног и вскоре в комнату ворвалась Сайри, чуть не снеся брата. — Чужаки здесь, все такие странные!
Эрендире не нравилась симпатия, которую испытывала Сайри к чужеземцам. Они с Кайту не доверяли им. Малиналли просто не заботилась об этом, полностью доверяя отцу. Но Сайри была в восторге от них. Её интересовало всё, что с ними связано.
— Что ж, пойдёмте узнаем, что приготовил для нас отец, — Кайту сразу изменился в лице, услышав про чужаков. Эрендира понимала его чувства. Потому что испытывала то же самое.
Вчетвером они отправились в главный зал длинного дома, где они должны были принять чужаков вместе со своим отцом. Эрендира взяла свою маску и осмотрела её. Пума — её личный дух-покровитель. И маску ей в своё время сделали в виде кошачьей морды. «Что ж, посмотрим, какие вы, чужаки».
Они зашли в длинный дом вождя, словно были здесь хозяевами. Но тем не менее Эрендира видела, что они напряжены. Перед тем как зайти, они были вынуждены отдать всё своё оружие. Что не понравилось одному из них. Эрендира стояла в тени, разглядывая чужаков через прорези для глаз в маске. Шесть человек. Сначала ей показалось, что они все на одно лицо. Но Эрендира провела достаточно много времени с чужаками, что жили у них на берегу. И это лишь казалось, что они на одно лицо. Также поселенцы говорили про неё и её народ. Тот, что возмутился, к примеру, был со светлыми волосами. Это было редкостью для чужаков. Во всём поселении на берегу было лишь два человека со светлыми волосами. И это были девушки. Среди всех шестерых Эрендира знала только одного — Бетана Риса, губернатора поселения. Остальные же были из новоприбывших.
Её отец сидел на своём месте. Резное деревянное сиденье укрывали шкуры убитых им зверей, чьи духи благословили отца. Как и у его детей, на нём была маска. Длинная туника из толстой кожи покрывала его тело, а поверх — накидка из волчьей шкуры. На руках были кожаные наручи со знаками богов. Седые волосы отца были убраны назад. Когда-то они всегда были распущенными, пока не стали редеть и тускнеть. Эрендира знала, что отец сильно похудел за последнее время, и встреть чужаки его не в этом одеянии, они бы приняли его просто за тощего и маленького старца. Но в шкурах восседал не старец, а мудрый вождь племени Большой Воды. Мутуль-Кан Мудрый Волк звали его сейчас. Когда-то он был известен племенам как Мутуль-Кан Свирепый Волк. Это было в годы ещё до рождения Эрендиры. И она почти не застала отца таким. При ней он всё больше становился похож на того, кому принадлежит имя: Мудрый Волк.
Выражение лица её отца было не понять из-за волчьей маски. Но она знала, что даже не будь там маски, было бы сложно понять, что на лице у вождя её племени. Там не было радости или нежности, не было печали или скорби. Не было и гнева со злостью. Скорее холодная отстранённость. Свои настоящие эмоции отец показывал редко. И чаще всего наедине с ней или с кем-то из других своих детей.
Размышления Эрендиры были прерваны, когда вперёд чужаков вышел Бетан Рис. Губернатор слегка поклонился и улыбнулся.
— Рад видеть вас снова, вождь. Мои спутники — это те люди, о ком я вам говорил. Имею честь представить вам их поимённо: сир Альваро де ла Хьюз, командир этих уважаемых рыцарей, сир Эдуардо Гарсия, сир Дилан Джонс, сир Родриго Гарсия и сир Мартин Морган.
Эрендира ждала жеста отца. Он знал язык чужаков весьма хорошо, но хуже, чем она. И иногда ему требовалась помощь, чтобы понять точно, что имеют в виду. Но в этот раз, видимо, он понял всё, так как кивнул губернатору.
— Друзья мои, перед вами Мутуль-Кан Мудрый Волк, вождь племени Большой Воды и хранитель мира между нашими народами. Наш уважаемый друг и союзник.
— Бетан Рис, я предлагаю вам и вашим друзьям отведать со мной пищи. Стать моими гостями под взором наших и ваших богов. Обсудим все вопросы за ужином, — отец говорил медленно и вдумчиво, обдумывая слова, смакуя их словно пищу.
На мгновение Эрендире показалось облегчение на лицах чужаков. В трапезном зале уже было всё подготовлено для приёма гостей. Они сели за длинный стол. Чужаки сидели по одну сторону, её семья — по другую. Во главе стола сидел отец, со стороны чужаков ближе всего к нему сидел Бетан Рис. Со стороны семьи — её брат Кайту.
Лишь за столом они сняли маски. Висевшее напряжение в воздухе стало потихоньку спадать, когда все присутствующие принялись за еду. Около длинного стола рабыни её отца прислуживали пирующим. Эрендира замечала дикие взгляды чужаков, рассматривающих прислуживающих рабынь. Лишь один из них был исключением, тот, кого назвали командиром, — Альваро. Он спокойно ел, лишний раз не поворачивая головы и не рассматривая рабынь или семью вождя. Но она поняла, что хоть он и не смотрел нагло, как его люди, от его взгляда не ускользнуло ничего.
— Вождь, благодарю вас за ужин. Мясо сочное и вкусное, и тут столь много всего нам незнакомого, что глаза разбегаются, — говорил Альваро, поднимая меж тем кубок. — И простите же мне моё любопытство. Я был искренне удивлён, когда узнал, что ваш народ держит рабов.
— Что же вас удивило в этом, сир Альваро? Насколько мне известно со слов Бетана Риса, на ваших землях тоже есть рабы. Наши рабы берутся в бою, как и ваши.
— Простите мне невежество, вождь. Мой народ в основном торгует рабами из других народов. Или эти рабыни не ваш народ?
— Мы для вас на одно лицо, сир Альваро. Как и вы для нас. Да, мы не одно племя. Эти прекрасные девушки по воле Богов попали к нам из племени Белой Реки и из Красного Древа.
— Губернатор поведал мне, что вы были неудержимым воином в молодости. Сказал, что вы здешняя живая легенда. Для меня честь познакомиться с вами, — улыбнулся сир Альваро де ла Хьюз и поднял кубок. — Я пью за ваше здоровье, вождь. И за союз между нашими народами.
Отец поднял кубок и благосклонно кивнул в ответ. Остальные также подняли кубки и осушили их.
— Вы, сир Альваро, насколько я могу судить, тоже не человек земли и не человек воды. Я чувствую, что вам ближе кровь. Многих ли врагов вы убили за свои годы? — отец говорил также спокойно. На слова вождя Альваро засмеялся.
— Как вы хорошо подметили, вождь. Человек крови. Надо будет запомнить, — улыбнулся Альваро и продолжил, — достаточно убил, вождь. Одни были сильны и могучи. Другие трусливы и слабы.
— Вы желаете пройти по моей земле. В глазах других вождей я совершаю тяжкое преступление. Боюсь, что мне не простят этого. Я дам вам проводников, как вы и просили. Вы заберёте лишь то, о чём мы с вами договорились. Не больше.
— Вождь, мы очень ценим вашу дружбу и ваш поступок ради этой дружбы. Дружба закаляется испытаниями и поддерживается хорошим разговором. Я клянусь вам перед своими богами и вашими, что мы не возьмём больше обещанного. И благодарю за предоставленных проводников. Они знают наш язык? Так вышло, что мои люди и я не знакомы с вашим.
— Да, сир Альваро. С вами отправятся два моих хороших следопыта и охотника. Они помогут дойти. Но они плохо знают ваш язык. Поэтому я отправлю с вами своего лучшего переводчика, — сердце у Эрендиры в этот момент стало биться сильнее, — моя дочь отправится с вами. Она хороший охотник, но её главное достоинство — она превосходно знает ваш язык. Губернатор этому свидетель.
— О да, сир Альваро. Коат, дочь вождя, знает наш язык изумительно. Порой мне кажется, что лучше меня самого, — засмеялся уже подвыпивший губернатор.
Эрендира не верила своим ушам. Отец отправляет её!? С одной стороны, это было хорошо. Она сама убедится в намерениях чужаков. С другой же, ей совсем не хотелось идти с ними. Эти люди ей не нравились. Они были хуже поселенцев. Но она пока не понимала почему. Но предчувствие её обманывало редко.
— Большего и желать нельзя, благодарю за помощь, вождь, — кивнул Альваро, и их глаза встретились. На мгновение. Лидер чужаков отвёл взгляд.
— Коат, если вы так хорошо говорите на нашем языке. Может, подскажете нам, что это за прекрасный напиток? Он так сладок. Но я ума не приложу, что он мне напоминает, — с ней заговорил один из людей Альваро. Чужак смотрел прямо на неё, не отводя взгляд. «Этот более дерзкий».
— Этот напиток делается из сока дэлис, добавления мёда и ягод.
— А что такое сок дэлис? — улыбаясь, спросил чужак.
— Это такой фрукт, очень сочный. Когда мы отправимся в путь, я покажу вам их.
— А что ещё покажете? — вопрос задал другой чужак из отряда Альваро. Тот светловолосый, что прежде возмущался по поводу оружия. На его лице была мерзкая ухмылочка.
«Стереть бы её с твоего лица. Но кто знает, что может произойти с тобой в пути? Улыбайся, пока можешь».
— Много чего, сир. К примеру, ядовитых змей, яд которых способен убить человека за несколько мгновений. Также фрукт, от которого вы будете не вылезать из кустов. Это уж я молчу о множестве разновидностей ядовитых пауков, — Эрендира говорила это, разделывая мясо на части.
Тот чужак, что заговорил с ней первым, засмеялся. После его смех поддержали и другие. Светловолосый нахмурился. Шутки он явно не оценил.
— Родриго, кажется, нашлась дева, которая может заткнуть даже тебя в разговоре, — усмехнулся чужак, что сидел рядом с Альваро.
— Заткнись, — светловолосый покраснел. — Я не боюсь ваших местных тварей. Со мной всегда мой меч, — чужак, довольный собой, улыбнулся, а затем отпил из кубка.
— Я с удовольствием взгляну, как вы будете сражаться с фруктами и пауками, сир. Такое мне видеть ещё не доводилось, — спокойно проговорила Эрендира, не глядя на светловолосого. После чего демонстративно съела кусок мяса. Заметив на себя взгляды всех за столом, она не смутилась. Какое-то время все молчали, но затем один из чужаков, не выдержав, засмеялся.
— Ваша дочь действительно превосходно говорит на нашем языке, — проговорил Альваро, когда общий смех затих.
«Ещё лучше я стреляю из лука, сир Альваро де ла Хьюз. И если твои Боги тебя любят, то ты никогда не сможешь убедиться в этом».