Глава 1 — Выживут только любовники — Galnila — Love Legend
←
Выживут только любовники
Глава 1 · 1 из 10

Глава 1

Пролог.

Знаете, как пахнет предательство? Оно пахнет не чужими духами на воротнике рубашки. Оно пахнет остывшим картоном от пиццы, дешевым растворимым кофе и паникой.

Моя паника пахла именно так.

Я стояла на сорок втором этаже стеклянной башни, которая называлась «ЖК "Вертикаль"», и смотрела, как внизу, у черного входа, паркуется черный «Гелендваген». В нашем муравейнике такие машины не паркуются просто так. На таких машинах приезжают либо забирать долги, либо забирать людей.

— Лера, ты там уснула? — голос Макса в трубке звучал так, будто он жует наждачную бумагу. — Я внизу. Выходи. У нас три минуты, пока охрана не сменила коды.

— Я не пойду, — прошептала я, глядя на свои голые ноги. На мне была его футболка, которая пахла им, и больше ничего.

— Что значит «не пойду»? — в его голосе лопнуло терпение. — Ты видела, что лежит в нижнем ящике его стола?

Я видела.

В нижнем ящике стола моего мужа, строительного короля этого города Артура Воронцова, лежали не только документы на офшоры. Там лежала флеш-накопитель, на котором Макс — мой лучший друг, мой почти-брат, мой личный сорт яда — нашел мои фотографии. Те, которые я делала для него. Те, которые не должны были существовать.

Артур думал, что купил меня. Купил эту квартиру, этот вид на реку, мою улыбку по расписанию. Он забыл, что у рабов иногда отрастают зубы.

— Макс, это западня, — сказала я, глядя на лифт. Стрелка поползла вверх. — Он знает.

— Если бы он знал, мы бы с тобой уже не разговаривали, — рявкнул он. — Он просто перекрыл кислород. Выходи на пожарную лестницу, я подгоню машину.

Я сбросила звонок.

Снизу, с улицы, донесся вой сирен. Но он был далеко, в другом районе. А лифт ехал ко мне.

Я схватила с кресла его пиджак — тяжелый, пахнущий властью и деньгами, накинула его прямо на голое тело. Сунула ноги в первые попавшиеся кроссовки. В кармане пиджака что-то звякнуло. Ключи. И банковская карта.

«Выживи, Лера, — сказала я своему отражению в черном стекле окна. — Хотя бы раз в жизни просто выживи».

Двери лифта разъехались.

Глава 1.

За три дня до этого жизнь еще пахла корицей и успехом.

Мы с Артуром отмечали годовщину. Пять лет. Пять лет, как я перестала быть Валерией Соколовой, девочкой из панельной пятиэтажки в Бибирево, и стала миссис Воронцовой.

— За мою птичку в золотой клетке, — Артур поднял бокал с вином, которое стоило как моя прежняя годовая зарплата.

Я улыбнулась. Улыбка у меня была натренированная, как у манекена в витрине ЦУМа.
— Я не в клетке, милый. Я в пентхаусе. Разницу улавливаешь?

Он рассмеялся. Артур Воронцов был похож на дорогой, хорошо скроенный костюм, внутри которого прятался голодный волк. Он любил только две вещи: свои деньги и то, как я смотрю на него, когда он думает, что я этого не вижу.

— Как твой благотворительный фонд? — спросил он, разрезая стейк. — Много котиков спасла?

— Фонд называется «Открытые сердца», Арт. И мы спасаем не котиков, а женщин от домашнего насилия.

— Да брось, — он отмахнулся. — Какое насилие? В наше время бабе достаточно просто перестать выносить мозг, и никто ее пальцем не тронет.

Я отложила вилку.
— А если тронет?

— Наймет адвоката, — пожал плечами он. — Я оплачу. Все в этой жизни покупается, Лер. Вопрос только в цене.

В этом был весь Артур. Он мерил мир чековой книжкой. Он думал, что если он купил мне этот пентхаус, приставил ко мне двух охранников и положил на карту безлимит, то купил и мою душу.

Душу он не купил. Он взял ее в аренду. И срок аренды истекал.

Вечером, когда Артур уехал «закрывать сделку» (на самом деле — в загородный дом к своей постоянной любовнице, я знала об этом уже год, но делала вид, что верю в «сделки»), я осталась одна.

Тишина в пентхаусе была звенящей. Она давила на барабанные перепонки. Я ненавидела эту тишину. В ней было слышно, как осыпается штукатурка моей фальшивой жизни.

Я набрала Макса.
— Привет, беглец. Как там твоя берлога? Трубы не текут?

Макс жил в лофте на территории бывшей фабрики. Место, куда Артур брезговал даже заходить.
— Трубы текут только от твоих слез, Ворона, — хмыкнул он в трубку. — Соскучилась по нормальным людям?

— Соскучилась по воздуху, — призналась я. — Тут на сорок втором этаже кислорода нет, один разреженный пафос.

— Приезжай. Я как раз нашел в сети идеальную схему.

— Какую еще схему? — напряглась я.

— Схему вывода активов твоего благоверного. Он строит торговый центр на месте старого детского дома. Документы липовые. Если слить инфу в сеть до завтра, его лицензии аннулируют.

У меня перехватило дыхание.
— Макс, ты с ума сошел? Это тюрьма.

— Это справедливость, Лер, — его голос стал жестким. — Он сносит жизни людей, чтобы построить парковку для своих шлюх. Я просто помогу гравитации.

— Не лезь, — прошипела я. — Пожалуйста. Я сама. Я что-нибудь придумаю.

— Ты три года «что-нибудь придумываешь», — отрезал он. — А он в это время трахает мою бывшую жену в твоей же спальне.

Трубка обожгла ухо.
Я знала, что он спит с Диной. Знала с самого начала. Но услышать это от Макса, который тогда еще был на ней женат… Это был удар ниже пояса.

— Это не твое дело, Макс.
— Ошибаешься. Это было мое дело, пока ты не стала его вещью. Жду тебя через час. И захвати ту красную помаду, которая ему так нравится. Нам предстоит долгий разговор.

Я приехала к нему через час.
Его лофт встретил меня запахом озона, краски и свободы. Никакого мрамора, только кирпичные стены и бетон.

Макс сидел на подоконнике. Он изменился. Исчезла та легкая небрежность, за которой он прятал свою уязвимость. Теперь передо мной сидел хищник.

— Рассказывай, — бросил он.

— Он узнал про флешку, — выдохнула я. — Ту, что ты нашел в сейфе.

Макс медленно сполз с подоконника.
— Как?

— Я дура, — я обхватила себя руками, хотя в лофте было жарко. — Я полезла в его телефон, пока он был в душе. Он поставил трекер на мой собственный мобильник. Он видел, как я звонила тебе.

Макс выругался. Матерно, глухо, от души.
— Он перекрыл мне счета, Макс. Все до копейки. Заблокировал карты. Охранникам внизу спустили распоряжение — меня не выпускать.

— Классика, — он подошел ко мне вплотную. — Стадия первая: финансовый ошейник. Дальше будет больно.

— Мне уже больно! — я подняла на него глаза. — Что мне делать?

Он смотрел на меня долго. Слишком долго. Так, как не должен смотреть лучший друг мужа.

— Для начала — снять ошейник.

Он протянул мне руку.
— Поехали. У меня есть план. Грязный, быстрый и незаконный. Тебе понравится.

И я вложила свою ладонь в его. Она была горячей и сухой.
В ту секунду, когда наши пальцы сомкнулись, я поняла — пути назад нет. Мосты не просто сожжены. Они взорваны к чертовой матери.

План Макса был гениален в своей простоте. Мы не полезем через главный вход, где стоят его мальчики в дешевых костюмах. Мы уйдем через крышу.

— Ты умеешь управлять квадрокоптером? — спросил Макс, скидывая в рюкзак буханку хлеба, бутылку воды и ноутбук.

— Я умею управлять кредитной картой, — огрызнулась я. — И то в пределах лимита.

— Научишься, — он сунул мне в руки джойстик. — Это дрон-разведчик. Сейчас мы откроем окно в моем лофте, ты выведешь его на крышу твоего «Вертикаля». Он снимет слепые зоны охраны.

— Я сейчас обмочу твои бетонные полы от страха, Макс.

— Только попробуй, — он усмехнулся, но глаза его были ледяными. — Готова?

Я кивнула.
Мы вышли на крышу его лофта. Ночь ударила по лицу холодом и запахом гудрона. Внизу гудел город — равнодушный, слепой монстр.

— Видишь вон ту антенну? — Макс светил фонариком телефона. — Прямо под ней на твоей крыше есть технический люк. Код — последние четыре цифры твоей даты рождения. Артур идиот, он везде ставит такие пароли.

— Откуда ты…

— Я готовился, Лер. Я знал, что этот день настанет.

Он подошел ко мне сзади. Я думала, он просто хочет обнять меня на прощание, пожелать удачи. Но его руки легли мне на плечи, жестко, собственнически, и развернули меня.

— Что ты делаешь? — прошептала я.

— То, что должен был сделать еще пять лет назад, — его губы оказались в сантиметре от моих.

И в этот момент мир взорвался.
Не было ни бабочек в животе, ни романтического саундтрека. Был только треск рации у него на поясе и мой ужас.

— Макс, нас пасут, — прохрипела рация голосом его друга, хакера по кличке «Глюк». — Два черных джипа блокируют выезд из двора. Третий едет к черному ходу.

Макс отшатнулся от меня. Романтику смыло ледяным душем.
— Артур не стал бы действовать так топорно. Это не его почерк.

— Это не Артур, — я вдруг почувствовала, как немеют пальцы. — Это СБ «Гранита». Его партнеры. У нас с Артуром вчера был ужин… Он обмолвился, что я знаю про тот тендер на снос. Сказал, что я просто истеричка, но они решили перестраховаться.

Макс посмотрел на меня так, словно я только что призналась в убийстве.
— Ты слила информацию «Граниту»?

— Я не слила! — крикнула я, перекрывая ветер. — Я просто напилась и плакалась их безопаснику! Я думала, он на моей стороне!

— Дура! — он ударил кулаком по вентиляционной трубе. — Ты привела волков в курятник!

— Курица здесь только я! — заорала я в ответ, срывая голос. — А вы все — стая стервятников!

Рация снова зашипела.
— Макс, они идут по лестнице. Вам конец.

Макс схватил меня за руку.
— План «Б».
— Какой еще план «Б»?!

— Прыжок веры!

Он потащил меня к краю крыши.
— Ты спятил! Сорок два этажа!

— Там внизу надувной куб, придурок! — рявкнул он, перекидывая ногу через парапет. — Батут для каскадеров! Я арендовал его на час!

Я заглянула вниз. В темноте двора действительно маячил огромный черный квадрат, подсвеченный тусклыми аварийными лампами.

— Я не прыгну! У меня каблуки!

— К черту каблуки! — он уже сидел на краю. — Снимай!

Я села прямо на грязный гудрон, стянула туфли Manolo Blahnik и швырнула их в темноту.

— Пошли! — он протянул мне руку. — Три секунды. Потом они будут здесь.

Я посмотрела в его глаза. В них не было страха. Только отчаянная, сумасшедшая решимость.

— Если разобьемся, я тебя убью, — прошептала я.

— Сначала выживи, — он сжал мою руку так, что хрустнули кости.

Мы прыгнули.

Ветер ударил в лицо, выбивая дух. Ночь ревела в ушах. Я летела навстречу смерти, вцепившись в руку человека, который предал моего мужа, который любил меня, и который сейчас спасал мою жизнь.

Удар.
Он был оглушительным, но не смертельным. Меня подбросило на черном батуте, перевернуло в воздухе, и я рухнула на мягкую сетку. Рядом, тяжело дыша, матерясь и смеясь, лежал Макс.

— Жива? — прохрипел он.

— Кажется, мой позвоночник теперь живет отдельной жизнью, — я попыталась сесть. Ноги не слушались.

Сверху, с крыши пентхауса, раздался грохот. Кто-то выбил дверь.

— Они нас не достанут, — Макс рывком поднял меня на ноги. — Но внизу нас встретят. Бежим!

Мы перемахнули через забор стройки.
Я бежала по грязи в одних носках, подол футболки Макса путался в коленях, сердце колотилось где-то в горле. Я, девочка из Бибирево, жена строительного короля, бежала по грязи промзоны, спасаясь от наемников.

И знаете что?
Я впервые за пять лет чувствовала себя по-настоящему живой.

Мы нырнули в подвал какой-то заброшенной бойлерной. Макс задвинул за нами тяжелый лист ржавого железа.
Темнота. Пыль. И наше сбитое дыхание.

— Куда теперь? — спросила я в кромешной тьме.

— Ко мне, — ответил он совсем рядом. Я почувствовала его дыхание на своей щеке. — Отсидишься. А потом мы сожжем его империю дотла.

— Я хочу не просто сжечь, Макс.

— А чего ты хочешь, Лера?

Я повернулась к нему. В щели между железом пробивался свет фонаря, выхватывая из темноты его губы.
— Я хочу, чтобы он почувствовал то же, что и я. Пустоту. Когда стоишь на краю, и внизу только дно.

Он молчал секунду. А потом его губы накрыли мои.
Это не был поцелуй спасения. Это был поцелуй войны. Горький, соленый от пота и пыли, пахнущий выжженной землей. Поцелуй, в котором не было любви. В нем было только выживание.

Где-то наверху, на сорок втором этаже, Артур Воронцов, наверное, уже открывал шампанское, празднуя мою гибель.

Зря, Артур.
Выживут только любовники. И мы идем за тобой.

Продолжайте с того же места

Войдите или создайте аккаунт, чтобы сохранять прогресс и возвращаться к начатым книгам на любом устройстве.

Войти и сохранить место Можно просто читать дальше — бесплатные главы открыты без входа.
←
0%
→