ГЛАВА 23. Ночной дозор на мосту — Тарвейн. Обет Живого Слова — Мария Батурина — Love Legend
←
Тарвейн. Обет Живого Слова
ГЛАВА 23. Ночной дозор на мосту · 24 из 37

ГЛАВА 23. Ночной дозор на мосту

Там, где камень перешагивает через тёмную воду, встречаются два ветра: один несёт холод глубин, другой — память берегов. И горе стражу, который примет тишину над рекой за покой.

— Из «Книги Вольных Кузнецов Речных Долин»

Предутренняя ночь над мегаполисом выдалась густой и промозглой.

Выбравшись из нижнего тоннеля Зала Хранителей в старый кирпичный коллектор, тянувшийся вдоль южной набережной, Тая и Даниил остановились у массивной чугунной решётки, за которой глухо шумела чёрная ноябрьская вода. По ту сторону широкой реки, окутанной белёсой дымкой, чернели глухие кирпичные корпуса заброшенной литейной у Северного моста — именно там, под плавильными печами, покоился первый осколок Наковальни Тарвейна, способный снять смертельное проклятие с запястья Даниила.

Даниил приложил ладонь к сырому известняку свода и нахмурился, прислушиваясь к вибрации камня.

— По верху моста нам не пройти, — негромко произнёс он, убирая фонарик в карман тёмного пальто. — После стычки в парке Кассиан стянул силы к реке. Слышишь этот сухой звон? Они забили в каменные парапеты цепи из чёрного железа. Стоит тебе ступить на проезжую часть, как металл выдаст всплеск Дыхания.

— Значит, мы пойдём снизу, — твёрдо ответила Тая, поправляя на плече ремень сумки с кедровой шкатулкой и поглядывая на левый рукав его пальто, где под плотной шерстью скрывался приговорённый к гибели знак. — На чертежах девятнадцатого века, которые мы смотрели в галерее, под пролётами Северного моста обозначены технические галереи для осмотра опор. Твои зодчие оставляли там проходы?

— Мои прадеды строили береговые устои этого моста в тысяча восемьсот девяносто пятом году, — в голосе Даниила мелькнула сдержанная гордость. — Внутри гранитных быков действительно есть сквозные сводчатые галереи и железные переходные мостки под самой фермой. Но будь готова: там темно, скользко от речной изморози, а внизу — десять метров ледяной воды.

Он коснулся левым запястьем замкового камня в боковой стене коллектора. Кладка бесшумно подалась в сторону, открывая узкую винтовую лестницу, уходящую вверх, в толщу гигантского гранитного устоя Северного моста.

Внутри мостовой опоры гулял сквозняк, пахнущий мокрым гранитом, ржавым железом и речной тиной.

Они поднялись на уровень нижних арочных пролётов и вышли на узкий металлический настил, подвешенный под массивными клёпаными балками моста. Над головой с редким, гулким стуком проносились запоздалые грузовики, отчего железные фермы мелко вибрировали, а внизу, в чёрной бездне, плескались тёмные волны реки, дробящие холодные отблески редких фонарей.

Даниил шёл впереди, крепко держа Таю за руку и проверяя каждый шаг по обледеневшему железному настилу. Ветер с реки рвал полы пальто, обжигая лицо колючей сыростью, но рядом с ним страх высоты отступал — его ладонь была тёплой и надёжной, как каменный парапет.

Но когда они миновали середину реки и приблизились к северному берегу, серебристый узор на запястье Даниила внезапно вспыхнул тревожным белым светом.

Он мгновенно присел, увлекая Таю вниз, в глубокую тень между двумя стальными раскосами фермы, и приложил палец к губам.

В двадцати шагах впереди, на освещённой тусклым фонарём площадке северного устоя, стояли двое безглазых стражей Дома Пепла в длинных серых плащах. Один из них держал в руках тяжёлый рог из чёрного железа, а второй медленно водил над перилами ледяным жезлом, прощупывая воздух в поисках следов живой магии.

— Они перекрыли выход с нижнего мостка, — еле слышно прошептал Даниил ей в самое ухо. — Если я брошусь на них в открытую, второй успеет трубить в рог, и через минуту сюда сбегутся все ищейки с набережной.

Тая затаила дыхание, вглядываясь в тёмное переплетение стальных балок над головами врагов. В памяти всплыл звон бронзового колокола на Никольской колокольне и то, как старый металл отзывался на голос первого ключа из её шкатулки.

— Не нужно бросаться на них, Дариан, — так же тихо прошептала она, осторожно доставая из кармана резную деревянную Птицу. — Посмотри на стальные тросы и балки над их головами. Весь этот мост — как огромная натянутая струна. Я пущу звук по металлу в дальний конец пролёта, чтобы отвлечь их, а ты снимешь того, что с рогом, прежде чем он опомнится.

Даниил на миг взглянул на неё с восхищением, коротко кивнул и бесшумно вытянул из-под пальто поющий серебром северный клинок.

Тая прижала резную Птицу к холодной стальной балке у себя над головой, закрыла глаза и впустила в дерево тонкий, направленный импульс Дыхания — не яркий, чтобы не зажечь свет в темноте, а гулкий, вибрирующий, словно порыв сильного ветра.

По стальным конструкциям моста в сторону южного берега пробежала низкая, протяжная волна. В сорока метрах позади стражей железо вдруг протяжно загудело, словно по балкам прошёл кто-то тяжёлый.

Оба стража Пепла мгновенно развернулись на звук, вскидывая чёрные копья в сторону пустого пролёта.

Этого мгновения хватило. Даниил метнулся вперёд бесшумно, как тень. Прежде чем страж с рогом успел повернуть голову, северный клинок Дариана со звоном рассёк чёрный рог пополам, а вторым точным ударом поразил врага в грудь — страж рассыпался беззвучным облаком серого пепла, так и не издав ни звука.

Второй страж рванулся вперёд, занося ледяной жезл, но Тая уже выскочила из тени фермы. Вспомнив недавний урок Даниила в Зале Хранителей, она сделала быстрый шаг в сторону от удара, подхватила с настила тяжёлый железный стержень от ограждения, отвела вражеское древко вбок и коснулась плеча стража ладонью, выпуская короткую, обжигающую искру живого света. Мёртвый холод рассыпался в пыль.

— Чисто! — тихо выдохнул Даниил, убирая клинок в ножны и перехватывая Таю за руку. — Быстрее, пока патруль наверху не заметил, что внизу стало слишком тихо!

Они сбежали по узкой железной лестнице северного устоя, скользнули в заросший сухим бурьяном пролом за каменной подпорной стеной и через две минуты нырнули в тёмный зев заброшенного кирпичного водостока, ведущего к самой кромке воды.

Здесь ледяной ветер с реки стих, уступив место гулкому шуму волн у выхода из трубы — всего в двух кварталах от Северного моста, откуда начинался прямой путь к глухим кирпичным корпусам старой литейной.

Продолжайте с того же места

Войдите или создайте аккаунт, чтобы сохранять прогресс и возвращаться к начатым книгам на любом устройстве.

Войти и сохранить место Можно просто читать дальше — бесплатные главы открыты без входа.
←
0%
→